Глава 18

Его Величество сидел у костра напротив меня. Пламя плясало между нами, облизывая ветки. Было темно, но благодаря свету я видела хорошо, выхватывала сильные предплечья, напряжённые плечи, темные пряди волос, выбившиеся из высокого хвоста. Эрэйн держал кинжал уверенно, почти лениво, проверяя им мясо над огнём, но в каждом его движении чувствовалась сдержанная сила. Та самая, которая не нуждается в демонстрации.

От костра пахло жареным мясом и дымом. Но потом этот запах отошел на задний план. Я остро почувствовала другой аромат, словно воздух перед грозой. Это ассоциировалось у меня со свежестью и свободой. И с ужасом я понимала, что это все отзывается во мне на уровне инстинктов.

Я затолкала свою ящерку куда подальше. Но вдруг обнаружила, что её сила возросла. И что теперь она точно не ощущалась у меня как маленькая искорка. А что, если Эрэйн почувствует её во мне, если, конечно, до сих пор не видел? И как мне теперь её прятать?

Император смотрел на меня поверх пламени, и этот взгляд прожигал меня.

Глаза в полутьме казались почти нечеловеческими: тёмные, глубокие, с золотистым отблеском, который вспыхивал и гас в такт огню. В них не было тепла. И не было жалости. Только холодная, хищная сосредоточенность, как у зверя.

Я замерла. Сердце дёрнулось и сбилось с ритма. В груди стало тесно, будто воздух вокруг меня вдруг уплотнился. Моя драконица внутри притихла… в жадном восхищении. Для меня все это было ново. Сейчас слишком много чувств от моей драконицы навалилось на меня.

От императорской ауры исходило давление. Чувствовалась его сила, как никогда. Кажется, в спальне в первую мою брачную ночь он ещё сдерживал её.

А вот сейчас сила плескалась, звериная мощь поражала. И я очень была удивлена, что до сих пор не лежу на камнях, распластанная под его волей. Его сила, власть и абсолютное превосходство словно окутывали меня, не нанося боли.

Я поймала себя на том, что лежу на боку и сжимаю пальцами камзол, который был на мне. И от этой мысли стало горячо.

Что не говори, но император был красив. Резкие черты лица, тень щетины, жёсткая линия рта. Взгляд — спокойный, уверенный, смертельно внимательный. Так смотрят те, кто привык решать, кому жить, а кому — нет.

Я ощутила странную, пугающую двойственность. Мне хотелось отвести глаза. И в то же время смотреть.

Пламя между нами колыхнулось, а потом резко искры взметнулись выше и опали. Его Величество не отвёл взгляда.

Моя драконица внутри шевельнулась, словно напоминая, рядом хищник.

Огненных драконов в Империи истребили давным-давно. Кланов драконов было много. Но ни одного огненного. Магия огня — вне закона.

Это связано с давним прошлым, когда Огненный клан пошёл против императора, и тот уничтожил всех — вырезал под корень.

Потому опасно таким, как я, светиться.

— Ассоль, как ты себя чувствуешь? — низким, грудным голосом спросил император.

И я не сразу поняла, о чём был вопрос — так была напряжена. Потом попыталась сесть. Но тело прострелило ослепительной болью. Я даже не могла понять, где болит больше — рёбра, нога, спина или плечо.

Хотя… плечо сильнее всего.

Вспомнила, что именно туда в меня бросили кинжал, и он прошил его насквозь, но, видимо, в потоке горной реки всё же выскользнул из раны.

А потом я ещё и поняла, что под камзолом на мне нет одежды. Мой первый оборот привёл к тому, что я потеряла всю одежду. Я ведь ещё не знала, как удерживать её магией. Для меня это было бесполезное знание.

Я мучительно покраснела.

Я была голой. В камзоле императора.

Я коснулась лица — там не было уже таких глубоких отметен. Я попыталась снова встать — не смогла. Плечо отозвалось невыносимой болью.

— Лежи.

Его Величество подошёл ближе. Помог мне сесть. Сам остался позади. Я чувствовала его дыхание на своей шее, и у меня побежали мурашки. Я круглыми глазами смотрела на огонь, а сама растерялась в этот момент от того, что так остро ощущаю его рядом.

А потом Эрэйн потянул с меня камзол с одного плеча, а я, краснея, прикрывала грудь. Меня прошило импульсом, когда он дотронулся до моей кожи своими шершавыми, горячими пальцами. Сердце заколотилось как сумасшедшее. Драконица внутри не желала прятаться — я это не сразу поняла. В голове от близости императора словно помутилось.

Я чувствовала, как император чем-то намазал моё плечо. Набросил обратно ткань и отошёл.

Я украдкой посмотрела на него. Он вернулся на своё место и взял мясо, которое жарил до этого на тонких острых шпажках. По лицу было невозможно понять, понял ли он, что произошло со мной в его присутствии.

Он был равнодушен, спокоен и холоден.

— Тебе нужно подкрепиться.

И снова подошел ко мне.

А потом я не могла не удивляться тому, что происходит.

Я решила пока просто понаблюдать за императором, понять: даже если он понял, что я обернулась драконицей, даже если он нёс меня в этом облике — понял ли он, какая именно я? Ведь мы жили в клане Туманных драконов, и, соответственно, магией я должна была обладать клановой. А стресс, испытанный мной, конечно же, мог спровоцировать оборот.

Эрэйн передал мне флягу с водой, и я отпила. Потом передал кусочки мяса. Я вцепилась в них и жадно проглатывала, а он всё смотрел на меня. Но голод был просто зверский — видимо, оборот отобрал все мои силы.

Я боялась его вопросов. Страшилась их.

Но как только я поела и снова попила, он спросил:

— Что произошло в лагере?