Глава 37.
— Ты дрянь, ты стерва больная! Как ты только могла мне нравится?! Да ты просто чудовище!
— Рот свой закрой, огрызок помойный! — перебивает. — Ты вообще с кем разговариваешь, забыл, кто тебе работу дал, кто помог зад твой в тёплое местечко пристроить? Что скажет твоя жена и трое твоих спиногрызов, когда их папочку лет эдак на десять на нарах закроют?!
— Да пошла ты!
Сергей выдёргивает свою руку из её руки, быстрым шагом идёт к выходу, а мы продолжаем сидеть как мыши.
— Ты пожалеешь! Ты очень сильно пожалеешь, что повернулся ко мне спиной! Я сотру тебя в порошок… Всех сотру! Уничтожу! Я здесь власть, Я!!!
Вера залпом опрокидывает в себя несколько рюмок спиртного, хватает сумочку и выскакивает вслед за Сергеем.
— Стой на м-месте, долба*б ссаный, мы с-стобой ещё не закончили! К ноге, псина!
Пошатываясь на каблуках, шпала, проносится мимо нас, оставляя за собой тошнотворный шлейф перегара.
Позорище невозможное!
Она ещё и пьяна…
Фух, боже…
Я сижу абсолютно никакая, забившись в уголок, у меня ступор.
— Саааш, вы это слышали? Она… о-она, что пыталась заказать меня Сергею? Чтобы он меня у-у-убил?
— Слышала, — хмурится та. — Нужно немедленно доложить обо всём господину Доронину!
— Я поражена…
Это еще мягко сказано.
Я едва могу полноценно дышать и шевелить конечностями.
Ещё и живот начинает странно тянуть, как будто каменеет.
— Идёмте, не стоит подолгу задерживаться в этом неприятном месте.
Оглядываясь по сторонам, Александра вывела меня на улицу. На воздухе мне стало немного лучше, но я продолжала испытывать головокружение, ощущая, как сильно онемели мои пальцы.
Поверить не могу в то, что узнала! Так вот, оказывается, кто стал причиной всех моих несчастий! Да, я догадывалась, но теперь убедилась окончательно.
— Так, так, так! Значит мне не показалось! Ну, привет, сестричка! Давно уши греешь?! Тварюка…
Застываю.
Мы с Александрой резко оборачиваемся, безопасница машинально закрывает меня собой, когда видит, как из-за угла обшарпанного здания, шатаясь на каблуках, из тени выплывает бледная, как смерть, Вера. Она курит. Курит и бросает себе под ноги сигарету, раздавливая её тонким каблучком.
— Давно тебя не видела! Как живется? Мой муж классно трахается?
Мне нечего сказать.
Меня накрывает мерзким холодком, отчего я невольно обхватываю себя руками, будто пытаюсь закрыться от её ядовитого, змеиного взгляда, отравляющего до самых костей.
— И где же ты живешь? Мирон говорил, что снял для тебе апартаменты. Красивые, наверно? Не пожалел денег?
— Это не твоё дело! Ты понимаешь, что ты совершила преступление! Ты поступила мерзко! Я всё слышала, Вера! Всё!
Она лишь злорадно рассмеялась, прижав к груди сумочку дорогостоящего бренда.
— Он к тебе каждый день заходит? Замуж ещё не позвал? А ко мне холоден стал… Ледяной, пиздец! Даже на звонки не отвечает! Сутками, неделями пропадает! Пока пью. Пью из-за этого козла конченного и не просыхаю!
Сестра не слушает меня. Она шипит и брызжет слюной. Точно невменяемая. У нее даже глаз изменились, нечеловеческими стали. Глаза какой-то серийной маньячки, жаждущей крови, смертей, убийств!
— Вера, как ты могла?!
Я вдруг почувствовала укол в поясницу, от которого по всему телу, словно импульсом, разлилась странная боль. Это заставило меня немного согнуться и обхватить живот руками.
Ох… Больнооо!
Что это?
Неужели схватка?!
Надеюсь, что ложная.
— Диана! Вы как? — Александра с беспокойством положила руку мне на плечо.
Ещё один спазм…
Сильнее предыдущего.
— Что-то не о-очень… — задышала часто, глубоко. — Кажется я п-перенервничала.
— СУКА такая!
Что-то прогремело сзади, заставляя нас обернуться.
Вера теперь однозначно не была похожа на человека. Её трясло! Трясло до ужаса! Так, что кожа превратилась по цвету в мел, а в глазах полопались сосуды.
