Глава Двадцать вторая. Обретение

Счастье вдвоём — это время твоего сна и моего бодрствования.

Габриэль Сидони Колетт

Несколько мужчин сидели в комнате за темным круглым столом, накрытым белой скатертью. В руках они держали бокалы с красным вином и мирно вели беседу.

- Группа молодцы, все сдали, и отстающих нет. Одно не пойму, зачем ты к Властимиру придрался? Мальчишка хорошо знал предмет.

- Честно, не знаю, - соврал лучшему другу. Что я хотел доказать, сам не пойму. Зачем придираюсь к мальчишке, это понятно: меня к нему безумно тянет и злит. Он парень, твержу себе! Мысли с чувствами путаются, и  это ужасно раздражает! Сделал большой глоток вина, когда дверь с громким хлопком открылась, терпкий вкус напитка оставил неприятно-раздражающий осадок в горле. Взволнованный младший брат стоял на пороге  комнаты, а сзади него мельтешил в таком же состоянии Владимир. От осадка в горле сложно было говорить, но, сделав небольшой глоток, все же смог поинтересоваться:

- Дарослав, что случилось?

- Кира пропала, - выпалил брат.

- Какая Кира? - в один голос спросили мы с Ориславом.

- Он имел ввиду Властимира, - влез Владимир.

- Очень похожие имена Кира и Властимир, - сделал заключение Орислав. - Ну, и во что опять влез этот мальчишка? - «Неужели с ним что-то случилось?», - от этой мысли внутри все похолодело.

- Где он? - смог из себя выдавить.

- Понимаешь, брат, он утром проснулся, был в ванной, когда пришла к нему Звенислава, он собирался идти к Огнедару. Уже прошло часа два, а его нет.

- Так, возможно, он с Звениславой ушел? - уточнил Орислав. Внутри все претило этому, от одной мысли, что он с ней.

- Нет, за ней прибыли час тому назад, и она отправилась домой, мы узнавали. А волхва Огнедара нет с утра.

- Да, но мы уверены, что в исчезновении Властимира замешала Звенислава, - вставил из-за спины брата свои пять копеек Владимир.

- Причем здесь Звенислава? И кто такая Кира? - я ничего не понимал. Какая-то Кира, и причем Властимир, если не ошибаюсь, его невесту зовут Властимира. Я во всем окончательно запутался, еще и волнение за мальчишку. Вот, что ему не сидится в Академии? От переживания плохо понимал.

- Вчера Звенислава угрожала Властимиру, что он пожалеет, что оттолкнул ее, - сказал Владимир.

- И еще, брат, это не наша тайна, но подозреваю, что и без Богдана здесь не обошлось.

- О Боги, а Богдан здесь причем?

- Я не могу рассказать, с меня клятву взяли, но… - брат выразительно посмотрел на Владимира. Я видел, что тот немного замешкался, - Сейчас не время, думаю, мой брат должен знать правду, - немного подумав, тот все же решился:

- Мы с Кирой не из этого мира, нас перенес сюда Богдан.

- Кто такая Кира? - я хотел задать тот же вопрос, но меня опередил Орислав.

- Кира - это и есть Властимир, - от мысли, что все это время за образом мальчишки пряталась девушка, стало радостно, но и разозлило.

- Дальше, - выдавил из себя, стараясь придать голосу спокойствие, но так как начал оправдываться Владимир, у меня явно получилось не очень.

- Огнедар в курсе, что Властимир девушка, - а дальше пошла познавательная история, как они попали в это измерение, как их приютила Ядвига, учеба, и чем дольше шел рассказ, тем больше у меня возникало вопросов к брату и Богдану. Я только посмотрел на друга, как Орислав все понял:

- Сейчас проверю, когда уехал Богдан, - поставив бокал на стол, он покинул комнату.

- Так, а теперь вы. Ты, - указал Владимиру или Вадиму, - остаешься здесь на случай, если появится Кира или Богдан, а мы с тобой поедем к Броновичам, - через пару минут вернулся Орислав:

- Ну что, Богдан утром отбыл, а после него и Звенислава, но если интересно мое мнение, наша обманщица, скорее всего, с Богданом, - я был полностью солидарен с другом, и меня это не радовало. Все чувства смешались: злость, отчаяние, радость. Я из последних сил держал себя в руках. Если с ней что-то случится, вампиру не жить. Взяв себя в руки, произнес:

- Орислав, мы к Броновичам, если появится одна или второй, сообщи.

