Глава 28

Злата

Я прислонилась головой к стеклу, следя за дорогой.

Тишина все сильнее давила на меня. После пережитых событий чувствовала себя опустошенной.

С тех пор, как мы оба сели в машину, так и не произнесли друг другу ни слова.

Я не знала с чего начать разговор, чтобы это не выглядело глупо. В голове прокручивала разные варианты, но так ни к чему и не пришла.

Молчание затягивалось, но я продолжала упорно молчать. Для меня было важно, чтобы Артем первый сделал шаг навстречу. Не хочу каждый раз давить на него и навязываться.

Краем глаза я посмотрела на него, но парень выглядел безмятежно.

Будто ему плевать. Плевать на все.

Я сидела, глотая воздух и чувствуя себя совершенно уничтоженной.

– Что с тобой? – неожиданно начал разговор, не отрывая взгляд от дороги.

– Всё нормально, – глухо проговорила, стараясь держать эмоции в узде.

– Если ты переживаешь из-за машины, то ничего с ней не случится.

На миг я нахмурилась, стараясь понять, о чём Артем говорит.

И только потом вспомнила, что ключи от машины, на которой я приехала, он отдал Сереже, чтобы тот добрался домой.

Утром парень должен её вернуть.

Ох, это последнее, что могло меня волновать.

Но ответила я совершенно по-другому.

– Отвези меня к Агнии.

Я увидела, как сводный брат недовольно нахмурился.

Но скорее не из-за того, что я могу уйти и он хочет больше проводить времени со мной, а из-за того, что парень привык все контролировать. Включая меня.

– Ты же хотела поговорить.

– Уже не хочу.

– И тебе даже не интересно узнать, что я с ними сделал?

Я сразу поняла о ком он.

Сколько бы я не ругала себя, но все же не смогла сдержать интерес.

Артем знает на что давить.

Только в этот раз способ не сработает.

– Мне пофиг, – я равнодушно пожала плечами, отвернувшись обратно к окну. Следить за дорогой все же намного интереснее. – Это все?

Желваки заиграли на его скулах.

Кто-то разозлился.

А сколько я должна была раз злиться и посылать парня куда подальше? Нужно помнить, что ситуация всегда может обернуться против тебя.

– Вообще-то нет.

Его ладонь коснулась обнаженной кожи, мое тело прострелило молнией.

Я закрыла глаза. Гулко сглотнула, беря себя в руки.

Я. Его. Убью.

– Ты издеваешься? – прошипела, попытавшись убрать его руку. Но, к сожалению, он вцепился в неё мертвой хваткой. – Немедленно убери.

Мой пульс зашкаливал. Ожидание чего-то большего стягивало внутренности в тугой узел, который медленно, но уверенно опускался вниз.

В ответ Артем лишь усмехнулся, покачав головой. Его рука уверенно поднялась выше, а большой палец размеренно оглаживал внутреннюю сторону бедер.

Проклятье. Сплошное проклятье.

Я сдвинула вместе колени, но стало только хуже. Получилось, что я сжала его ладонь, и из-за этого ощущала прикосновение еще острее. Меня бросило в жар. Внутри все задрожало.

Сейчас я напоминала себе бомбу замедленного действия.

Как назло, вспоминая о том, какие мягкие у него губы и с какой силой он вжимал меня в свое тело, чтобы я была ближе к нему, заполонили мою голову. Кажется, я покраснела.

Артем заметил мою реакцию, и ухмылка нарисовалась на его губах. Но, как бы сводный брат не отрицал ранее, что совершенно ко мне ничего не чувствует и это всего лишь игра, я видела сейчас неопровержимое доказательство на его лице.

Затуманенные глаза, в которых и подавно не было безразличия.

– Немедленно. Убери. Руку. – Мой мягкий голос прозвучал подозрительно спокойно, но я чувствовала внутри себя, что моё тело откликалось абсолютно на все прикосновения Артема. Оно предавало меня.

Черт, я бы с удовольствием хотела, чтобы он поцеловал меня. Но не могла ему доверять.

Посмотрев задумчиво на дорогу, он наклонился буквально на несколько секунд ко мне, столкнувшись нос к носу.

– Так заставь меня, – сказал он, а затем бережно поцеловал меня в уголок губ.

Заставь меня?!

Злость накрыла меня с головой, и я ударила по его плечу, тем самым оттолкнув от себя. Мне не нравилось, что парень играл со мной. Буквально принуждая сдаться и упасть в его объятия. Я не девушка на побегушках. Поманил пальцем – подбежала, дал команду – убежала.

