=27.2=

=27.2=

Я не знала, сколько прошло времени. Мне показалось, что минула целая вечность.

В подвале было грязно, воздух был застоявшимся. Мне очень сильно хотелось сходить в туалет, но я не желала делать свои дела на оцинкованное ведро. Мне казалось это унизительным.

Во рту сильно пересохло, но я не стала пить, чтобы не усиливать желание сходить в туалет.

Я просто сидела в углу и вздрагивала от каждого звука, который раздавался в отдалении. Анализировала все услышанное ранее, думала о том, что произошло.

Кажется, картинка сложилась. Не зря Ринат говорил, что у его семьи есть дела с моим дедом. Очевидно, что дед оказывал какие-то услуги. Стали ясны и споры деда и бабы, она была против, а дед, кажется, уже не мог отказаться. Лера говорила, что Каримовым не отказывают.

Что-то пошло не так.

Поэтому я здесь…

Меня начало клонить в сон. Внезпно сильно громыхнула дверь.

Я зажмурилась от света, который ярко полоснул по глазам. В подвале появился мужчина, который схватил и привез меня сюда. Он был здесь за главного, на нем красовались дорогие брюки и рубашка из тонкого красивого шелка.

Он вошел с видом короля и уселся на стул, который для него поставил один из подчиненных.

— Как тебе удобства? — поинтересовался он. — Спать не жестко?

Я покачала головой.

— Могу предложить мягкую, удобную кровать и вкусный ужин, — предложил он надменным тоном.

— Нет? — рассмеялся. — Не разговорчивая, что ли? А мне сказали, что ты любишь трепать языком. Компания неподходящая? — осклабился. — Другой не будет.

Я ничего не собиралась ему отвечать. Лишь начала дрожать от страха. Дурное предчувствие не оставляло мне шансов оставаться равнодушной к происходящему, которое, к сожалению, было не дурным сном, а кошмарной явью.

— Болтать не хочешь, значит, я найду другое применение твоему языку. Сюда подойди! — повысил голос. — Кстати, меня зовут Ахмет. Решил, что для более близкого знакомства нужно знать имя…

Я еще сильнее вжалась в стену и обхватила себя за колени руками.

— По-хорошему не хочешь. Значит, я сам подойду! — поднялся рывком. — Орать можешь сколько влезет. Тебя никто не услышит. Ринат, если захочет, потом объедки подберет…

Я зажмурилась от страха. Он стоял уже совсем рядом. Мужчина расстегнул ширинку. Он, наклонился, принюхавшись.

— Пахнешь розами. Роза пахнет розой, — хохотнул и крепко дернул за волосы.

Слезы брызнули из глаз.

Внезапно снова громыхнула дверь.

— Ахмет! — крикнул кто-то.

— Чего? — отвернулся со злостью.

— Тебя Муса ищет.

— Я занят!

— Ты не понял. Он здесь, — сглотнул мужчина. — Здесь тебя ищет. Кажется, не в настроении.

— Что?!

Ахмет отступил и, кажется, стал не таким грозным.

— Скажи, что я сейчас  приду.

— Нет нужды ничего говорить, я уже сам все услышал, — послышался глубокий, низкий голос мужчины.

Ахмет так и застыл рядом со мной, с расстегнутой ширинкой и приспущенными брюками.

— Развлекаешься, — ровным голосом произнес Мусагали.

— Я…

— Потом поговорим. Ты… — обратился ко мне мужчина и кивнул. — Поднимайся.

— Она здесь, чтобы…

— Чтобы тебе было куда свое хозяйство пристроить? Я сказал, она уходит.

— Что, Ринат, свою течную девку решил вытащить?

— Причем здесь Ринат? Я сам решил. Вместо того, чтобы тихо обстряпать дело, ты поднял шум на весь город. Поползли слухи. Мне это ни к чему, — произнес на одном выдохе Муса и снова обратился ко мне. — Выходишь или решила здесь остаться?