- Естественно. Ну что, пошли, - подхватив Вадима, он нас покинул. Я требовательно и внимательно уставился на родного брата. Был на сто процентов уверен: он знал, что Кира моя истинная.

- Не смотри на меня так, - с этими словами он развалился в кресле, где ранее сидел Орислав. - Знал, каюсь, что она твоя пара, но я под клятвой. И между нами ничего не было, так что не смотри.

- В тот вечер, после ресторана, где ты был?

- Не доверяешь паре, ну-ну… Ладно, не буду томить, у Агнеи, сразу как ты уехал.

- Вы больше в одной комнате не будете жить, - брат медленно поднялся с кресла и, став практически рядом со мной, нос к носу произнес:

- Если не хочешь потерять Киру, не вздумай ей даже ставить условия, как ты любишь. Это мой тебе совет, я ее знаю куда дольше. Хватит разговаривать, поехали уже к этим Броновичам, - больше ничего не говоря, брат вышел за дверь. ”Глупо, как же глупо. Я должен переживать, где сейчас Кира, а не вести разборки. Но как же сложно... Я сейчас ощущаю себя младшим братом”, - взяв пальто, быстро вышел вслед за Дарославом. Пардус стоял на крыше здания, не заметил, как он преодолел пролеты до стоянки. В голове стояла сплошная пустота, действовал по инерции.

- Успокоился? - полюбопытствовал брат.

- Не сейчас, - мне нужно было сосредоточится на дороге.

- Хорошо, ты веди, а я тебе расскажу о Кире.

- Успокойся, иначе останешься здесь, - мне сейчас было не до разговоров. Быстро поднял пардус и на разрешенной максимальной скорости покинул город. До города Ормы приблизительно час езды, как только мы покинули Дротеск, включил максимальную скорость.

- Не знал, что ты любитель быстрой езды.

- Молчи, иначе выйдешь здесь и сейчас, - я был зол на брата, ведь все это время он знал и молчал.

- Не злись, она сразу с меня взяла клятву.

- Да успокойся ты. Понял я… - резко ответил. Меня раздражало его оправдание, но от этого не становилось легче. На кого я больше злился: на себя, на брата, на Киру? Но и она должна была чувствовать притяжение, неужели не поняла? Или ей безразлично?..

Я старался выжать по максимуму из пардуса, приоткрыв немного стекло. Ветер обдувал голову. Хотелось, чтобы он убрал все негативные мысли. До Ормы мы добрались меньше, чем за час. Жутко раздражала медленная езда по городу. Мне казалось, что я нахожусь на грани. Вопросы «Как она?», «Что с ней?» крутились в голове. Наконец, достигнув двухэтажного каменного здания, остановились возле больших деревянных ворот. Только мы покинули пардус, как на встречу к нам вышел худенького телосложения паренек:

- Здравствуйте, господа.

- Здравствуй, князь Бронович на месте?

- Да, пройдемте, - мы прошли через весь двор, как я понял, мы направлялись в сад. В закрытой каменной беседке с большими окнами за белым столом сидел князь с дочерью, в углу помещения горела печка.

- Мир Вашему дому, - первые поздоровались мы.

- Здравствуйте. Простите, не ожидал гостей. Проходите, присаживайтесь.

- Благодарю, как-нибудь в следующий раз. Мы прибыли к твоей дочери, - молча сидевшая до этого Звенислава вздрогнула. ”Неужели она причастна к исчезновению Киры?” - Я не хотел верить в это до последнего.

- Интересно даже. Присаживайтесь, в ногах правды нет, - присел на краешек скамейки, - Возможно, будете узвар?

- Нет, благодарю.

- Ну, раз нет... так что вы хотели узнать?

- В Академии пропал ученик, и твоя дочь последняя, кто его видел.

- Моя дочь не может быть причастна к исчезновению мальчишки.

- Не спорю, но, может, она сама ответит? - я видел, как нервничает Звенислава, но надо отдать должное - молодец, держала себя в руках. Едва дрогнувшим голосом она произнесла:

- Я утром действительно встречалась с Властимиром, но мы расстались в саду. Он направлялся к волхву Огнедару, - я видел, что она лгала.

- Что ж, благодарю, не будем вам мешать.

