Глава 14

— Адам, какого хрена творишь? — срывается на меня Макс. Ухмыляюсь, проходя мимо друга в регистрационный корпус. На ресепшене две блондинки. Одинаково сексапильные, но сегодня мне похер. Сейчас тренировочный заезд, а потом отрыв.

— Адам, если хочешь устроить махач, просто скажи. Какого ты прибадываешься к Мартину?

— Макс, расслабься. Все отлично. Едем, заставим глотнуть выхлопных этих придурков, — улыбнувшись, хлопаю друга по плечу.

Выхожу из здания, седлаю байк. Чувствую на себе ненавистный взгляды. Мартин и раньше был мне костью в горле. Постоянные мухлежи с гонками, наезды на парней. Я на все прикрывал глаза. Меня не касается, и ладно. Но сейчас этот идиот перешел черту. Лали — только моя. И она неприкосновенна.

Скорость всегда помогала снимать стресс. Адреналин — лучший допинг. Круче алкоголя и секса. Выжимал по максимуму. Пришел первым. Макс практически не отставал. Я видел, он напряжен. Но из-за постоянных перепалок с Лали я не придал этому значения. Спросил только сейчас, по дороге в бар. Но запрыгнувшая на Макса Алина не дала возможности нормально поговорить.

Прошли в бар. За нашим столиком уже собрались девочки. Меня немного попустило, и мысли о Лали не заставляли зубы скрежетать от злости.

Сегодня не хотел много пить, но после пережитых стрессов без виски не обойдется. Стоило устроиться в компании, позвонила Марина. Проблемы в клубе. Пара охранников не вышли на смену. Черт, как только Арс выбыл из строя, пошли трудности. Каким бы мудаком он ни был, работник он отменный. И нужно было как можно скорей возвращать его в клуб. Марина пообещала выполнить эту задачу. Не зря же они трахаются уже полгода.

— Адам, не хочешь позвать Лали? — как только я сбрасываю вызов, произносит Макс. Алина прижимается к нему, хитро улыбаясь. Уверен, это, прежде всего, ее идея.

— Маленькая еще. Вела себя плохо. Не заслужила, — делаю глоток алкоголя, откидываясь на спинку стула. Уже представляю, как сейчас приду в номер и трахну ее. Как она будет дерзить, но ее стройные ножки будут на моих плечах в этот момент.

— Так она сейчас в номере? Одна? — спрашивает Алина, нахмурившись.

— Одна. К чему вопросы?

Девушка пожимает плечами, улыбаясь. И мне ни хрена не нравится эта ее ухмылка.

— Просто я сейчас видела ее в соседнем баре. Она пьет с Пашей. Хихикает, а он тискает ее. Так что, Адам, мне кажется, в вашем номере сегодня будет третий.

Чего, бл*дь?!

Допиваю залпом виски. Рывком поднимаюсь из-за стола.

— Эй, Адам, остынь. Не натвори глупостей, — Макс хватает меня за предплечье. Сбрасываю его руку, срываясь в сторону выхода.

Не помню, как добрался до бара. Глаза кровью налиты, каждый нерв скрутило узлом. Зашел в зал, сразу же ее увидел. Сидит у барной стойки рядом с каким-то уебком. Его рука на ее талии, он что-то рассказывает ей, а Лали улыбается недоноску. Сорвался. Схватил за шкирку урода.

— Съебался, к чертям, — оттолкнул. Тот повалился на пол. Поднялся, встряхнув головой.

— Эй, ты охерел?! — взвывает придурок, а потом в его взгляде вспыхивает понимание, кто перед ним.

— О, Харлей… но какого черта? — Паша поднимается, покачиваясь из стороны в сторону.

— Это моя женщина! — хватаю Лали, заставляя спрыгнуть со стула.

— Прости, я не знал, — хмурится кретин. Лали отталкивает меня, перевожу на нее взгляд.

— Что тебе надо? — рычит девушка, прожигая меня взглядом. А у меня зубы от злости сводит.

