ГЛАВА 16.

ЕГОР

Эмилия в шелковом халатике и с пучком мокрых волос на голове, рассыпает по обеденному столу, за которым я пью кофе, ворох снимков. На них я и Гришка, я и улыбающаяся Ася.

– И ты будешь доказывать, что у тебя никого нет? Какого черта ты с Аськой и ее белобрысым выродком?!

Я мгновенно закипаю от гнева, но аккуратно и почти бесшумно ставлю кофейную чашку на матовую столешницу и поднимаюсь. Лия немного отходит, но продолжает корчить из себя обиженную жену.

– Снизь градус, Лия.

– Чего? Отвечай, когда я спрашиваю!

Два шага и я хватаю Эмилию за горло. Она машет руками, как крыльями. Жалкое зрелище.

– Ты говоришь о моем сыне и его матери. Так что фильтруй выражения. Соображаешь?

– С–с–сын? – заикаясь пытается промямлить Лия. Я ее отпускаю и она опирается о ближайший стул с высокой спинкой. – У тебя есть сын?

– Да. И пожалуйста, не нужно драмы.

– Предатель…чертов предатель…

Слезы в глазах Эмилии такие же правдоподобные, как например, если спросить у лжеца, говорит ли он честно.

– Перестань. Мы давно с тобой чужие люди. Тебе ближе Костик, чем я и кто–либо другой в этом городе. Молодец. Его дядька главный прокурор города, отличная партия.

– Ненавижу!

Я перехватываю запястья Лии и кулачки медленно расслабляются. Глядя в лицо женщины, с которой я провел бок о бок практически восемь лет, не верю, что раньше не замечал ее хладнокровности и циничности. Она красивый цветок с гнилой сердцевиной.

– Твоя ненависть не помешает нам развестись.

– Никогда! Подлец, мерзавец!!!

– Не заставляй меня подключать связи. Ты знаешь, что добром это не кончится. Ты получишь то, что тебе положено по закону и не больше. А будешь вставлять палки в колеса, то вот.

Быстро достаю телефон, снимаю блокировку прикосновением пальца и показываю ей фотографии в постели с Костиком. Там же их развлечения в салоне машины, в нашем загородном доме. Лия вспыхивает, как зажигалка и кидается на меня, чтобы расцарапать ноготками мое лицо. Я уворачиваюсь и она падает на диван. Ей везет. Не придется обращаться в травмпункт и салон красоты после падения.

– Я тебя уничтожу. Я женщина и мне простят отношения на стороне, а ты? Ты весомая величина, Ворон. Бойся, птенчик, я страшна в ярости!

Моя непринужденная улыбка, бесит ее, словно к бочке с порохом подносят спичку. От бессилия, она решает нокаутировать дизайнерскую подушку, а я не спеша иду на кухню, беру с островка ключи от машины и теряюсь в коридоре. Крики Эмилии долго отдаются эхом. Мне кажется, я слышу их даже в холле первого этажа, когда выхожу из лифта. Консьерж приветствует, а я прошу его проконтролировать отъезд жены и в каком–либо непредвиденном случае, сразу звонить напрямую мне.

В салоне «Лексуса», набираю знакомый номер специалиста клининговой компании и приглашаю их с уборкой на четыре часа. Думаю, к этому времени, Лия прекратит крушить все вокруг и отправится к любовнику зализывать раны.

АСЯ

Мне ужасно нехорошо. Просто катастрофа. Я с горем пополам закидываю Гришу в садик, выслушиваю пожелания воспитателя насчет предстоящего утренника на тему «Лето и я» и выскакиваю на улицу, где под кустом сирени, меня выворачивает наизнанку. Я уже и не припомню, когда меня так тошнило. Хотя вру. Складываю в уме два плюс два и сажусь на скамейку, чтобы унять дрожь. Люди, что проходят мимо, с интересом оглядываются на побледневшую девушку. То есть на меня. Нет, ну, этого же не может быть. Я не пропускаю таблетки, слежу за всеми женскими делами и…боже мой. Сердце опускается в пятки.