- Как видите, моя дочь ни в чем не виновата.

- Твою дочь никто не подозревал, - и уже внимательно посмотрев на Звениславу, произнес: - Надеюсь с Властимиром все будет хорошо, и мальчик сегодня объявится, иначе будет расследование, - на последних моих словах она вздрогнула и тут же добавила:

- Знаете, я вспомнила, когда мы попрощались, в саду гулял наказатель Богдан.

- Благодарю. Что ж, всего доброго.

- Заходите просто в гости, будем рады. Я так рад, моя дочь учится на Волхователя, и одна-единственная девушка в группе. И такая умница, хозяюшка, ей так нравится учиться. Она прекрасная партия, не находите?

- Не спорю, у тебя хорошая дочь. Но я встретил свою истинную, - расставил сразу все точки.

- А твой брат?

- А мне еще рано. Учиться надо и отец против раннего брака. Правда, брат? - вмешался в разговор Дарослав.

- Правда. Всего доброго и благодарим за гостеприимство, - быстро раскланялись с хозяином дома и только в пардусе смогли спокойно перевести дух.

- Остается Богдан, - подытожил брат.

- Остается, - злость накатывала новой волной. Оставалось только держать себя в руках. Мысленно досчитав до десяти, поднял пардус, и мы направились в Академию.

На площадке для парковки пардусов в Академии нас уже ждал Орислав. Я сразу обратил внимание, что пардус Богдана был на месте.

- Он здесь? - только спросил.

- Да, у себя, - только и успел ответить друг. Больше не думая, я спускался, как во сне, по лестничным пролетам, шел на этаж преподавателей. Я надеялся, что она там, с ним, пусть лучше будет так, чем она будет… Выбивая дверь, я все еще надеялся, но мой бывший друг преспокойно сидел в кресле с книгой.

- Даромир? - удивленно спросил друг.

- Я, - стал медленно приближаться, - Где она?

- Кто? - не дав ему успеть встать с кресла, схватил одной рукой за горло.

- Кира, где Кира? Я последний раз тебя спрашиваю.

- Я не знаю.

- Ты забрал ее утром, - практически шипел. - Я жду, и не зли, ты знаешь меня, - старался сдержать себя, но у меня это плохо получалось, рука продолжала медленно сжимать горло вампира. Я видел, как бледнеет его лицо, растерянность и ужас во взгляде. Внутри все ликовало и жаждало крови.

- Брат, успокойся, - вывел меня из оцепенения Дарослав, немного ослабив мертвую хватку.

- Я жду, - вампир попытался от меня отстраниться, на что я только сильнее сжал горло. - Ты не пытаешься вырваться, бежать, отвечаешь на все мои вопросы. Понял - кивни, - тот растерянно кивнул. - Я слушаю, - осипшим голосом он попытался ответить:

- Я, правда, не знаю, дай воды...

- Ты сейчас мне все рассказываешь.

- Я не возражаю, - рядом кто-то протянул стакан с водой, дрожащей рукой бывший друг взял стакан и мелкими глотками осушил его. - Отпусти, я скажу правду.

- Даромир, отпусти его, - сказал рядом Орислав. С огромным нежеланием я отпустил его.

- Я жду, - прочистив горло, тот начал свой рассказ:

- Киру я встретил возле ее работы. Она тогда мне очень понравилась, но, как на зло, она совершенно не обращала на меня внимания. У меня там кружок по долголетию, и ее начальник входит в клуб по интересам.

- Это ты мне потом расскажешь, где она?

- Не знаю, честно, не знаю. Бросалась огнем, подожгла гостиную, обратилась огненным финистом и улетела. Я разыскивал ее, но, к сожалению, не нашел, это коротко, - оправдывался вампир.

- Кому ты ее обещал?

- Идарию Айдоницкому, - прошептал Богдан. Больше я терпеть не мог, сжимаю пальцы в кулак и заношу для удара, он едва успевает отклониться. От удара вампир падает в кресло и потирает челюсть.

- Зачем далась тебе эта девчонка?

- Идиот, молчи, она - его пара, - слышу голос брата, меня сдерживает Орислав. Желание убить, ненависть, злость,.. я не верю тому, что это мой друг.

- Прости, Даромир, я не знал, - вижу, как меняется его лицо. - Мы найдем ее, обещаю тебе. Дайте мне дозрети, - кто-то подает ему дозрети, на экране появляется фигура Эристора, слышу, как он просит его о помощи, быстро старается всё объяснить.

