Глава 2

Милана Лера хватает с дивана свою шубу и кое-как напяливает ее на голое тело, убегая со всех ног из моего дома в одних стрингах и сапогах. Я быстро спускаюсь по лестнице за ней, забыв накинуть пальто. Лера бежит по снегу, спотыкаясь и падая, прочь от нашего дома. Лишь на минуту она останавливается. – Назар все равно будет моим! Детьми своими… больными… ты его не удержишь! – бросает, ощетинившись, как драная кошка. Девушке в голову летит снежок, который скомкала в руках наспех. Лера вскрикивает. Но этого мало за гадкие слова, и за то, что позарилась на чужого мужа. Тедди несется за ней следом, а Лера верещит от страха… Она скрывается за поворотом. Там стоит ее машина, дальше проехать стерва не смогла. Как и я с малышами, она шла пешком по гололеду. А дверь моего дома ей кто-то любезно открыл… Тяжело дышу, глотая промерзший воздух. Мой золотистый ретривер возвращается с «добычей» в зубах. Видимо, Лера уронила свои вещи, которые наспех похватала в доме. В пасти у Тедди блестящая тряпка – маленькое коктейльное платье в пайетках. – Тедди, ко мне, малыш! Домой! Брось эту гадость! – загоняю пса, и плотно закрываю ворота на замок. Обхватываю себя руками, войдя в дом. Грудь спутывает словно железной проволокой. Мысли в голове бегут чередой. Она с ним видимо давно и в курсе многого, что происходит в нашей семье… Тело сводит и бьет ознобом, но не от холода. Мне словно нож в спину вонзили и провернули, настолько больно. – Мамотька, а кто эта тетя? Поцему она убизала? – хлопая длинными черными ресничками, говорит мой ангелок, моя Олеся. Миша будто не обращает на произошедшее внимание и что-то мастерит у елки. А Олесе все любопытно. – Мам, кто она? Где ее платюшко? – нежным голоском спрашивает моя девочка. – Это плохая Снегурочка. Она была в платье, только в очень коротком. А я ее выгнала, зайка. Сказала, что Снегурочка не должна входить в дом, пока не пробило двенадцать, – выдыхаю, сочинив такое, что и в голову не влезет. Дышу рвано. Глаза жжет от слез. Я готова убить Назара! Что он творит вообще? Мне приходится одной рассказывать детям небылицы, чтобы хоть как-то объяснить присутствие его любовницы в нашем доме. Он ведь знал, что я приеду сюда с детьми. – Мамотька, Снегулка плинесла подалки. Идем, – Олеся берет меня за руку. Иду за малышкой на деревянных ногах. Неужели, сюрпризы еще не закончились… У елки с игрушками возится Мишенька. Облегченно выдыхаю, увидев у сына в руках его старые игрушки. А рядом с елкой и правда стоят какие-то пакеты. – Мам, там что-то чужое, – говорит мне сын, показывая пальцем. Я беру яркие подарочные пакеты с логотипами известных брендов и заглядываю внутрь. Морщусь, словно увидела что-то вопиющее… Так и есть. – Малыши, поиграйте здесь пока. Я должна убраться наверху, – обнимаю их, откинув в сторону мерзкие подарки любовницы Юнусова. – Мамонька, но сколо праздник! – восклицает мой сынок. – Да, малыш. Но мы давно не были дома. Тут грязно, – говорю, трогая его темные волосы, которые вихрятся на макушке. – Хорошо, мы поиглаем, – Миша смотрит на меня голубыми глазами Назара и послушно садится на ковер, протягивая сестренке Олесе игрушку. Дети не понимают, о чем я. Я рада, что они не стали трогать яркие "кульки" и копошиться там… И не увидели всего, что там лежало. Сгребаю все и сразу несу в мусорный бак, через кухню. В одном пакете я обнаружила товары из магазина для взрослых. Лера привезла с собой съедобное белье. Я едва держусь. Истерика от осознания, что они здесь планировали, пробирает и бьет, как электрошокером. Мой муж оказывается гурман и эстет не только в еде. И все вокруг кричит о том, что Назару в сексе очень не хватает разнообразия. И мой муж дико голоден… – Вот гадина! Нужно было накормить ее всем этим, – рвется из губ, когда думаю о Лере. Перед тем как выбросить все, заглядываю в другой пакет. Лера неплохо знает моего мужа. И… Я снова шокирована. В пакете лежат эксклюзивные запонки. Они сделаны на заказ, индивидуальный дизайн, статус, все что так любит Юнусов. Дрожащими пальцами открываю коробку, и рука непроизвольно взмывает вверх, к лицу. Запонки полностью повторяют зажим для галстука, который Назару подарили подчиненные примерно месяц назад… – Это она. Сколько длится их связь?! – риторический