– Вы в порядке?

Какой–то парень касается моего плеча. Я поднимаю глаза и моргаю ему, вместо ответа.

– Девушка? – повторяет он. – Вам скорую вызвать?

– Спасибо, я просто жду свой автобус.

– Извините, но до остановки еще идти и идти.

Я оглядываюсь и правда, я сижу возле детского сада, прижав сумку к коленям.

– Не надо скорую. Я еще немного побуду тут и пойду.

– Вы уверены?

– Да, спасибо.

– Как знаете.

Заботливый незнакомец уходит, пару раз оборачиваясь, пересекая пешеходный переход, а я набираюсь сил, встаю и на автоматизме бреду по тротуару. Горячий ветер подталкивает в спину, но мои ноги настолько отяжелели, что и ураган не оторвет от земли. Еду в центр на автобусе, по пути проверяя свой календарь в смартфоне и начинаю плакать, отвернувшись к окну. К тому моменту, как мне нужно выходить, мои мысли концентрируются в одном месте. В том, которое отвечает за здравый рассудок.

– Привет, Ветрова! – радостно взмахивает руками Машка. Я молчаливо киваю ей и не останавливаясь шагаю в свой кабинет. – Эй, Ася!

Я ее не слышу или нарочно не реагирую. Не знаю. Переступив порог кабинета, встречаюсь с Эмилией. Она стоит ко мне спиной у распахнутой створки окна и курит. Тонкая дамская сигарета, разносит с дымом по помещению отвратительный аромат ванили.

– А ты ушлая. Не сталкивалась с такими лет пять. Думала, всё, вымерли наглые провинциалки.

– И вам доброе утро.

– И как? Как он в постели?

– Что?

Лия чуть поворачивает голову и воздушное колечко из ее рта, растворяется под потолком.

– Как мой муж трахается? Отменно?

Я не готова к новому удару, но у судьбы свои планы. Замерев на одной точке, гадаю, что будет дальше.

– Расслабься, я знаю, что он хорош. Такой дикий и необузданный. Как породистый жеребец.

– Эмилия Айратовна…

– Заткнись и убери из себя наивную девочку. Меня не проведешь. Я в курсе всего. Вашего общего сына, ваших кувырканий и прочего.

Внешне спокойная женщина, выбрасывает окурок и снова прикуривает. Я по–прежнему неподвижна и Лия сама следует в моем направлении. Карие глаза наполнены злостью и жаждой крови. Мелкие сосудики вокруг зрачков полопались и теперь, придают ей враждебный вид.

– Мне нечего вам сказать.

– Знаю. Зато мне есть что, – она презрительно осматривает меня. – Молодая, фигуристая, с парочкой лишних килограммов, смогла увести у меня мужика. Ха! А я–то всё еще верю в свою неотразимость. Будет мне хорошим уроком. Очень хорошим. Ты любишь его?

– Что? – вопрос о моих чувствах к Егору застает врасплох. Я еще не думала об этом.

– Просто ответь. Любишь, мечтаешь быть с ним?

– Я не знаю…

Лия жмет вынуждает пятиться назад и когда я вжимаюсь в дверь, она выдыхает мне дым в лицо.

– Да, ты не просто шлюха. Ты шлюха с мозгами. Тебе мало ощутить его член в себе и ухватить парочку дорогих подарков. Ты пиявка, что родила моему Егору ублюдка один в один на него похожего. Браво!

– Не смейте называть моего сына ублюдком.

– А разве есть синоним? Давай, назови его? Я пыталась стать матерью. Честно пыталась. Проходила обследования и…

– Вы дважды избавились от детей.

– Надо же какая смелая!

Я получаю пощечину от Эмилии и прикрываю ладонью щеку, потому что она безумно горит.