Я поднялась на негнущихся ногах и по большой дуге обошла Ахмета, опасаясь действий с его стороны. К Мусе я тоже не испытывала никаких теплых чувств. Но пришлось выбирать меньшую из зол, поэтому я была рада избежать надругательства над собой.

Ноги плохо меня слушались, колени тряслись, как желе. Было сложно держаться и не трястись от всхлипываний.

— Садись в машину, — приказал мне Муса.

Я замедлила ход. Моего локтя дотронулась чья-то рука. Я испуганно дернулась в сторону. Меня придержали и показали направление:

— На заднее сиденье.

Едва я села внутрь, как дверь захлопнулась. Через окно я увидела, как к Мусе подошел Ахмет. Между мужчинами состоялся короткий разговор. Говорил больше Муса, Ахмет лишь два или три раза попытался что-то сказать, но его сразу же обрывал Муса. Со стороны казалось, разговор не из приятных, потому что Ахмет сильно изменился в лице.

Муса шагнул к машине, я поспешила перевести взгляд на свои колени и разглядывала дрожащие пальцы.

Муса забрался на переднее сиденье и дал приказ водителю ехать.

Я глотнула ком в горле и сидела едва дыша. В последний миг бросила взгляд в сторону Ахмета, оставшегося возле здания. Он с ненавистью смотрел вслед машине.

— Ты не местная?

Не сразу я поняла, что вопрос был адресова мне.

Муса повторил вопрос и пристально смотрел на меня через зеркало заднего вида.

— Да, я приехала сюда к бабушке. На лето.

— Пора вернуться домой.

Я кивнула.

Больше всего на свете мне хотелось оказаться как можно дальше от этого ужасного места!

Знать бы только, что с дедом и бабушкой все будет в порядке…

А Ринат?

Наверное, не стоило думать о нем.

Его семья творила беспредел, а он даже не дал о себе знать и не торопился мне на выручку. Наверное, я зря ждала от него слишком многого.

Пора взглянуть правде в глаза: мы друг другу никто, а он лишь хотел получить от меня интим, как от всех прочих девушек.

Получил…

Мог пойти дальше, не оглядываясь назад.

Беззвучно заплакала.

— Сейчас соберешь вещи и приведешь себя в порядок. Мои люди отправят тебя на вокзал.

За время заточения в подвале прошло немало времени, потому что уже начало светать.

Целая ночь пролетела в тревоге и страхе.

— Поняла?

— Да.

***

Бабушка сидела дома и не спала. Увидев меня, она обрадовалась и всполошилась, но поняв, что я приехала не одна, помрачнела лицом.

— Как ты? — обняла меня крепко.

— Все хорошо, я в порядке. Но мне сказали, уехать.

Бабушка перекрестилась:

— Уезжай!

— Ба, но как же…

— Дед сам эту кашу заварил, расхлебает как-нибудь. Из-за его шашней с ворюгами ты могла пострадать, — понизила голос бабушка.

Она повела меня в комнату, достала чистые вещи.

— Иди в ванную, я пока сумку твою соберу и чай поставлю.

Сборы проходили быстро. В доме не было чужаков, они остались снаружу и караулили за забором.

— Лизке позвоню и скажу, что у нас со здоровьем нелады, поэтому тебя обратно отправили. Хорошо?

— Да, я тоже так скажу. Болтать нельзя, я это понимаю.

Бабушка обняла меня на прощанье.

— Я позвоню, — пообещала бабушка и вздохнула. — Больше сюда не приезжай. Лучше не попадаться таким людям на глаза…

Люди Мусы отвезли меня на вокзал и проследили за тем, чтобы я села на автобус, ждали до самого последнего момента, пока автобус не тронулся с места.

Друзья, подписаны ли вы на меня, как на автора? Обязательно подпишитесь, чтобы не пропустить новинки и важные новости!