– Не смей играть со мной, – озвучила свои мысли, окончательно прогоняя наваждение. – Хватит. Немедленно останови машину.

Глубоко вздохнув, я уставилась на него с вызовом во взгляде. На данный момент мне было уже безразлично, посчитает ли Артем меня сумасшедшей истеричкой.

Я просто хочу выйти из машины. Убраться из этого замкнутого пространства. Замкнутого пространства с ним. И мне плевать, что вокруг лес и непроглядная тьма.

– Успокойся.

Это слово стало спусковым крючком для меня.

– Отпусти, иначе…

– Иначе, что? – перебил меня, тем самым подтолкнув меня к очередным действиям.

От накатившей паники и злости, в надежде открыть двери, я начала бесконтрольно дергать ручку машины и, в итоге, сильно ударилась плечом об дверь.

Зашипев от боли, потерла плечо.

– Злата, что ты, твою мать, творишь? – Артем убрал руку с ноги, чтобы затем одной рукой схватить за плечо и прижать к себе. Он остановил машину на обочине, а затем хорошенько встряхнул меня. – Возьми себя в руки.

Сражаясь с накатившими слезами, я искала признаки насмешки или издёвки в его лице, но не нашла ничего.

Парень действительно был обеспокоен моим состоянием. Хотя, из-за стоявших в глазах слезах, его лицо слегка расплывалось.

– Я устала, – в отчаянии прошептала я, отказываясь встретиться с ним взглядом, который, без сомнения, теперь был обращен на меня. Легко смахнула слезы, делая вид, что поправляю волосы. – Хватит мучить меня. Ты хотел показать, что ты с Мелиссой? Так, поздравляю. Но не нужно прикасаться ко мне, целовать меня. Потому что ты не имеешь никакого права на это.

– Ты не приехала бы, если бы сама не хотела этого, – его недовольный тон был под стать хмурой гримасе. – Зачем ты тогда заявилась в клуб?

Потому что беспокоилась за тебя.

Но на деле лишь промолчала.

– И кстати, как ты вообще нашла это место? – произнес он ледяным тоном.

От игривости не осталось и следа.

– Хотела зайти домой и взять некоторые вещи, – не моргнув глазом соврала. Ну, или рассказала полуправду. – Увидела, как ты садился в машину и решила проследить за тобой. Было плохое предчувствие.

– Зачем тебе вещи?

Я не знала рассказывать ли ему о том, что я планирую некоторое время пожить с Агнией. Родители вернутся скоро, поэтому вряд ли он бы заметил мое отсутствие. Дом большой.

Но его выжидающий взгляд не дал мне скрыть информацию.

– Я собираюсь пожить у Агнии до приезда родителей.

По его лицу тяжело было что-то понять. Я смотрела на него и видела маску, которую он всегда надевает на лицо, когда хочет скрыть свои эмоции. Равнодушие и незаинтересованность.

Я разглядывала его лицо, гадая, смогу ли когда-нибудь пробиться через стену его безразличия.

– Ладно, – безэмоциально ответил, вновь выруливая на дорогу и продолжая путь.

Больно. Чертовски больно.

Мое сердце с каждым разом все больше сдавало позиции. Уехать отсюда – уже не кажется пустословно брошенной фразой. Двигаться дальше, не оглядываясь назад – это то, что действительно нужно для израненного сердца.

«Сеанс с мороженым у Агнии нуждается в повторении» – грустно ухмыльнулась я в своих мыслях.

***

Мы продолжили ехать молча.

Я уставилась в окно, чувствуя неприятный привкус досады.

Порывалась снова что-то сказать, но не находила слов. А Артём лишь смотрел вперед, поджимая губы.

Когда мы остановились, я с удивлением начала осматриваться.

– Это не дом Агнии, – констатировала факт.

Вокруг было достаточно темно, но я смогла разглядеть, что мы припарковались недалеко от обрыва, на самой вершине. Отсюда открывался потрясающий вид на город.

Здесь безумно красиво, но в голове все время крутились вопросы.

Зачем он меня сюда привёз? Что хотел сказать или показать этим?

Не хотелось думать, что таким образом парень собирается от меня избавиться.

– Я в курсе, – отозвался сводный брат, отстегивая ремень безопасности. – Мне захотелось показать тебе это место.

– Зачем?

Может быть, мой вопрос прозвучал грубо, но я все ещё была расстроена и зла из-за его поступка.

Артем ничего не ответил.