– Закрой свою пасть, сука и послушай меня внимательно. Егора ты не получишь. Пусть он занимается своим сыном, я стерплю это. Но ты…Ты моя дорогая отправишься на панель и будешь сосать за гроши, потому что только это и умеешь. Сосать и рожать от кого попало.

Во мне разрастается желание бороться с ней, но я поздно оперяюсь. Лия глубоко затягивается и прижигает мне плечо сигаретой. Я кричу от боли, а она смеется, вдавливая ее в кожу. Благодаря Машке, я отлетаю на метр и падаю на пол, а Лия еще истеричнее и громче закатывается от смеха.

– Господи, Ася!

Маша оказывается возле меня и грозно взирает на начальницу.

– Я вызову полицию, это что такое?! – подруга помогает мне отползти подальше от сумасшедшей женщины.

– Вызывай. Эта тварь здесь больше не работает.

Ведьма выходит в дверь и на ходу добавляет грубым голосом:

– И никакого выходного пособия!

Четкий стук каблуков Эмилии и песенка, которую она напевает, внушает страх.

– Что это было? Какого хрена, Ась?

– Она всё узнала…

– Твою мать…

Я растираю плечо и понимаю, что ожог пару месяцев будет напоминать мне об этом дне.

– Идем, я обработаю ранку и заклею пластырем.

– Лучше скажи мне, у тебя знакомый гинеколог есть?

– Да.

– Запиши меня к нему, пожалуйста. И обещай, что составишь мне компанию на приеме?

– Конечно. Все, что захочешь, крошка.

Спустя час, я со всеми пожитками покидаю центр, а Эмилия, как королева империи, смотрит на меня из окна своего кабинета и ехидно улыбается.

***

Я не могу прийти в себя после похода в женскую консультацию. Руки так сильно трясутся, что страшно. Машка с кружкой чая сидит напротив меня на моей же кухне и молча, ждет моих дальнейших действий.

– Ну, просто вскрыла этот нарыв одним махом и всё.

– Да уж…

– Ась, ты же не маленькая и знаешь, как оно бывает, когда секса в изобилии. И когда с контрацепцией беда.

– Не хочу убеждаться, что я все та же дура, что и четыре года назад.

– Чего теперь–то ныть? Что будет, то будет. Гришка большой, а с малышом, если что, я помогу и мама твоя, может даже Таська одумается.

Только Машка произнесла имя сына, как он тут же показывается на глаза, прижимая трансформера к груди.

– Я ефть фочу.

– Сейчас, зайчик. Беги в комнату.

Я выдыхаю и встаю, чтобы взять из холодильника кастрюлю с рожками и сковороду с мясом.

– Ты беременна, а не при смерти.

– Почти одинаковые ощущения. Хотя нет. После смерти, ничего не чувствуешь и на всё плевать.

– Егор полюбит будущего ребенка и будет офигенно счастлив! Он упустил первые годы жизни Гришки, а этого малыша точно окружит вниманием и любовью. Зуб даю.

Тарелка с едой отправляется в микроволновку, а через полторы минуты, я отношу ее сыну в зал. У него свой столик и как раз «Маша и Медведь» начинается по телевизору. Я чмокаю его в макушку и возвращаюсь к подруге.

– Возможно ты права, а вдруг…

– Так, звони Воронову. Прямо сейчас.

– Нет. Не буду. Я хочу сначала все обдумать.

– Ася?!

Машка быстрее меня хватает мой телефон, я пытаюсь отобрать, но она шустрее и вот я слышу длинные гудки.

– Алло. Ася, что случилось? – голос Егора очаровывает легкой хрипотцой.

– Привет, есть разговор. Это очень важно. – Выдаю речь на одном дыхании. Расхаживая по кухне туда–сюда, жду его реакции. Машка шумно вздыхает.

– Мне некогда с тобой разговаривать! Я занят! Я же просил, не названивать по пустякам!

Звонок срывается и я замираю с отчетливым ощущением своей глупости и никчемности.