Глава 15
Доминика
На пороге стоял Рустам и судя по всему не в самом лучшем настроении.
— Как ты узнал номер квартиры? — спросила я.
— Тебя только это волнует? — спросил он язвительным тоном.
— Что произошло? Я что-то сделала не то?
— Сейчас лучше тебе впустить меня и дать увидеть МОЮ дочь. — от его слов я побледнела и испуганно взглянула на мужчину.
— Откуда ты узнал? — спросила я, дрожащим голосом.
— Все мои телефонные разговоры всегда записываются. Я решил прослушать о чем мы с тобой разговаривали. Почему ты мне не сказала ничего сегодня? Решила, что если я не помню ничего, значит и о дочери рассказывать больше не нужно?
— Я собиралась, но… — несмело заговорила я.
— Замолчи, Ника. — процедил он и оттолкнул меня, чтобы пройти. — Я хочу видеть свою дочь.
— Она спит. — сказала я, закрывая дверь.
— Где?
— Пойдем, я провожу.
Я шла в комнату к дочке и пыталась успокоиться. Слишком неожиданно раскрылась моя тайна. Кажется, я была не готова к такому.
Мы вошли в комнату и Рустам тихонько подошел к кровати. Сел на корточки перед малышкой и молча смотрел на неё. По моим щекам потекли слезы. Я так долго представляла их встречу и сейчас видела это по-настоящему. Отец сидел у кровати нашей дочери и улыбался.
Рустам провел пальцами по волосам Кати и резко встал. Кивнул мне на дверь и вышел. Я прикрыла за собой дверь и прошла за мужчиной на кухню.
— Как ты могла, Ника? Как ты могла не рассказать мне о том, что у меня есть дочь? — по его напряженному лицу я понимала, что очень зол. Хотя это наверное нормальная реакция на такую новость. — Неужели ты настолько сильно ненавидела меня все эти годы, что даже не соизволила рассказать о девочке?
— Это не так, Рустам. Я просто пыталась забыть тебя и всё, что с тобой связано.
— Ты бы никогда обо мне не забыла, учитывая тот факт, как она похожа на меня, Доминика. — он подошел ко мне максимально близко, обжигая своим дыханием мои губы.
Сердце снова забилось быстрее, а дыхание стало рваным и тяжелым. Рустам смотрел сначала мне в глаза, затем медленно перевел взгляд на мои губы. Я дрожала и ничего не могла с этим поделать. Его близость всегда действовала на меня по-особенному. И это не изменилось даже спустя четыре года.
— Завтра утром у тебя будет выходной. Я приеду к девяти и ты, Ника, расскажешь НАШЕЙ дочери кто я. Ты поняла?
— Да. — только и смогла сказать я.
Рустам молча развернулся и пошел к двери.
— Рустам? — позвала его я. Мужчина обернулся. Я достала с верхней полки письмо, которое Катя писала своему отцу и протянула Рустаму. — Я говорила ей, что ты поехал далеко за большой собакой. Она просто давно хочет большого пса. И буквально вчера она написала тебе письмо. Точнее я написала, что она просила.
Я видела, как покраснели глаза Рустама, но он быстро вышел, оставляя меня одну. Вот и всё Ника, всё закончилось. Теперь Рустам Саидов никогда не уйдет из твоей жизни.
***
Рустам
Я сел в машину и ударил несколько раз по рулю. Меня распирало от злости, что столько лет где-то росла моя дочь. Доминика никогда не рассказала бы мне о ней, если бы не приехала в город. А теперь я даже понятия не имею как найти общий язык с маленькой девочкой.
Я раскрыл письмо, что отдала мне Ника и решил его прочесть:
"Здравствуй, папочка! Это я, Катя, твоя дочь. Мама рассказала мне о том, что ты уехал в далекую страну за собакой моей мечты. Я знаю, что у тебя там не работает телефон и я не могу тебе позвонить. Но у меня есть добрая фея, которая помогает всегда. И я загадала, чтобы она передала тебе моё письмо.
Я хочу тебе сказать, что мне больше не нужна большая собака. Я хочу, чтобы ты просто вернулся ко мне. Мы будем все вместе гулять на улице, рисовать и смотреть мультики. Мама будет готовить нам вкусные блинчики, а мы с тобой будем их есть перед телевизором.
Если ты прочитал моё письмо, то возвращайся скорее. Мне не нужна собака, мне нужен мой папа."
Второй раз в жизни я не смог сдержать, слез. Моя дочь так долго ждала меня, а я даже не знал о её существовании. Она была уверенна, что я где-то ищу для неё большую собаку. Только Доминика могла придумать такую чушь.
Но теперь я не исчезну из жизни своей дочери и Нику не отдам никому.