Глава 15. Непростая штучка

Захар

Мне не нравится эта идея… она мне категорически не нравится.

Во-первых, я никогда не вмешиваю своих женщин в дела. Во-вторых, это конкретное дело может быть опасно для Яси!

Если вдруг ее поймают с поличным, по головке точно не погладят. Вряд ли станут вызывать полицию, скорее сами накажут. А мне не хочется на ней проверять, как местные наказывают неугодных.

Я уже раз пятьсот пожалел, что позволил Супердевочке взять инициативу в свои руки. Теперь хожу по гигантскому холлу особняка Золотникова и гипнотизирую лестницу на второй этаж.

Вокруг все снуют и снуют люди. Шутка ли – организовать банкет на сто персон за два дня. Местные умеют готовиться к вечеринкам. Во дворе уже расставили стулья, разместили арку, где будет проходить сегодняшнее бракосочетание. Седьмое, как мне доверительно сообщили.

М-да, Золотников – ходок.

* * *

Ясмина

Негромко постучав, вхожу в спальню будущей Золотниковой.

– Ясмина, вы? – Арина хмурит брови, они у нее такие же золотые, как и волосы.

Мы познакомились еще вчера, однако я не привыкла к ее фирменному презрительному взгляду. Хозяйка всея особняка осматривает меня так, будто я только что вылезла из помойки, хотя на мне вполне приличное бежевое платье до колена, с короткими рукавами. На улице совсем тепло, оделась практически по-летнему, убрала волосы в аккуратную ракушку, нанесла легкий макияж. Выгляжу прилично, не за что на меня так смотреть, пусть мой наряд и недорогой.

– Проходите, что встали, – обращается ко мне Арина.

Давлю в себе желание сказать ей что-нибудь резкое и захожу.

Поражаюсь тому, как комната преобразилась со вчерашнего дня.

Была просторная, аккуратная спальня, и всего за сутки здесь будто Мамай прошелся. Тут и там валяются коробки с туфлями, чулки, подвязки, три фаты. Три! И я молчу про стойку пышных платьев, занимавших почти все пространство справа от коллекции кукол, любовно расставленной на полках у противоположной от входа стены. Жених скупил Арине весь свадебный салон? Причем явно не в этом городе, потому что тут днем с огнем не сыщешь такой красотищи, которая сосредоточилась в спальне Царевны Несмеяны.

– Это катастрофа, – чуть не плачет невеста. – Ни одного приличного платья. Не в чем замуж выходить! А я говорила Венечке, надо отложить свадьбу. Нет, как баран уперся, и все…

Она сидит за столиком для макияжа, а рядом стоит, чуть не плача, стилист, с которым я тоже имела «счастье» познакомиться еще вчера. Высокий худощавый парень неопределенной ориентации, Виктор.

– Арина, милая, давайте спросим у непредвзятой особы…

– Что она понимает в свадебной моде. – Арина машет на меня рукой.

Смотрю на ее хмурое лицо и диву даюсь, как бедняга стилист вообще выжил наедине с этой золотоволосой хищницей. Впрочем, довольными невесты в принципе бывают крайне редко. Как подают заявление в загс, так у них будто тумблер переключается, даже самая безобидная милаха норовит перевоплотиться в фурию.

– Вообще-то кое-что в свадебной моде понимаю, есть опыт. – Пожимаю плечами.

Ежусь от колкого взгляда Арины. Слава богу, с меня она довольно быстро переключается обратно на платья.

Дальше начинается совершенное безумие.

Прямо при мне будущая мадам Золотникова оголяется и принимается мерить платья одно другого краше, крутится перед большим зеркалом.

Эх… Хотела бы я тоже хоть раз примерить такое платье. Чтобы белое, чтобы пушистое, только мне подходящее. Но не видать мне официального бракосочетания как своих ушей. Паспорт есть, но пользоваться им не могу. А на поддельный не заработала, да и где его взять, не имею ни малейшего понятия. Дима сразу сказал: штамп – ерунда, будем жить как муж и жена. Но это никак не помогло мне избавиться от мечты о свадебном платье.

