Глава 41

Вечером я надела красивое бельё, как и просил Гор. Снова завила волосы, нанесла макияж. Хотела ему понравиться. Пока ждала Горского, опять вспомнила события вчерашней ночи. Распереживалась. Как он сейчас будет обращаться со мной? Может, он будет грубым и сделает больно? Мне бы этого не хотелось.

Опять вспомнился лес и убитая волчица. Мы виноваты в её смерти. А если у неё на самом деле там остались щенки? От жалости к ней по щекам побежали слезы. Когда открылась дверь и я услышала тяжёлые шаги по ковру, меня уже била самая настоящая истерика.

Гор подошёл ближе и властным движением поднял на себя моё лицо.

— Что случилось? — спросил он.

— Я… Все думаю о той волчице, — ответила я, и горячая слеза упала прямо на его руку.

— И что надумала?

— Может быть, мы могли бы помочь щенкам? — осмелилась попросить я. — Ведь это мы виноваты в том, что случилось.

— Жена могла бы меня попросить о чём-то, — ответил он. — А у тебя нет права обращаться ко мне. Вытри слезы, я хочу секса.

Он небрежно бросил мне на колени платок, который достал из кармана пиджака. Обидно. И волчат жаль. Но я не могу им помочь, а Гор — не хочет назло мне. Он снял пиджак и бросил его на кресло. Туда же полетел и галстук. Горский выпил немного виски, ожидая, когда я перестану всхлипывать и приведу себя в порядок.

Обернулся и посмотрел на меня своим звериным взглядом, от которого меня всегда морозило, словно я на улице зимой. В полной тишине подошёл ко мне и остановился. Я сидела на кровати и смотрела на него снизу вверх. Только хотела подняться ему навстречу, как он надавил на мои плечи.

— Останься так.

Провел большим пальцем по моим губам, скользя глазами по моему телу и кружевному белью. Надавил на мягкую кожу, и я разомкнула губы, позволяя его пальцам провалиться в мой рот и коснуться языка. Водил пальцем так, словно это уже его член. Его возбуждала влага моих губ и языка.

— Смотри в глаза, — потребовал он так властно, что я не могла не подчиниться.

Наши глаза словно тоже занимались сексом, пока он заставлял облизывать его палец. Его дыхание стало тяжёлым, глаза потемнели. Я уже узнаю прилив его желания по одному взгляду.

— Расстегивай брюки.

Протянула дрожащую руку, послушно ослабила ремень и потянула замок молнии, опуская его вниз и освобождая эрекцию Гора через боксеры. Расстегнула и замерла. Тянула момент, наверное.

— Снимай. И боксеры.

Пришлось подчиняться. Потянула дорогую ткань брюк вниз, а потом вернула взгляд к его белью. Сейчас он останется обнажённым и так близко ко мне своим…

— Быстрее, — рыкнул он и захватил мои волосы у самого затылка, ощутимо натянув их.

Подцепила пальцами резинку боксеров и спустила их тоже. Налитый до предела член, весь в сетке вен от напряжения, оказался прямо напротив моих губ. Кажется, организовывать любовницам прелюдию Гор не любит.

Он не стал ждать или уговаривать, просто подвёл головку к моим губам, настырно раздвигая их и заставляя меня принять его. Захват волос сзади держал мою голову так, как ему было бы удобно. И я приняла. Позволила ему ходить внутри моего рта так, как ему хотелось, обняв его член губами. Если я буду ласковая с ним, то и он не будет зверствовать. И мы оба сможем получить удовольствие, а не боль. Я уже его выучила. Он очень отзывчив на мою ласку.

Какое-то время он совершал движения сам. Смотрел в мои глаза и стонал от удовольствия, от чувства власти надо мной. Тяжёлый взгляд затуманило. Может, любви ко мне у него нет, но желание — просто безумное. Даже без опыта я это чувствую кожей. И меня… Тоже это возбуждает. В постели он мне нравится, несмотря на его грубость. Да, он был груб, но всё же не переступал за грань дозволенного. Но, возможно, сегодня будет иначе.