— Я велел тебе сидеть в номере, — слетает с губ рычание. Выгибает бровь.

— Я тебе не мартышка на поводке, — улыбается так нагло. Сучка, придушил бы!

— Сам бухать пошел, с телками гулять, а мне — сиди в номере? Иди ты к черту, Адам. Я тебе не нужна, так могу заниматься, чем хочу, — она пытается пройти мимо, но я перегораживаю ей путь.

— Это с ним ты собралась заниматься? — указываю на дебила, все еще стоящего рядом. Она не отводит от меня высокомерного взгляда.

— Тебе какое дело?

Подаюсь вперед, хватаю ее под руку, притянув к себе.

— Не беси меня, Лали. Тебе не понравится плохая версия Адама, — шепчу на ухо. А она начинает смеяться.

— Ой, что же ты мне сделаешь, плохой Адам? — ухмыляется, освобождаясь от хватки. — Трахнешь?! — снова этот смех. Смотрит на меня так, будто я грязь на ее ботинках. А потом залезает руками под подол юбки, стягивает трусы. Швыряет их в меня.

— Так трахай скорей и отваливай! — кричит во все горло. В глазах безумие. Сучка, как же она меня выбешивает!

На нас косится половина зала, но ей срать на все.

— Ты слишком много взял на себя, Адам! Мы не долбанная пара! И я не твоя женщина, понял?!

Понял, блядь. Я прекрасно понял, как с тобой надо, Лали. По-человечески не хочешь, значит, будет по-другому. Так, как я привык. Резко подаюсь вперед, хватаю ее за ноги, поднимая в воздух. Закинув ее на плечо, несу из бара. Лали брыкается, что-то кричит, но мне похер на ее чувства. Я научу эту стерву, как нужно вести себя. Хочет, чтобы я относился к ней как к шлюхе? Что ж, я устрою ей такой аттракцион.

Поднявшись в номер, бросаю ее на кровать. Смотрит на меня волком, что-то хочет сказать, но я пресекаю ее попытку, прикрыв ладонью ее рот.

— Сиди здесь и жди меня! Если выйдешь из номера, Лали, пеняй на себя.

Сейчас все силы уходят на то, чтобы сдержаться и не наказать ее прямо здесь и сейчас. Держу себя в руках, иначе разорву на части эту сучку.

— Еще один просчет, и на х*й договор, поняла?

Молчит. Злобно прищурившись, прожигает меня взглядом. Срываюсь вниз по лестнице. Кровь вскипает, столько злости сейчас во мне. Как вспомню его руки на ее талии, рвет на части. Специально же бесит меня, выводит! Решила на ревность взять. Охотница, бл*дь. Ну, сейчас она прочувствует, как можно веселиться.

— Алина. Кажется, тебе понравилась Лали?

Девушка отрывается от губ Макса, окидывает меня удивленным взглядом.

— Горячая цыпа, — кивает, растягивая пухлые губы в улыбке. Киваю. Сжимаю другу плечо, привлекая его внимание.

— Макс. Нас ждет красивое шоу.

Лали

Я ненавижу его. Клянусь, я никогда не была такой злой. Даже на мудака бывшего. Адам — настоящая заноза. Каждую секунду он отравляет мою жизнь. Такое чувство, будто смыслом своего существования он сделал миссию уничтожения меня.

Как я не хотела ехать в эту поездку! Всю ночь дома глаз не могла сомкнуть, думала, как я могу выпутаться из сложившейся ситуации. Бежать. Единственное правильное решение было бы всеми силами постараться избавиться от идиотского договора, заключенного с Герцем. Одно дело, когда все это было в тайне и строго между нами. Но Адам испортил, рассказав всем о нас!