- Значит, парень оказался вовсе и не парнем. А знаешь, молодец, обвела нас вокруг пальца. Но я тебе говорил тогда, говорю и сейчас: без Ядвиги не обошлось. Но мои ребята перешерстят еще раз ту местность. Не переживай, найдем твою пропажу, - на словах о пропаже я готов был растерзать Богдана, не смотря на нашу долгую дружбу. Ревность и злость текли ядом по крови, отравляя былые чувства дружбы.

- Она не моя, но нужно, чтоб ты ее нашел.

- Хорошо, как только что-то станет известно, я сообщу, - экран погас.

- Успокойся, Даромир, возьми себя в руки, - слышу голос Орислава, сам понимаю, что веду себя, как мальчишка, но ничего поделать с этим не могу. Все мысли были о Кире. Попросил Орислава отпустить меня, молча прошел и сел в соседнее кресло. Не знал, что хуже: ждать или отправиться самому ее искать.

- Мы найдем ее, - слышу голос брата. Желания разговаривать не было, молча встал и пошел на выход. Не успел дойти до двери, как дорогу мне перегородил Вадим с собакой на руках.

- Что это? - спросил его.

- Это Ян, семаргл Киры, он заснул и не просыпается.

“У моей девочки и семаргл есть? Сколько же в тебе сюрпризов, хорошая моя?”.

- Дай сюда, я за ним присмотрю.

- Даромир, ты знаешь, в каких случаях семарглы впадают спячку? - слышу, как через туман, голос Орислава. Конечно, знаю, когда их хозяин одной ногой за рекой Смородиной*.

Забрал Яна на руки и ушел к себе; пока жив семаргл, жив и его хозяин. Молю Богов, чтобы помогли Кире, помогли ее найти. В своей комнате положил семаргла на кровать, а сам умостился в кресле. Как найти и помочь своей истинной, я не знал. От этого еще больше злился и ненавидел себя. Я был на грани отчаяния. Сделал попытку отвлечься от беспокойных мыслей, ведь этим я Кире не помогу. Разве, что… Больше не думая, подошел к шкафу, открыл темную дверцу, из темного шелкового мешочка вытянул клинок, сделанный  из прозрачного изумрудного оттенка обсидиана с черными линейными вкраплениями. Больше не раздумывая, расстегнул рубашку, так, чтоб видеть татуировку. Одним движением разрезал линию жизни на правой руке, давно забытые слова лились из памяти: ”Будь ты пред Богами цела и невредима. Разделяю свою жизнь с тобой, моя пара, моя истинная и отныне моя жена. Отныне я твоя защита всегда и во всем. Храню тебя от напасти, невзгод, неудачи, несчастья. Идти тебе по жизни, душа моя, светлою тропою, легкою ногою. Раз шаг удача, два шаг и счастье, три шаг и радость. Да будет так. Истинно!”, - в последний момент успел приложить окровавленную руку к руне на груди. Перед глазами, как в тумане, видел летящую в реку Смородину девушку; в ее золотисто-рыжих волосах играли огненные всполохи, я слышал ее страх и отчаяние. ”Я только тебя нашел!”, - сам не ведая, что творю, расправил крылья к ней, к той, что дороже жизни, дороже всей вселенной. Отныне моя жизнь - твоя. У реки подхватываю свою девочку на руки, крепко прижал к груди, от страха Кира потеряла сознание. ”Тебе больше нечего бояться”, - прижимаю ее крепче, боюсь ее отпустить. - ”Отныне ты моя жизнь, моя слабость и мой страх”.

У начала моста остановился, не знал, куда двигаться дальше.

- Отдай ее мне, - раздался сзади твердый мужской голос.

- Нет. - Уверенно отвечаю, разворачиваясь на голос. Передо мной стоял мужчина, высокий, со светлыми волосами и небесно-голубыми глазами. - Сварог?! - он протягивает руки.

- Обещаю, верну, и вы скоро встретитесь, - возможно, увидел мое сомнение. - Ей надо завершить предначертанное. Обещаю, вы скоро встретитесь, остальное зависит от вас. Ну, давай, она скоро придет в себя, - нехотя, я все же протянул маленькое, хрупкое тело любимой женщины. Все внутри протестовало и сжималось от мысли, что ее будет держать на руках другой.