вопрос застревает в груди и жалит, как пчела. Правду я не узнала бы. Если бы не случай. Чувствую, как бессилие и усталость после трудного переезда, смеются на гнев. Я готова крушить все, что попадается мне под руку! Швырнув в мусорный бак пакеты с подарками для моего неверного мужа, я возвращаюсь в дом… Иду наверх. В моей спальне следы, которые оставила драная Лера. Окидываю взглядом все: постель смята, плед валяется на полу, тут же ее халат, остатки тлеющих свечек… На белоснежном ковре алые пятна от вина, следы от грязных ботфортов, где она только эту грязь нашла! Соперница словно потопталась по моей душе, наследила в самых сокровенных уголках… Хочется отчаянно вымыть здесь все, с самой жесткой химией, чтобы вытравить ее запах, ее присутствие. Я бы с удовольствием вызвала клининг, но тридцать первого января это нереально! Никто не приедет в закрытый загородный поселок, к которому из-за снега просто не пробраться. Но я не могу оставить все так, не хочу быть здесь… И уехать за несколько часов до Нового года не получится. Я срываю белье с постели, остервенело тяну ковер руками. Он тяжелый, поддается с трудом, но во мне столько силы взялось из неоткуда. – Мама делает лемонт! – смеется Олеся, увидев меня из гостиной с огромным ковром наперевес. Я вытаскиваю его в холл, потом в прихожую, накидываю пальто и… не выдерживаю. Слезы льются градом из глаз. Лера права, наш сын не здоров, я замоталась с детьми, а Назар… Опускаюсь на пол и упираюсь лбом в стену. Глотаю воздух. Плачу, закусив щеку, чтобы не пугать детей. И тут слышу звук открывающейся входной двери. Потом – тяжелые шаги, звук топота в маленьком коридорчике, такой, как будто сбивают снег с обуви. Двери открывает Назар и видит меня с проклятым ковром, сидящую на полу, зарёванную и раскрасневшуюся. – Что случилось? Почему ты тут сидишь? – спрашивает муж. И видя мои заплаканные глаза он останавливается напротив, словно считывает тот ураган, который бушует в меня в сердце в эту минуту. Упираюсь в его равнодушный, холодный взгляд. – Ты мне изменил. Как ты мог? С ней, в нашем доме?! – говорю ему в лицо. Назар окидывает меня взглядом, минутно молчит и… одним рывком поднимает меня с пола, прижимая к себе. Оказываюсь в сантиметрах от его лица и чувствую аромат его парфюма, свежий, он пробивается нос и дурманит. – Нечего сидеть на полу. Здесь холодно! Зачем таскаешь тяжести? – произносит муж. Следом, как пушинку, Назар поднимает ковер с пола, который я едва дотащила сюда. Но я не могу успокоиться. Он ведет себя как будто ничего не случилось! А час назад он рассматривал голую Леру по видео и собирался здесь, с ней… – Почему ты не стала ждать водителя? Что за самодеятельность?! – жестко высказывает мне муж, будто это я виновата. – Назар, ты о чем?! Ты сам сказал, что не приедешь к нам на Новый год! Ты же собирался с ней встречать, здесь! Зачем мы тебе! Ты просто отделался от меня и детей, чтобы не мешали тебе! Пес Тедди подлетает к своему хозяину, и тут же становится не большущим псом, а маленьким ручным щенком. Тедди виляет хвостом, падает на лапы, ластится и трется о ногу Назара. – Милана, чтобы больше такой херни не было! Тедд, дети… Какого черта ты тащила чемоданы сама, отвечай?! – он уходит от темы, а я сейчас взорвусь! – Ты просто… Просто чудовище! Назар, здесь была твоя любовница! Она сама все рассказала! Как ты посмел притащить ее в наш дом? Неужели нельзя свою шлюху… Взгляд Юнусова становится ледяным, он сморит на меня, и слова стынут на губах. – Успокойся, Милана, – его взгляд проходится по моему лицу, в глазах вспыхивает огонь. – Я молчать не буду… – только успеваю сказать, как детский смех наполняет холл. – Папотька! Мой папа любименький плиехал! – кричит Олеся и бросается к Назару на руки. Следом за сестрой бежит Миша, он цепляет большую ладонь отца и ныряет к нему поближе. Назар поднимает и его на руки. – Любимые мои, как вы? Я так скучал, – говорит муж, с любовью глядя на наших детей. Я не знаю, что думать, что говорить. Все внутри переворачивается. – Милана, что ты стоишь? Пойдем, у нас скоро будут важные гости. – И плаздник тозе будит? – Олеся трет маленькой ладошкой щетину Юнусова. – И праздник будет, принцесса, – спокойно говорит мой муж-предатель....