Он настоящий козел! После той его выходки в клубе на меня все волком смотрят. Никто не общается нормально. Лида обзывает шлюхой и прожигает мою спину ненавидящим взглядом, когда я прохожу мимо. И ведь не докажешь ей обратного. Как объяснить?! Арс… С ним еще сложней. Мне кажется, он ненавидит меня и презирает больше, чем Лида. Я так и не смогла сказать ему ничего вразумительного. Боже, да и что могло бы его успокоить? Тот факт, что я отдаюсь Адаму не по любви? Я чувствую, что нравилась этому парню, и он хороший. Моя мама и дочка без ума от Арсена. Но Адам все испортил, и теперь даже охранник смотрит на меня как на врага.

В довершение всего цирка Герц припер меня на эти соревнования. Он считает, что я буду и дальше позволять разрушать себя, ни в чем ему не отказывая? Нет уж. Мой наряд, мое поведение — единственное, чем я могу защититься от него хоть немного. Черт возьми, я ведь почти открылась этому мужчине, почти поверила в его доброту! Я позволила себе раствориться в нем после тех посиделок в его квартире. Да, ничего особенного не произошло. Мы просто ели китайскую еду и болтали. Но мне казалось, что Адам в тот момент раскрылся. Что он испытывает ко мне больше, чем просто влечение. Но в той драке с Арсом он не смел так поступать. Все его тату, его тайны и странное поведение. Адам не впускает меня в свою жизнь, потому что я для него тряпка, временная игрушка. Но мою он с удовольствием продолжает разрушать.

Он запер меня в номере, а сам ушел. Я думала, разнесу, к чертям, эту комнату! Я была так зла на него! Я понимала, он отправился веселиться с Алиной или с любой другой вроде нее, а я буду сидеть и ждать, когда он соизволит вспомнить обо мне. И мне стало дико неприятно и обидно за себя.

Просмотрела все возможные ящики. Выпотрошила весь алкоголь из бара. Маленькие бутылки виски и рома. Я выпила все, пока не почувствовала, как меня стало отпускать. Больше не трясло, и я наконец-то вспомнила о том, что мне плевать на Адама. Пусть валит к чертям. В конце концов, он превышает свои права. В договоре оговаривалось только то, что я буду спать с ним. А уж где и как мне проводить свободное время, это совсем не его дело.

Долго искать того, кто угостит выпивкой, не пришлось. На пьяную голову я могу легко соблазнять мужиков. Уже и забыла о том, какой была до замужества. Любила флиртовать с парнями. И никогда не испытывала недостатка в мужском общении. Но как только в моей жизни появился Онуприенко, со мной что-то произошло. Словно оказалась в глубокой яме и захоронила себя в этом браке. А сейчас… черт возьми, как бы дерьмово ни обстояли дела, я поняла, что впервые за долгое время чувствую себя красивой и сексуальной. И все комплексы, заработанные мной в браке, все это чушь собачья и совсем не про меня.

Парень оказался общительным. У него была очаровательная улыбка. Нет, он и на десять процентов не был так хорош внешне, как чертов Герц. Бармен постоянно подливал нам коктейли, и я уже была изрядно пьяна. Чувствовала, что смеюсь слишком громко и произношу глупые шутки. Но меня было не остановить. Адам. Только так я не думала о нем. И об Алине. О том, что они сейчас делают. Алина говорит, что она с Максом. Я не верю ей. Друзей в губы не целуют при встрече.

А потом в какой-то момент ворвался Адам. Вот так, по-хозяйски стряхнул меня со стойки, поволок в номер, как пещерный человек. Ни слова не спросил о том, почему я так поступила! Что именно запиваю алкоголем?! Что хочу забыть и почему хочу забыться. Нет! Этому неандертальцу плевать. Более того, он кайфует от моей боли и от моих страданий. Но самое ужасное то, что во время нашей ссоры, пока я ненавидела его, пока кричала и истерила… Насколько я была зла, настолько я хотела его. Я знаю, всему виной алкоголь, и уже завтра я буду жалеть о своих мыслях. Но эти ощущения внизу живота. Их никуда не деть. Они не дают мне здраво мыслить. И сейчас я как загнанный зверь в закрытом номере отеля… Он снова оставил меня в одиночестве и неизвестности.