Несмотря на полный игнор, я повторила его манипуляции и вышла вслед за ним из машины. Почему-то казалось, что сейчас он открыт как никогда и я боялась спугнуть это чувство.

Мы не спеша подошли к краю обрыва, всматриваясь вдаль.

Город внизу переливался разноцветными огнями, словно новогодняя гирлянда. Оживленная дорога отсюда выглядела будто игрушечная. Где-то там гудели машины и шумела ночная жизнь, а здесь, наверху, было так тихо и спокойно.

– Я здесь часто бываю, особенно после смерти мамы, – неожиданно глухо заговорил Артем. – Случайно нашёл это место, чтобы выплеснуть все эмоции.

Сквозь темноту тяжело было разглядеть черты его лица, но чувствовалось, как тяжело дается ему каждое слово. Невероятно трудно раскрывать свою боль, по сути, чужому человеку. Даже близким иногда невозможно довериться…

Мне захотелось его поддержать, поэтому я коснулась его руки.

Его руки напряглись, он замер.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, – приняв для себя решение, я решила тоже открыться ему. – Мой отец сейчас в коме.

– Твой отец в коме? – с удивлением спросил, всматриваясь в мое лицо.

В какой-то степени то, что он не знал об этом, не шокировало меня. Должно быть, Артем не спрашивал, и родители не распространялись, но мне просто хотелось дать понять ему, что парень не один и кто-то может понять его чувства.

Пусть даже мне неприятно и тяжело об этом говорить.

– Да, – слова давались с трудом. – Он попал в аварию. Столкнулся с грузовиком. Водитель умер на месте, а папа в коме.

Мои руки задрожали, поэтому я сцепила их.

Почувствовав прикосновение, посмотрела на Артёма. Он сжал мои руки в своих, таким образом, показывая свою поддержку в отношении меня. Своеобразный молчаливый разговор жестов и прикосновений.

Думаю, сводный брат понимал, что здесь не помогут слова. Ненавижу, когда используют фразы «мне так жаль» или «сочувствую». Ещё хуже, когда смотрят жалостливо, как на побитого котёнка. Это звучит слишком наиграно, фальшиво. Потому что на самом деле они не испытывают даже малой части того, что говорят.

Сплошное лицемерие и притворство.

– Моя мама скончалась от рака, – безжизненным голосом открыл свою сторону Артём, глядя мне в глаза в ожидании реакции. – Мы не успели ничего сделать. Было слишком поздно.

В глубине его глаз отражались призрачные отголоски боли.

– Самое смешное, – внезапно истерическим смехом засмеялся. – Я до последнего не замечал, как она с каждым днём всё больше угасала. Даже в её последний день вместо того, чтобы быть рядом с ней, я был на вечеринке.

– Здесь нет твоей вины. Не нужно корить себя, – внезапная догадка пронзила меня, подобно молнии, и я решила ее озвучить. – После этого у тебя отношения с отцом испортились?

Кажется, я попала в самую цель, так как после моих слов, Артём вспыхнул, как спичка.

– Он должен был мне сказать, – зло процедил сквозь сжатые зубы Артем. Убрав свои руки, парень сжал их в кулаки. – Если бы не его эгоизм, то я бы смог попрощаться с матерью.

– Думаю, что твой отец хотел просто уберечь тебя.

– Уберечь меня?

Артём сразу же отстранился от меня, отойдя на несколько шагов назад. Он смотрел на меня с какой-то обидой и … разочарованием.

Я сразу же пожалела о своих словах. Не то, чтобы я действительно так считала, просто сводный брат, видимо, ещё не готов столкнуться с правдой лицом к лицу. Он запер боль от потери матери внутри себя и никак не отпускает ее. Нужно время, чтобы принять эту потерю, простить в первую очередь себя, давая этим возможность двигаться дальше.

Хотя боль от потери родителя может лишь притупиться, но никак не исчезнуть.

– Он тебя действительно любит, – привела единственный и самый важный аргумент, который пришёл на ум.

– Также, как твоя мать?

Я нахмурилась, поджав губы.

Это слишком разные ситуации, чтобы их можно было сравнивать. Только Артём почему-то думает иначе.

Но я решила не развивать дальше эту тему. Оставить её на потом. Почему-то казалось, что парень ещё не готов к этому разговору. Тем более, есть более важный вопрос, который меня интересует и уже которую неделю не даёт покоя.

– И по этой причине, ты стал… – Я запнулась, не зная, как закончить предложение.

– Стал «что»?

– Убивать и причинять увечья людям, – с каждым словом мой голос звучал все тише.