Гор вдруг остановился. Потом потянул к себе ближе меня за голову, намекая, что я должна продолжить сама. Я обхватила рукой твёрдый ствол, чтобы удобнее было его вбирать в себя. Водила по нему языком, играя кончиком с его набухшей головкой, на которой уже ощущался солёный вкус его смазки. Обхватывала губами и втягивала в себя, словно вакуумом. А потом снова выпускала и ходила по стволу языком, словно бабочка касается его возбужденной чувствительной плоти своими крылышками.

Гор не скрывал удовольствия и откровенно стонал, удерживая мои волосы в кулаке. Другую руку протянул ко мне и проник под чашку бюстгальтера. Нащупал сосок и принялся терзать его, заставляя меня ерзать от нарастающего желания попой по матрасу. Странно. Ласкаю его, а загораюсь сама. Томление внизу живота становилось все более сладким и тяжёлым, его стоны распаляли меня. Как и ощущение власти над ним в этот момент. Гор считает, что это он властен надо мной, но он ошибается. Это я свожу с ума его своими ласками. От стонет от моих движений, и сейчас я его хозяйка, а не наоборот.

Его член начал подрагивать, дыхание участилось. Гор снова стал вбиваться в мои губы сам. Он хочет кончить. Послушно разомкнула губы, давая ему полную свободу. Однако, когда он стал входить слишком глубоко, в глазах собрались слезы, захотелось кашлять. Но его было уже не остановить. Он врезался в мои губы с такой силой, что я не могла дышать, слезы текли так, что я ничего не видела.

— Принимай. Открой глаза.

От моей решимости удовлетворить его по полной вдруг ничего не осталось. Я попыталась отстраниться, уперевшись руками в его бедра. Но он не позволил.

— Нет. Бери.

Он замер, и на язык полилась горячая сперма. От невозможности что-то предпринять, я проглотила. Ещё. И ещё. Его глаза смотрели в мои, его стоны заполнили комнату. Всё кончилось. Меня трясло, я сама не могла осознать, как мне к этому относиться. Миллионы женщин это делают. Мне просто непривычно…

— Умница, — отпустил он мои волосы и провел по щеке пальцами. Голос его был особенно хриплым после оргазма. — Ты стала делать это лучше. Если будешь такая же ласковая и послушная, а главное — МОЛЧАЛИВАЯ, я, может быть, и прощу тебя.

Он ушёл к бару и плеснул себе ещё виски. Я вытерла губы тыльной стороной ладони. Я глотала сперму. Его сперму. Я проглотила её всю. Впрочем, это не мерзко. Просто непривычно. Надеюсь, я смогла ему угодить.

— Ясмин. Вставай, — услышала я новое требование и молча выполнила его.

Гор вальяжно сидел в кресле с расстегнутыми штанами, широко расставив ноги. Его член так и продолжал стоять колом, несмотря на то, что он только что кончил.

— Снимай бельё.

Робко потянула одну лямку бюстгальтера с плеча вниз, затем другую. Протянула руку за спину и расстегнула замок. Чашки лифа ослабли, и я сняла его. Голодный взгляд Гора прилип к моей груди, и я чувствовала себя косулей перед хищником. Он понаблюдает и прыгнет. Опустила руки ниже и потянула вниз трусики. Когда они миновали колени, я смогла освободить от них ноги. Выпрямилась, смущённо глянула на него из-под ресниц. Он же продолжал жадно скользить по мне глазами и облизывать меня взглядом.

— Поласкай себя.

Растерялась от этой просьбы. Я никогда раньше этого не делала. И зачем? Ему хочется на это посмотреть?

— Ласкай, — повторил он. — Или я тебя отымею на сухую. Это свою невесту я заставил бы кончить языком.