Спустя полчаса пришла Алина. Сказала, чтобы я шла за ней, вручив мне бокал с виски. Хотела ли я идти? Нет. Но по взгляду девушки я поняла, что Адам не потерпит отказа.

Номер Макса был точно таким же, как и наш. Просторным и люксовым. Подумала о его алкогольном баре, но когда бы вошли, увидела на столе огромное количество бутылок. В баре не было необходимости.

Здесь была атмосфера секса и кайфа. Алкоголь, музыка и два мужчины, сидящие на диване. Родные братья… — первым делом вспыхнуло в мозгу, когда я увидела их. Сейчас, без кепки на голове, рядом с Адамом Макс был так похож на него.

Адам не смотрит на меня. Я прохожу мимо, устраиваюсь со стороны Макса. Мужчины разговаривают о предстоящей гонке. Делают вид, будто нас и нет здесь. Я пью алкоголь, прикрываю глаза, растворяясь в музыке. Не знаю, что я чувствую сейчас. Но уверена, ничего хорошего Адам не придумал. Хотя… разве это имеет значение? Все и так дерьмово.

Алкоголь гуляет по крови. Я стала много пить. В последнее время с появлением Адама в моей жизни все катится к черту. Адам… он разрушает меня. Привязывает к себе, манит… ласково, нежно и осторожно. А потом отталкивает. Грубо, хлесткими пощечинами.

Чувствую его взгляд. Черт возьми, буквально пятнадцать минут назад готова была его послать, а сейчас колени подкашиваются.

— Алина, — произносит Адам хрипло. Девушка в позе наездницы на ногах Макса. Она страстно целует мужчину, в то время как его руки гладят ее татуированную спину в глубоком вырезе кофты на спине. При виде этой картины я загораюсь. Низ живота заполняет истомой. Вот только хочу я не его. Вот этого сволочного блондина, который так любит вытирать об меня ноги.

Девушка отрывается от губ Макса, переводит удивленный взгляд на Адама. Тот, продолжая расслабленно сидеть на диване, указывает легким кивком в мою сторону.

— Ты уверен? — спрашивает его Макс. Я слышу нотки смеха в голосе мужчины, и мороз пробегает по коже от понимания того, что Адам задумал новое испытание для меня.

— Конечно, я уверен, Макс, — протягивает довольным тоном Адам, делая глоток виски из бокала. Переводит на меня ленивый взгляд. Указывает пальцем на диван у противоположной стены.

— Лали, присядь там…

Я не хочу этого делать. Чувствую, буквально каждой клеточкой кожи ощущаю — Адам задумал какую-то гадость. Но отказать ему тоже не могу. Он хозяин положения, и Адам все прекрасно понимает. Я знаю, какую игру он затеял. Хочет сломать меня. Хочет увидеть мой проигрыш. Мои слезы. Вот только черта с два. Я получу от ситуации кайф. Выйду победительницей. А он пожалеет, что связался со мной.

Хочет видеть во мне послушную девочку? Что ж, я согласна поиграть по его правилам. Выполняю его приказ. Устраиваюсь на диване. Алина слезает с колен Макса, неспешным шагом направляется в мою сторону. Она привлекает мое внимание. Мы немного поболтали с ней в уборной сегодня. Она классная. Но не только в общении. Каждый раз, когда смотрю на нее, у меня дыхание спирает от того, насколько круто она выглядит. Инстаграм-дива, — так бы охарактеризовала ее Олька, которая постоянно крутится в этом приложении. Красивые, чувственные губы, приправленные гиалуронкой, аккуратный, чуть вздернутый носик, длинные черные ресницы и взгляд с поволокой. Ее бронзовая кожа кажется блестящей в свете неоновых ламп, освещающих помещение. Девушка одета в короткие шорты и майку без рукавов, из глубокого выреза которой виднеется тату. Эти трое — высшая лига, из одной команды. И от этого еще больше ревную ее к Адаму.

