Глава 27

Вероника Михайлова

Я открыла глаза. За окном занимался рассвет. Небо чистое, ни единого облачка. Разноцветное и красивое. Даже несмотря на мерзкое ощущение заложенного носа, тяжелую голову и боль в горле, я бы залюбовалась видом из окна ,если бы не тревога за сына.

Как же сильно он, должно быть, испугался. Вчерашнее утро я помнила какими-то отрывками. Помнила, как сильно меня знобило, как я то проваливалась в какое-то забытье, наполненное жуткими снами, то выходила из него. Пыталась что-то сказать Руслану, как-то его успокоить, но не могла собраться с мыслями. Как вообще могло такое случиться? Это же всего лишь грипп. Я не помнила, когда болела настолько серьезно с такой жуткой температурой. Врач сказал, что она была больше сорока. И, если бы мне не оказали помощь, я могла умереть.

Черт!

Сильнее страха смерти был страх за Руслана. Если бы меня не стало, кто бы о нем позаботился? Возможно, Татка, но…

Незачем об этом думать! Со мной все будет в порядке. Это тоже сказал врач. Просто нужно побыть в больнице несколько дней под присмотром врачей и со всякими уколами и обследованиями, чтоб не допустить развития осложнений.

Воронов меня спас. А еще я помнила, что он говорил, что любит меня и обещал всегда быть рядом. Ну или может мне это просто привиделось. Мы с Русланом вчера переписывались. Он сказал, что Воронов остался у нас дома. Ужин ему сам приготовил. Таблетки заставил выпить, горло пополоскать, нос промыть. И даже сказку на ночь почитал. Я бы тоже решила, что и это привиделось, но вот же они - сообщения в мессенджере.

Сам Воронов ограничился тем, что приказал мне успокоиться, отдыхать и пообещал позаботиться о сыне. Именно так и написал - о сыне.

Я зависла с телефоном в руках. Звонить? Что если Руслан еще спит? Мой звонок его напугает. Рано еще… А вот Артему можно бы, но… Честное слово, я не знала, как. Было очень неловко, не по себе, странно. Я не ожидала, что он поведет себя вот так. Как максимум отбашляет денег врачам, но уж точно не останется заботиться о ребенке. Это дезориентировало, сбивало с толку. Очень трудно как-то и дальше ему не доверять, но и довериться…

Так, ладно. Надо как-то время убить, хотя бы до семи часов.

Сползла с кровати, сунула ноги в больничные тапки. Рубашка на мне тоже больничная, такая же, как в сериалах. И палата сама тоже. Новенький ремонт, функциональная койка со всякими там кнопками, напротив нее на стене плазма, рядом диван, за дверью слева ванная комната. Вот туда-то я и пойду. От мыслей, насколько ужасно выгляжу становилось дурно. Я же всегда привыкла быть при параде.

Ой, мамочки. Красные глаза, опухшие губы и нос, а лицо бледное, как мел. Вместо ухоженного “боба” воронье гнездо на голове.

Душ - самое настоящее блаженство. Райское наслаждение и ощущение, словно бы я горячей воды месяц не видела. После него я почувствовала себя в принципе почти нормально. А как высушила волосы вполне себе хорошим больничным феном, а лицо намазала базовым увлажняющим кремом хорошей марки, который тоже был здесь, то и выглядеть стала также - почти нормально.

Когда вернулась в палату как раз позвонила Татка.

- Я не разбудила тебя? Просто волнуюсь, места себе не нахожу…

- Танюша, все нормально со мной. По крайней мере сейчас. Не беспокойся.

- Ага, не беспокойся. Я чуть не родила вчера, когда мне Воронов твой позвонил спросить, что едят на ужин дети и какой у них должен быть режим дня. Могла бы и сказать, что совсем плохо, Ника…

- Ну и что было бы дальше? Ты бы приехала беременная спасать меня от гриппа? Просто супер.

- Что-то бы придумали.

- Да уже нормально все. Правда… Ой, мне Артем звонит. Я кладу трубку, ладно?

- После обхода напиши хоть как дела!

- Хорошо, - прервав соединение, я приняла звонок, - Алло?

- Привет, Веснушка! - в бодром голосе из трубки явственно ощущалась тревога, - Как ты?

- Намного лучше, спасибо, Артем. И вообще…

- Короче, докладываю: ужином Руслана накормил, сказку ему прочитал, дождался, пока уснет. Все таблетки по протоколу дал. Сейчас ему завтрак готовлю, а он пока зубы чистит. Температуру померяли - тридцать шесть и восемь.

Я чуть не разрыдалась от его слов. Закусила губу до крови чтоб сдержаться.

- Накормлю и сразу к тебе, Веснушка. что-то привести? Суши там, может, или банки твои всякие косметические? Только прям по списку скажешь, какие, а то их у тебя стопятьсот здесь.

- Да… Не нужно, Артем. Тут инфекционное отделение, как тебя пустят. Да и заразишься еще. И так уже…

- Во-первых, куда меня пустят - я сам решу, а во-вторых, у меня прививка стоит, в отличие от некоторых. Да и я не барышня и не дите, чтоб гриппа бояться. Шмотки я тебе привезу, за остальное говори что…

Впервые в жизни я радовалась насморку. Ведь он скрывал подступающие слезы. Точнее уже не только подступившие, но и покатившиеся по щекам. Я точно не сплю?