- Ну-ну, ко мне не ревновать, - и прежде, чем раствориться: - Доверяй ей, и она не предаст.

Мне оставалось только смотреть и наблюдать, как в темном помещении Сварог растворяется в золотистом свечении с моей любимой на руках. Но главное я знал, она жива, и мы вскоре встретимся.

Удар, еще один удар, на третий успел схватиться за чью-то руку.

- Пришел в себя, - слышу взволнованный голос брата.

- Пришел, - приоткрыл глаза, рядом на корточках сидел Дарослав, на полу капли от моей крови и ритуальный нож нашего дела.

- Дай зеркало, - попросил брата, тот, не раздумывая, принес. После ритуала была легкая дезориентация и недомогание. Облокотился о шкаф, брат подал зеркало, теперь я видел: ритуал сработал. Рядом с руной леля была рука уд. Это сила – объединяющая два противоположных начала и рождающая новую жизнь, это огонь любви и страсть, влечение, пробуждение живого и радость. Это страстные отношения между парой.

- Ты провел ритуал, - подытожил брат.

- Хватит, - я знал, что он сейчас скажет; собрал оставшиеся силы, переместился в кресло. - Что ты хотел?

- Проверь дозрети, у тебя должно быть уйма пропущенных прозорути* от отца.

- Потом, - сейчас я хочу отдохнуть.

- Понимаю, что ты не хочешь говорить о ритуале, только ответь, ты это сделал ради нее или ради себя?

- Дарослав, я не могу тебе ответить на этот вопрос. Конечно, в большей степени ради нее, но и ради себя тоже. Иди, - странный вопрос, для кого я это сделал, для себя или для нее. Истинность, как и любовь, сама по себе эгоизм, без пары ты не можешь жить, дышать, сложно находится на расстоянии, хочется быть рядом, касаться, быть с тем, ради кого ты живешь и дышишь. Потому, что есть любовь и истинность, наверно можно ответить проще: Потому что… Потому что одна душа на двоих. Потому что мы частички друг друга. И ради кого я это сделал, ради нас и нашего будущего. Возможно, с моей стороны это эгоизм…

- Хорошо. Только не спеши радовать Киру, что она фактически твоя жена.

- Не переживай, моей женой она станет только после храма, - как только за братом закрылась дверь, провалился в глубокий сон без сновидений.

Кажется, не успеваешь заснуть, как тут же будят настойчивым стуком в дверь. ”Кого там нечисть принесла?!” В комнате было темно. Хлопнул в ладоши, сразу же ярко зажегся свет. В дверь продолжали настойчиво стучать. Спина затекла. Расправил плечи. За окном темно. Так и не поняв, который час, открыл дверь. На пороге комнаты стоял Богдан.

- Слушаю, - ни видеть, ни слышать его не хотел.

- Поговорить, дай пройти, - оттисков меня от двери, он прошел в комнату к столу. - Ты… - он указал на пол. Перевел взгляд, куда указывал вампир. Оказывается, я забыл спрятать ритуальный нож и вытереть кровь. Молча поднял нож и спрятал.

- Так что ты хотел?

- Попросить прощение, надеюсь, это не разрушит нашу дружбу.

- Ты так считаешь?

- Пойми, я не знал, что она твоя истинная, да и от мальчишки ты держался отстранено, - я и сам жалел о своем решении. - Мне надо было снять договор, этот хитрый лис взял с меня клятву.

- Ты больше не будешь ходить в мир Киры и приводить сюда девушек, ты понял?

- Знаешь, это жестоко, да и многие счастливы здесь.

- Будучи наложницами? - для меня это было новостью.

- Они получают все, что хотят: деньги, украшения... - самому стало стыдно за свою мысль. Неужели и Кира..., будто прочитав мои мысли, Богдан продолжил: - Нет, Кира ни о чем не догадывалась, признаю, здесь я сплоховал. Но, благодаря мне, вы встретились. Мир? - простить бывшего друга было сложно, у меня до сих пор перед глазами была падающая в реку Кира, страшно представить, что ей пришлось пережить. Мое молчание Богдан понял. - Я понимаю, прости, из Академии уйду.

- Из Академии не стоит уходить, но преподавать в группе Киры ты больше не будешь.