Алина не отводит от меня глаз. Приблизившись, приседает передо мной на колени. Ее тонкие ладони касаются моих бедер. Нежными касаниями девушка гладит их, разводя в стороны.

— Что… что ты делаешь? — срывается с губ вопрос. Кто-то меняет трек на более чувственный. Вместо ответа Алина поднимается, подается ко мне. Так близко, что я чувствую запах клубничной помады на ее губах.

— Адам хочет, чтобы ты расслабилась, детка. Не бойся, я не обижу тебя, — шепчет на ухо, а потом ее язык проходится по коже моей шеи. Вздрагиваю. Поднимаю глаза на Адама. Он все

Он все там же. В кресле, откинувшись на его спинку. Пьет алкоголь и с наслаждением наблюдает за представленной его взору картиной вместе со своим другом.

— Ну же, не закрывайся от меня, — улыбается Алина, задирая подол моей футболки. Я растеряна, взвинчена. Я не понимаю, зачем ему это делать. Но отказаться я не могу, долбанный договор.

Ее нежные пальцы касаются моей кожи. Я прижимаю ладони к груди. Приподнявшись повыше, она берет в ладонь мои скулы, ее губы касаются моих. Нежно, ласково, но с напором. Алина раздвигает языком мои губы, проникает в мой рот. Она вкусная. Виски и мятная жвачки. Нежные руки чертят круги поверх моего бюста, в то время как ее язык в глубинах моего рта творит невообразимые вещи.

Я понимаю, что все это неправильно, но, черт возьми, мне это нравится. От ее прикосновений, от ее запаха каждое мое нервное окончание — будто оголенный провод. Низ живота наполняется желанием. Я хочу ее. И я не прочь почувствовать этот кайф. Девушка стягивает мой бюстгальтер. Отстранившись, смотрит на мое тело. Клянусь, я вижу в ее глазах вожделение.

— Ты красивая. Ты же в курсе? — она поднимает на меня свои зеленые глаза. Ее красивые губы кривит улыбка. — Теперь я понимаю, почему Адама так клинит на тебе, — шепчет девушка, касаясь пальцами моих сосков. Слегка сдавив, заставляет меня зашипеть.

— Т-ш-ш, — тут же накрывает их ладонью. Нежно, ласково поглаживая. Не замечаю, как начинаю подаваться к ней телом. Все, что я хочу — чтобы она не переставала ласкать меня. А еще я хочу, чтобы Адам подавился слюной. Если он решил сделать представление для себя и своего друга, что ж, я сыграю для него.

Набравшись храбрости, двигаюсь ближе к ней. Касаюсь ее бархатной кожи. Ее грудь больше моей на несколько размеров. Стягиваю майку с девушки, снимаю лифчик. Ласкаю пальцами темные стоящие соски. Провожу пальцами по затейливым узорам тату. Ей нравится то, что я делаю. Она подвигается грудью ближе к моему рту. И я целую ее. Сначала несмело. Но с каждым касанием губ и языка ее солоноватой кожи я начинаю действовать все смелее. И, черт побери, мне нравится это. Она слегка подталкивает меня, заставляя улечься. Алина стягивает с меня юбку, касается губами моего живота. От каждого поцелуя девушки я загораюсь все больше. Повернув голову немного в бок, встречаюсь с одурманенным взглядом Адама. По телу проносятся разряды тока. Он возбужден… клянусь, я чувствую исходящее от него вожделение. Адам не сводит глаз с моего тела… Так же, как и Макс. И это ни черта не смущает меня. Может, я буду ругать себя потом за эти мысли, может, не прощу себя, но меня это чертовски заводит. Чувствую себя долбанной порно-звездой.

Адам смотрит на нас, продолжая поглощать алкоголь. Я утопаю в его взгляде, растворяюсь в ласках Алины. Я забываю обо всем, нахожусь где-то в параллельной вселенной. Нет больше Лилианы. Есть только Лали, готовая на любые игры, придуманные воспаленным мозгом Адама.