Артем Воронов

Ребенок, конечно, это та еще задачка. А ведь Рус уже взрослый. Ну, то есть в плане того, что может сам сказать что ему надо, сам ест, одевается, не плачет по ночам и памперсы ему менять не надо.

Воронов всего-то меньше суток с ним провел, а уже проникся тем, насколько много всего надо знать и учитывать. Но ему нравилось. Мужчине реально нравилось быть отцом. Даже несмотря на всю настороженность и недоверие, которое проявлял Руслан, нравилось.

Впрочем, парень к концу дня почти оттаял. Даже книжку разрешил себе почитать. Чтец из Воронова тот еще, но он очень старался. И, судя по тому, что пацан вскоре уснул, расстарался неплохо.

Сидел потом, долго смотрел на спящего сына. Думал. Сколько таких ночей он пропустил, а ведь мог бы быть рядом. С сыном, Веснушкой. Легко было представить, как они вместе пацана спать укладывают, а потом идут в спальню и там…

А утром он бы пораньше вставал и завтрак готовил на троих. Кофе бы ей в постель приносил и любовался бы тем, какая она с утра. Теплая, сонная и красивая. Как то солнце у моря.

Спать ушел в ее кровать. Подушки, простыни, пахли ею. И от этого запаха отрывало крышу. Уснуть вышло часа на три не больше. Подорвался в пять утра и сразу за телефон. Там сообщение от врача, что состояние Веснушки опасений не вызывает. Все, больше ничего. Выдохнул. Встал, прогулялся в детскую. Там сын мирно спал. Лоб потрогал, вроде ок, не горячий. Ушел в ванную, встал под холодный душ. Потом дал “цэу” подчиненным. Плевать, что полшестого. Он им платил нормально, так что… Усмехнулся, увидев почти сразу ответы.

Молодцы, классная команда. Сам формировал.

Пошел на кухню, там все для завтрака приготовил. Омлет сделает себе и малому. Повар из Воронова тот еще, а потому уж как есть. Но Татка говорила, что омлет - это ок для ребенка, так что…

Пальцы так и зудели Веснушку набрать, но он не смел. Пусть спит… Маялся из стороны в сторону, минуты как дни тянулись. Услышал торопливые шаги в коридоре, вышел навстречу. Там Руслан в пижаме. Взъерошенный, сонный, лицо испуганное. А как увидел его, то прям очевидно выдохнул с облегчением.

- Доброе утро, Артем Анатольевич… Ой, то есть Артем, - дрогнувшим голосом.

Они вчера договорились, чтоб на постоянку без отчества уже…

- Доброе утро! Идем-ка температуру мерять. Врач сказал прям с утра, так что…

Отвел сына в детскую дал ему градусник.

- Как мама?

- Врач сказал, что нормально. Чуть позже сам ее наберу, а потом проведать съезжу.

- А можно с тобой?

- Сегодня нет. Пусть отдыхает, да и тебе нечего по улице шарахаться, не выздоровел еще. Завтра - может быть.

Градусник пискнул. Тридцать шесть и восемь. Ну, нормально, пойдет.

- Рус, давай-ка в ванную иди, а потом завтракать. Ты омлет ешь?

- Ем.

- Ну, супер. Я тогда пошел готовить.

Уходя слышал, что сын двинул в ванную комнату. Послушался его? Ну, отлично.

Зашел в кухню, набрал Веснушку. Оба-на, а с кем это она с утра на связи? Внутри ядом ревность, но он одернул себя. Нет у нее никого. Не такая она, чтоб от одного сразу и к другому.

Взяла трубку. Голос очень простуженный, но бодрый. У Воронова аж от души отлегло. Получше ей, отлично. А иначе бы пусть не обижались доктора, блин. Клещами выудил у нее что привезти. Положив трубку сразу записал, чтоб ничего не забыть. Закончил готовку, выложил омлет в тарелки. Аккуратно все на стол поставил, приборы положил. Чай заварил сыну, себе кофе. Пацану ж точно кофе еще рано, ага?

Руслан зашел в кухню, за стол.

- Я маме звонил. Ей намного лучше, передавала тебе привет.

- Ой, тогда я тоже позвоню.

- Сначала завтрак! Кроме того, у нее сейчас обход, - и поймав вопросительный взгляд сына, пояснил, - Ну, это когда врачи приходят и осмотр делают. Она не сможет ответить все равно, так что давай позже, хорошо? Ешь пока.

Мальчик с расстроенным видом стал ковыряться в тарелке. Воронову было его жалко. Сам помнил этот страх за свою маму. У него отец бандюком был. И однажды их машину обстреляли и маму ранили. Не серьезно, но откуда это было знать тогда ему десятилетнему?

- Руслан, с мамой все будет хорошо. Она несколько дней в больнице побудет, а потом я ее домой привезу. И сам здесь побуду, если ты не против…

- Правда?

Воронов завис. О чем именно спрашивает ребенок? Что имеет ввиду?

- Да. А теперь ешь, пожалуйста.

К счастью, мальчик начал есть. Всю порцию осилил, чаем запил. И таблетки все, которые врач выписал, без капризов принял. Воронов потом собрал по списку Веснушкины вещи и, пообещав Руслану вернуться через пару часов, уехал. Сгонял домой переодеться и вещей себе на несколько дней взять. Ну и ноутбук. Будет из дому работать и за малым присматривать.

По дороге в больничку в цветочный заехал. Долго выбирал букет для Веснушки. Она особенная и пойдет ей только что-то особенное. Нежное. Красивое. Со вкусом созданное. Со вкусом и с любовью.