Эпилог

Заказанные Иваном посылки пришли в срок.

Если с куклой всё было в порядке, то вот с костюмом вышла досадная ошибка. Кто-то ошибся, и Ивану пришел костюм не Деда Мороза, а Санта-Клауса. Классический, красного цвета, отороченный белым мехом. Короткая куртка, штаны и колпак.

– Тьфу, мать вашу! – обнаружил это Иван уже дома, вскрыв упаковку.

Кинулся заказывать новый, но понял, что не успеет получить.

Пошел мерить костюм, и оказалось, вот счастье-то, что костюм Санты ему подошел.

– Ну, значит, будет Санта! – решил, разглядывая себя в зеркале.

***

Тридцать первого декабря в назначенное время Иван набрал номер квартиры, где жили Марина с Аришей.

– Да? – Марина сняла трубку домофона.

– Это Дед Мороз! Здесь живет девочка Ариша, которая так ждет куклу в красном платье?

– Иван? – узнала сразу.

– Мама, мама! Он плишёл! Это дедуска Молоз зе! Отклывай скоее! – услышал Соколов детский голосок. Ариша, в силу своего возраста, выговаривала ещё не все звуки.

– Марин, открывай, – проговорил чуть тише, – я уже здесь. И кукла, которую так хотела Ариша, тоже здесь. Давай ты потом будешь на меня обижаться, ладно?

Марина помедлила, но открыла.

Никогда ещё Ивану не давались так тяжело несколько ступеней вверх. Каждый шаг отзывался в висках глухим гулом, будто ноги были налиты свинцом. Сердце колотилось в груди с такой силой, что, казалось, – вот-вот разорвёт рёбра, вырвется наружу и упадёт к его же ногам.

А впереди – дверь. За ней – она.

Дочь. Его кровь. Его девочка, которую он никогда не видел, но чей смех и звенящий голосок только что слышал в динамике домофона, чьи фотографии разглядывал всю эту неделю в соцсетях.

Как она встретит его? Испугается?

Не должна бы. Она же не его ждет, а Деда Мороза.

Иван вдохнул всей грудью, мысленно обругал себя за эту свою спонтанную и странную реакцию, стиснул зубы и пошёл.

Дверь в их квартиру распахнулась ровно в тот момент, когда ему осталась всего одна ступенька.

– Ты лазве Дед Молоз? – маленькая девочка стояла на пороге квартиры, сложив на груди руки.

– Да. Не похож? – Иван улыбнулся.

– Неа! – девчушка помотала головой, и её кудряшки цвета молочного шоколада, точь-в-точь как у мамы, смешно разлетелись в стороны. – Давай ты лучше будесь моим папой, а? А Деда Молоза я потом длугого найду.

– Знаешь, а давай! – Иван присел перед малышкой на корточки и протянул ей куклу в том самом платье, о которой она мечтала. – Нравится? Я угадал?

– Да, – глаза девчушки засияли восторгом, – ты мой папа Дед Молоз! Ты больсе не уедесь на своих оленях? Не уедесь?

– Нет, малышка, не уеду! Разве я смогу теперь уехать от своих принцесс?

Марина стояла в полумраке прихожей, за спиной дочери, и молчала, не в силах вымолвить ни слова, в её глазах блестели слёзы. Она слушала разговор отца и дочери и ругала себя за то, что не пришла к Ивану сразу, как только узнала, что беременна.

Иван, подхватив дочку на руки, легко поднялся:

– Принцесса, пойдем в дом. А то тут холодно. Не хватало ещё, чтобы моя принцесса заболела.

– Ариша, а ты подаришь подарок, который приготовила для Дедушки Мороза? – Марина смогла проморгать слёзы и даже нашла силы, чтобы улыбнуться.

– Мама, ты лазве не слысала? Это зе мой папа! Я ему длугой лисунок налисую.

– А стишок расскажешь? – Иван не мог заставить себя расцепить руки и поставить малышку на пол. – А песенку споешь со мной? А хоровод вокруг ёлочки поводишь со мной?

– Да!

***

Ариша сдержала своё обещание – в тот волшебный день она не только рассказала стишок, но и звонко спела песенку вместе с Дедом Морозом. А потом, поводив хоровод вокруг ёлочки, она нарисовала, и торжественно вручила ему новый рисунок.

Тот самый, где он сам – в ярко-красном костюме Санты, мама в платье принцессы и с короной на голове и сама Ариша, крепко сжимающая их ладони, водят хоровод.

И Ивану в тот момент казалось, что на этом листе бумаги собралось счастье: семья, праздник, любовь.

Он тоже выполнил своё обещание – он больше не уходил. И не позволил уйти Марине.

Особенно теперь, когда маленькие пальчики дочки так тепло и нерушимо связывали их вместе.

Разве можно разорвать этот круг, когда в нём – весь мир…