А в её руке трясётся пистолет…
Который направлен на мой живот.
* * *
Боже!
Откуда?!
У неё пистолет!
Вера незаметно вытащила оружие из сумочки и уже почти нажала на курок.
Он игрушечный?
Нет, это зажигалка!
Эта дура просто издевается, решив довести меня до преждевременных родов!
Просто не верится, что она умеет обращаться с оружием…
Больная. Она совершенно, тяжело и неизлечимо больна головой! У неё глаза размером с пятак! Да она принимает… Плюс ещё выпила несколько рюмок в баре. Она сейчас точно не соображает, что творит!
Мама… что же делать?
— Ты отобрала его у м-меня… Ненавижу тебя! Ты т-тварь!!!
— А-а-а-х! — совсем неожиданно меня согнуло пополам, так, что ноги подкосились и я опустилась на асфальт.
— Диана!
— Саша!
Бах!
Меня оглушил раскатистый выстрел…
Который плавно перетёк в пронзительный звон.
— Прекрати, нет! Нет, не надо! Помогитеее!
Я не сразу поняла, что кричу.
Не сразу поняла, что Александра закрыла меня собой и как-то странно дёрнулась.
А потом я увидела кровь…
На своём сарафане, нежно-голубого цвета.
Меня сковал ужас…
Боль лишь усилилась!
Через несколько секунд я заставила себя собраться и не терять самообладание.
Тогда и поняла, что пулю поймала не я…
— Александра, Саша! — я схватила её за руку, но она странно хрипела, держась за грудь.
— У-уходим, в машину, ж-живо!
Прикрывая меня собой, женщина из последних сил, подняла меня на ноги и повела к своему внедорожнику.
— Закройтесь там, я вызову помощь!
Я глянула за её плечо, увидев ошалевшую Веру, которую продолжало трясти так, словно её без конца били током в двести двадцать вольт.
— Ты что сделала! Ты что н-натворила! ВЕРА!!!
Она выронила пистолет на пол.
Отскочила на шаг назад, опешила, будто не поняла, что только что сделала!
Она выстрелила…
Выстрелила в человека!
Здесь кровь повсюду.
— Я не… я н-не…
Так ничего и не договорила.
Больная, мерзкая, поехавшая тварь…
Резко и со всех ног Вера бросилась в сторону дороги, пытаясь убежать и скрыться с места преступления.
— Саша, оставь меня, ты как?
Охранница рукой, перепачканной в крови, набирала чей-то номер на телефоне, навалившись плечом на дверь автомобиля. Меня скрутил очередной сильнейший спазм, заставляя обхватить живот руками и тихонько стонать.
Так страшно, как сейчас, мне ещё не было никогда!
Схватки усилились…
Теперь я убедилась в том, что это не ложные схватки, не тренировочные, как их ещё называют.
Я рожаю.
По ногам потекла вода…
Мамочки!
Что делать?
Что будет, если врачи не успеют?!
Мирон, где же ты!!!
Ты мне сейчас так сильно нужен!
БАМ!
Удар чего-то тяжёлого о металл.
Затем звучит глухой хлопок.
Мы одновременно вздрагиваем.
Оборачиваемся.
Слышим какой-то надорванный крик.
Женский…
И автомобильный сигнал.
Я вижу на асфальте тело… В знакомом брючном костюме тёмно-коричневого цвета, распластанное в какой-то неестественной позе.
— Больная! Она сама! Сама мне под колёса бросилась! Выскочила из-за угла! Видеорегистратор это зафиксировал! — матерится какой-то мужчина, бегая вокруг старенькой иномарки с помятым капотом.
Рядом с ней собираются люди, обступая машину кольцом.
— Боже мой, в скорую срочно звоните!
— Она мертва… Похоже насмерть…
— Господи боже! Ужас какой! Мамочка милая! — вопит в отдалении голос пожилой незнакомой женщины.
Меня сильно тошнит.
Скручивает дугой и рвёт прямо под колесо внедорожника, а потом накрывает темнотой.
Это всё слишком для меня.
Слишком…
Боль становится такой невыносимой, что я попросту лишаюсь чувств. Только слышу нарастающий звук сирены скорой помощи, который становится всё ближе и ближе.
Кто-то трогает меня, похлопывает по щекам.
Но веки такие тяжёлые…
Не могу их поднять.
Я вижу слегка размытые силуэты, слышу незнакомые голоса, потом меня словно подбрасывает в воздухе и сознание опять проваливается в темноту.
Надеюсь, это врачи.
Надеюсь, они успеют.