- Спасибо. Я хотел тебе еще сообщить: Эрестор отправил две группы. Одна просматривала лес, а другая наблюдала за избой Ядвиги. Так вот, Кира у нее… Надеюсь в память о прошлой дружбе ты… - он не договорил покинул комнату. Я так и продолжал смотреть в темное окно, чувства  разрывались: с одной стороны любимая женщина, а с другой стороны друг, совместная учеба, доверие, практика, общие интересы, приключения и столько лет дружбы…

Вспомнил, что брат просил связаться с отцом. Надеюсь, ещё не поздно. На дозрети высветилась присети* фигуры отца, как всегда в кабинете за столом:

- Долго ты… - в его голосе чувствовалось недовольство, и как свидетельство сему прищуренный взгляд.

- Добрый вечер, отец. Ты знаешь, я на работе, - старался отвечать спокойно, хотя внутри бушевали эмоции. Я знал, для чего он зовет меня домой.

- У нас гости, и все ждут только тебя.

- Придется им еще подождать, отец. Я приеду с истинной, - на мой ответ отец долго смотрел на меня задумчивым взглядом.

- И что прикажешь мне сказать Скрябиным? Мы планировали заключить союз.

- Как вариант, ты можешь сам жениться.

- Не дерзи отцу, твоя мама скоро зайдет. Я понял тебя, ждем тебя с парой. Она - демон?

- Человек, - видя возмущенное лицо отца, сбросил прозорути*. В семье негативно относились к человеку, как к паре. С того самого момента, как дальняя родственница покинула наш мир ради человека.

В спальне скрутившись на кровати спал Ян, погладил его по мягкой шерсти:

- Не переживай, с твоей хозяйкой все хорошо, скоро она будет здесь. Набирайся сил, - сам, не раздеваясь, лег поверх одеяла. Сон не шел, в голове ярмарка из скачущих мыслей и фейерверк из чувств: надежда на встречу, сожаление, страх, сомнения. Пребывая в полудремном состоянии, я, наконец, заснул под утро.

Какое дежавю. Тихий стук в дверь, я бы даже сказал скребущийся, через окно пробивались последние теплые лучи солнца. Посмотрел на время: была уже обестина*, направился к гостю. Я был очень удивлен, на пороге комнаты стоял Эрестор, на руках у него Кира, рядом с ними довольный Богдан:

- Спишь? А я обещал, что скоро увидитесь, вот, получай пропажу. Куда нести? - хотел забрать.

- Не стоит тревожить, пока мы здесь, - тихо сказал Эристор. - Я, скажем так, добавил в перевар немного настойки пиона и пустырника. Так что спит твоя красавица или красавец. Куда положить? - провел в спальню темный эльф очень аккуратно положил на кровать Киру, а Богдан положил на кресло ее вещи.

- Твой семаргл? Давно их не видел, - поинтересовался шепотом Эрестор.

- Нет, Киры, - так же тихо ответил я.

- Пойдемте, пусть спит, не хочу, чтобы она нас видела, - сказал Богдан, как только мы вышли и прикрыли двери, Эрестор нормальным голосом спросил Богдана:

- Боишься, что тебе кое-что подожгут?

- Не смешно. Пошли.

- Я твой должник, - протягивая руку Эрестору, сказал я.

- Не стоит, береги ее, и знаешь, - пожимая руку, сказал Эрестор. - Как парень, он мне больше нравился.

- Спасибо, - поблагодарил Богдана прежде, чем тот покинул комнату.

- Не за что, - ответил друг, - И удачи, она тебе пригодится, - на этих словах за товарищами закрылась дверь.

Я смотрел на ту, что стала дороже всех. Она безмятежно спала в огромной кровати, спокойное лицо с закрытыми глазами, слегка сморщенный курносый носик, легкая очаровательная улыбка на лице. Как же мне хочется знать, что тебе снится? Как же хочется провести рукой по твоим шелковым волосам, как тогда, в лечебнице. Как же хочется тебя оградить от всего плохого, окунуть в мир любви, нежности, счастья и беспечности. Сколько раз я приходил к ней ночью, когда она лежала в лечебнице. Сколько раз я вспоминал этого наглого мальчугана в лавке. Того, кто пробудил во мне чувства радости, удивления, растерянности, злости и притяжения…

река Смородина, разделяющей мир живых и мир мёртвых.

Прозорути* - вызов

присети - голограмма

обестина* - время с 12 до 13-00