В цветочный магазин часто обращаются за букетами для невесты, цветами для оформления церемонии. Я лично делаю украшения из живых розовых бутонов для прически. Но вот сотворить что-то эдакое для себя и покрасоваться в пышном платье мне не суждено никогда.

Любимый папочка забрал у меня такую возможность, как и множество других.

Уговариваю себя успокоиться, еще чего не хватало – грустить из-за ерунды. Через некоторое время прекращаю следить за невестой и ее метаниями от платья к платью. Бочком-бочком стараюсь подобраться поближе к коллекции кукол. Ту, что мне нужна, примечаю быстро. Она сидит у самого края. Жутко нервничаю, что меня застукают за подменой, но дело должно быть сделано.

У меня очень ловкие руки. Впрочем, когда в семнадцать сбегаешь от отца-психа, волей-неволей обзаводишься самыми разными навыками. Прежде чем попасть к Диме, я успела навидаться всякого, бывало, и в магазинах приходилось подворовывать. Не горжусь этим, но отлично помню ту щекотку по всей спине, когда в кровь впрыскивается адреналин, и ты будто становишься другим человеком – с невероятным слухом и ускоренными реакциями.

Знакомое состояние овладевает мной и сейчас. В этом есть особый кайф, его не отнять, в такие моменты чувствую себя невероятно живой. И все же в обычной жизни предпочитаю быть на стороне добра, хоть за это платят гроши.

Едва успеваю переселить куклу из сумки на полку, заменив ее той, что еще недавно там сидела, как слышу недовольный тон красавицы-невесты:

– Покажите, что вы там принесли!

Выступаю вперед, достаю из пакета коробку со шпильками, которые я вдела в основания маленьких белых роз.

– Смотрите, я аккуратно украшу ими вашу прическу, продержатся хоть целый день, я их обработала специальным раствором…

– Ну-ну! – фырчит Арина, но все же добреет. – С платьем определились, давайте прическу.

Позволяет стилисту начать работу с ее волосами, а потом подключаюсь и я.

Тихо выскальзываю из комнаты, когда приходит визажистка и начинает трудиться над ее лицом.

В кармане приятно шуршат чаевые, а в сумке сидит золотоволосая кукла, которая так нужна Захару.

Надеюсь, после того как вручу ему добычу, он уедет?

Он должен уехать, просто обязан.

Захар все портит своим присутствием. Бесконечно думаю о нем и ничего не могу с собой поделать. Вспоминаю наш поцелуй и млею, млею. Разве это нормальное поведение для замужней женщины? Да меня в угол пора ставить… левый верхний. Нет, пока Грачев тут, я не могу вернуться к своей обычной жизни. Чувствую себя так, будто у меня эту жизнь попросту отобрали. И почему-то не могу подпустить к себе Диму.

Чувствую большое облегчение из-за того, что выполнила задание. Спускаюсь на первый этаж и вдруг слышу, как меня окликает здоровенный лысый охранник в черном костюме. Ну, конечно… по холлу блуждают целых пять горничных, а понадобилась ему именно я.

– Пройдемте со мной, – вдруг требует он.

Тут же настораживаюсь:

– Зачем?

– Приказ начальства. Обыскиваем всех, кто поднимался на второй этаж. Видите ли, были потеряны кольца, и мы вынуждены…

– Что за кольца?

– Обручальные, с редкими черными бриллиантами.

– Но я их не видела и не брала. – Пожимаю плечами.

– Мне все-таки придется вас обыскать, пройдемте.

Тут-то мой желудок и грозит явить охраннику конфеты, которыми угощал стилист невесты.

– На каком основании вы хотите меня обыскать? – пытаюсь возмутиться, хотя состроить обиженное выражение лица никак не получается, поскольку лезет наружу как раз виноватое.

– Вы отказываетесь?

– Еще как! Я поводов не давала. – Хотелось проговорить это уверенно, но голосу явно не хватило твердости.

– Да кто тебя спрашивает? – тут же рявкает охранник, резко перейдя на «ты». – Пойдем, я сказал!