Ее пальцы проникают в меня, а язык накрывает чувственный клитор. С губ срывается стон, а по коже пробегает дрожь. Я смотрю в глаза Адаму, не отпускаю ни на секунду. Меня затопляет темнотой, мое тело как взрывоопасный механизм. Каждое ловкое движение Алины внутри меня подводит к краю. Я ощущаю, что сорвусь вот-вот, знаю уже этот момент. Изучила свое тело за время отношений с Адамом. Прикрываю глаза, повернувшись к ней, хватаюсь за плечи девушки. Сжимаю когтями, придвигаясь ближе к ней, желая, чтобы она проникала еще глубже в меня.

А когда я оказываюсь в шаге от наслаждения, ее руки и язык вдруг покидают меня. Я ошарашена. Распахнув глаза, едва ли не стону от огорчения. Передо мной стоит Адам.

— Алина… — слетает с губ огорченное.

Схватив меня за лодыжки, мужчина пододвигает ближе к себе.

— Ты будешь кончать только подо мной, Лали… — Его руки на моей груди. Черт, как правильно он ощущается. Горячие ладони сжимают полушария, а я изнываю от потребности поскорее ощутить его внутри, поскорее получить разрядку.

Спустив джинсы, он поднимает меня. Укладывается на сиденье, заставляя меня принять позу наездницы. Он сжимает мою грудь, другой рукой задает нужный ему ритм, приподнимая мою попу. Перед глазами все кружится. Аромат его тела, его член внутри меня — вот она, моя квинтэссенция. Я насаживаюсь на него. Поднимаюсь, опускаюсь, заполняя себя Адамом. Моя голова кружится. Но Герц держит меня, не давая упасть. Я слышу их. Алину и Макса. Слышу ее стоны и шлепки их голых тел друг от друга. Распахнув глаза, вижу, как напротив нас, разложив Алину на столе, Макс трахает ее. Его жилистые руки удерживают талию девушки, в то время как он вбивается в нее. Его взгляд напряжён, он пожирает ее глазами. Эта картина еще больше заводит меня. Есть в этом что-то изысканное.

Чувствую хватку Адама на своем подбородке. Крепко сжав мою скулу, он заставляет опустить голову.

— Сюда смотри… — только от этой фразы я готова кончить. Его ревность. Его дерзкая речь, властные агрессивные нотки в его голосе, животный секс и царящая вокруг атмосфера безумия — все это, как клокочущий вулкан, выплескивало наружу раскаленную лаву. Я не могла отвести взгляда от его черных глаз. Только потом поняла, что, не стыдясь, кричу и стону во всю горло, пока Адам с усилием и упоением насаживает меня. А затем он срывается следом за мной. Я царапаю его кожу, извиваюсь на нем подобно змее, желая как можно дольше остаться в нашем единении, остаться в этом безумии. Ведь знаю, будет как прежде. Как только секс закончится, уйдет и его нежность, и его чувства ко мне. Он снова станет холодным и грубым. Адам станет чужим для меня. И я буду иметь десятки причин ненавидеть его.

Не позволяю себе проявить слабость. Как только его руки перестают стискивать меня, я поднимаюсь. В темпе натягиваю на себя одежду, желая как можно скорее убежать. Привкус горечи от произошедшего уже ощущается на языке.

— Ты куда? — он хватает меня за руку, когда я заканчиваю с юбкой. Оборачиваюсь и застываю. В его глазах, сейчас смотрящих на меня, столько мольбы. Но я слышу, как стонет Алина под Максом. Вижу их вспотевшие тела, находящиеся на грани экстаза, как и мы с Адамом только что. И это чертово безумие возвращает меня в реальность. Помогает собраться с силами и поступить так, как лучше для меня.

— Я хочу, чтобы ты осталась, — шепчет он, только теперь его слова выводят меня.

— Иди ты к черту, Адам.