Глава 42 · Лазарет особого назначения

Утро добрым не бывает, особенно если оно начинается не с ароматного кофе в постель, а со стройного хора «Апчхи!» и заложенных носов.

Распахнув глаза, я сразу поняла: в датском королевстве что-то протухло. Вместо привычного грохота аннигилируемой мебели и радостных воплей «Ма-ам, Горр съел мою шпагу!», из детской доносилось лишь подозрительное, влажное сопение, чиханье и тихие, страдальческие вздохи.

Рейгар рядом со мной подскочил как ошпаренный. Драконьи инстинкты — штука тонкая: он чует угрозу за версту, даже если эта угроза размером с микроба и грозит не смертью, а соплями.

— Ава, что-то не так, — прошептал муж, натягивая штаны с такой скоростью, будто за дверью стоял лично Оракул с повесткой в суд.

Я тоже поспешила одеться, подозревая худшее. Мы ворвались в детскую и замерли. Картина маслом: три богатыря в горизонтальном исполнении. Митр горел как маленькая доменная печь, Дарр самозабвенно кашлял в подушку, а Горр просто лежал с видом несправедливо обиженного мученика, уставившись в потолок мутными глазами.

— Папа… — просипел Дарр. — Кажется, мы умираем. Можно нам предсмертное мороженое?

— Отставить морг! — рявкнула я, и во мне мгновенно проснулся педиатр с пятидесятилетним стажем.

Всё, романтика закончилась, началась суровая проза жизни. Я подошла к Митру и приложила ладонь к его лбу. Мама дорогая, да на нём можно яичницу жарить!

— Так, соколик, — я обернулась к Рейгару, который застыл посреди комнаты с видом человека, столкнувшегося с непобедимым противником. — У нас ЧП. Обычное человеческое ОРВИ, осложнённое драконьей наследственностью.

— Что мне делать? — Рейгар выглядел так, будто готов был выйти на бой с легионом Тьмы, лишь бы не смотреть, как его сыновья превращаются в вялые овощи. — Срочно лететь в столицу? Сколько целителей притащить? Если поднапрячься, троих за раз унесу!

— Спокойно, кавалерия. Целители после принудительной транспортировки будут в обмороке три дня, а дети у нас горят прямо сейчас. Тащи таз с прохладной водой, чистые простыни и… Грока! Скажи этому кулинарному гению, чтобы варил свой самый ядрёный куриный бульон. Без когтей василиска, просто курица!

В коридоре послышалось деликатное шарканье. В дверях нарисовалась Гардея, кутаясь в побитую молью шаль.

— Что за шум, а драки нет? — ехидно поинтересовалась она, но, увидев красные лица мальчишек, мгновенно сдулась. — Ой. Они что, сломались?

— Вирус, Гардеюшка. Мелкая, пакостная дрянь, — я уже вовсю орудовала полотенцами, отжимая их и влажными укладывая на горячие детские лбы. — Слушай внимательно: дуй в моё хранилище. Надеюсь, там найдётся сушёная малина или липовый цвет. Живо!

— Но у меня нет магии! — попыталась было вякнуть она, но наткнулась на мой взгляд «врач после суточного дежурства». — Поняла, уже бегу. Только открой мне… Фенрикс! Заходи уже в дом, старый ты пень, у нас лазарет!

В доме началось броуновское движение. Рейгар носился с тазами, стараясь не расплескать воду и не снести косяки плечами. Грок на кухне так неистово рубил овощи, что пол подпрыгивал в детской. Скунсофей Сарг, почуяв неладное, притащил какую-то подозрительную толстую мышь и положил её на кровать Горру — видимо, в качестве жертвоприношения богам здоровья.

— Фу, Сарг, убери это немедленно! — поморщилась я, вытирая пот со лба Митра.

— Хозяйка, это лечебная мышь! — обиделся зверёк. — На неё нужно сесть, чтобы стало легче!

— Лучше посади мышь на диету, а я посажу детей на морс, — отрезала я.

Через час дом превратился в филиал районной поликлиники. Я развесила мокрые простыни для влажности, заварила такую липовую настойку, что от одного запаха у русалки в водяном прошли все отёки, и красотой она затмила Гардею.

Рейгар сидел на краю кровати Дарра и виновато смотрел на свои руки.

— Почему магия не помогает? — глухо спросил он. — Я пробовал влить в них силу, но температура только растёт.

— Потому что, дорогой мой дракон, организму нужно пропотеть и выработать иммунитет, — я присела рядом и накрыла его ладонь своей. — Магия — это пластырь, а нам нужно генеральное очищение. Не переживай, я и не таких оболтусов на ноги ставила.

— Ма-а-ам, — Горр потянул меня за край платья. — А сказка будет? Про то, как ты победила злого Оракула с помощью антисептического средства?

Я невольно улыбнулась. Ну вот, раз выговорил сложное слово из моего мира, значит, жить будет.

— Будет вам и сказка, и морс, и даже мороженое — но только когда градусник перестанет плавиться, — ласково пообещала я.

И вздохнула, глядя на это безобразие — мечущиеся в мокрых постелях дети, растерянный муж-герой, бесполезно суетящаяся злодейка-попаданка — и подумала: «А ведь это и есть настоящая жизнь. Без спецэффектов, с соплями и кашлем, но такая… реальная».

В кармане тихо пиликнул телефон. Я мельком глянула на экран:

«Внимание! Уровень стресса превышен. Начислено 500 баллов за терпение уровня „Мать-Героиня“».

— Ой, да иди ты в баню, — прошептала я смартфону и пошла на кухню проверять, не пересолил ли Грок свой чудо-бульон.