Щеки покраснели от его пошлостей. Но что ему от меня теперь скрывать? Говорит что думает. К тому же, меня непостижимым образом это заводило. Я вспомнила, как его язык и губы касались меня там, как терзали нежную возбужденную плоть, пока не он не услышал стоны от оргазма.

— Положи ладони на грудь, — сказал он, словно почуяв моё замешательство.

Я положила обе ладони на свою грудь. Вернула взгляд на него.

— Закрой глаза.

Послушно выполнила и эту просьбу.

— Не думай, — звучал его бархатный низкий голос прямо у меня в голове. — Чувствуй себя. Расслабься. Ощути, какая ты сексуальная, как сильно я тебя хочу.

Только от этих слов я снова ощутила ноющее напряжение между ног. Мне нравилось то, что он мне говорит. А если не видеть его, то мне действительно намного легче.

— Попробуй, — говорил Гор. — Помни их, ощути, какие они у тебя красивые, упругие, женственные.

Ну да. Действительно. Мягкие, приятные на ощупь.

— Оближи указательный палец, — послышалась новая команда.

Разомкнула губы и, поместив между ними палец, облизнула. То, что в этот момент он смотрел на меня, заставило испытать ещё большее напряжение внизу живота.

— Проведи этим пальцем вокруг соска. Почувствуй, как это приятно.

Да, приятно… Не ожидала, что моё тело ТАК откликнется на мою собственную ласку. Или это потому, что он смотрит? Я на интуитивном уровне сама пошла дальше. Вниз по животу, до лобка и места, которое требовало внимания, ласки и разрядки.

— Оближи ещё палец.

И снова выполнила просьбу.

— Теперь положи этот палец на клитор.

Я и сама хотела это сделать. Я опустила палец на нежную кожу и мягко надавила.

— Ах… — не удержала я стона.

— Да, вот так, моя девочка, — почти хрипел он. — Ещё, давай ещё.

Открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня, закусив губу, и тоже ласкает себя. Сильная рука вновь высвободила член из боксёров и, сжав с усилием, ходила по напряженному стволу. Большим пальцем он периодически задевал головку и играл с ней, отчего стонал ещё громче. В ответ я давила на свой клитор пальцем все сильнее, ощущая дикую потребность освободиться от этого напряжения.

— Поставь ногу на матрас и продолжай.

Когда пространства для моей руки стало больше, я снова принялась массировать влажную, набухшую и уже начинающую пульсировать точку.

— М-м, — стонала я и не могла отвести взгляда от того, как Гор ласкает свой член. Я уже представила, как он — влажный, горячий, твёрдый — уже ходит во мне. Как жёстко он берет меня, не оставляя шанса даже вдохнуть.

Острая волна огразма чуть не сшибла меня с ног. Я оперлась о матрас и, закрыв глаза, громко застонала, выражая криком все полученное мной удовольствие.

Почувствовала, как меня заваливают на кровать животом вниз. Мои бедра приподняли сильные мужские руки, развели ягодицы. Твёрдый член врезался в меня одним движением. Резко. Больно. Глубоко. Восхитительно.

Мои волосы Гор снова натянул на затылке, вынуждая меня выгибаться на пределе возможного. Он вбивался в меня словно сумасшедший, словно это первый и последний секс в его жизни. Я не могла вдохнуть, хваталась за спинку кровати, раздирала её ногтями и сходила с ума от невыносимого удовольствия, которое Гор продлил и приумножил.

Боли почти уже не было, эта была боль на грани с диким, острым удовольствием. Когда его член снова запульсировал и горячая струя спермы оросила меня изнутри, мы оба были на грани безумия. Мы тяжело дышали, Гор стонал мне прямо в ухо, закусив мою мочку, и грубо сжимал пальцами мои ягодицы.

— А ты очень хочешь прощения. Да, принцесса?

— Да, — честно ответила я.

— Тогда ещё, — прорычал зверь, начиная дикие танцы под луной по новой.