Глава 27 Спасены, но ещё много вопросов

Соль

Шасс выглядел вымотанным до предела, а ещё… опять голым. В пылу сражения я не заметила, как он потерял свою набедренную повязку, а вот сейчас, когда повсюду суетился народ, увидела очень отчётливо. Ходят тут всякие, пялятся! С уважением, правда, но всё равно…

— Принесите что-нибудь начальнику службы безопасности из одежды, — попросила я тролля, нашего возницу, и тот умчался исполнять.

Муж даже не пошевелился, полулежал, откинувшись на спинку сиденья с закрытыми глазами, и, кажется, дремал. Переложила Сахара на лавку, что напротив, так следить за его состоянием и подпитывать корешки удобнее, а сама провела руками по телу мужа, проверяя ауру — магическое истощение и откат. Не смертельно. Отдохнёт и восстановится, но мне всё равно стало так его жалко, героя моего, что я обняла Шасса и всхлипнула.

— Орешек, ну ты чего? По Сахару убиваешься? Не плач, всё с ним хорошо будет, — устало прошептал Шасс и погладил меня по голове. Не спит, оказывается. — Знаешь, у нас дома растет много сирени, и Василина часто делает из веток букеты. Она ставит их в воду, и те там даже корни пускают. Я видел. Может, попросить воды, и до города пусть в ней бултыхается?

Хоть самочувствие кактуса меня и расстраивало, я не удержалась и хихикнула, просто очень смешной совет. А Сахар вообще оживился, услышав это предложение.

— Добить меня хочешь, да? — возмутился он со своего места. — Я житель пустыни! Нельзя мне в воду! Спи дальше, рогатый, я сам и без твоих советов погибну! Ой, цветы мои, цветочки-и-и, — боевой запал быстро сошёл на нет, и голос кактуса снова стал слабым. Поспешила добавить ему магии.

Я ничего не знала о его виде и, честно говоря, не понимала, почему он паникует? Гибель от истощения или засухи ему точно не грозила, но друг горевал об отвалившихся цветах и заявлял, что без них жизни нет.

— Сахарок, успокойся, приедем в городок, я подниму все архивы, если надо, на Землю отправимся, но тебя спасём!

Он только вздохнул и затих. Муж тоже молчал и только мерно дышал. Он даже не отреагировал, когда я накрыла его принесенным троллем пледом, после чего мы двинулись в путь, сопровождаемые парой оборотней-волков.

Вскоре я и сама задремала, положив голову Шассу на грудь, а проснулись мы все, как по сигналу, от шума, гама, визга и рычания — повозка въехала в город, где нас встречали миссионеры, а ещё мои и мужа родственники. Ужас!

— Сольвейгэль! Создатель всего живого, в каком ты виде! — ужас в голосе мамы был совершенно неподдельным. — Дорогой, посмотри на нашу дочь!

Светлейшая Ираниэль картинно всплеснула кистями, закатила глаза и рухнула в руки подоспевшего отца, имитируя обморок. К этому маминому обычаю он был приучен, поэтому уже стоял позади жены наготове. Отец посмотрел на меня грозно и покачал головой, правда, поднявшийся в полный рост Шасс, так и оставшийся в боевой форме, быстро задвинул меня себе за спину, отрезав от осуждающих взглядов.

— Сын, что произошло? Нам сообщили, что вы с Сольвейгэль пропали, только час назад. — Я выглянула из-за мужа и помахала рукой свёкру.

Повелитель не причитал: «В каком ты виде, Шасс? Мне стыдно за тебя!» — в его голосе звучала искренняя тревога.

— Всё потом, отец. Мне много чего нужно рассказать тебе и правительству коалиции, — Шасс вышел из повозки, помог спуститься мне и огляделся по сторонам. Найдя дракона, муж перешёл к теме, которая мне не нравилась. — Драв, где Древесная?

— Под домашним арестом до выяснения обстоятельств. Леший Шуралей утверждает, что она столкнула светлейшую с обрыва.

Ну вот! Сейчас начнётся! Я совершенно не хотела стать свидетельницей показательного наказания дриады…

— Так и было! Дриада покушалась на мою жену!

— Пожалуйста, Шасс, не надо! — взмолилась я и взяла мужа за руку.

Миссионеры зашумели, переспрашивая друг у друга, правильно ли расслышали слова демона?

— Жену? — задал интересующий всех вопрос Драв.

Дриада и её поступок народ интересовали мало. Создатель, как неловко-то! Я же с драконом, и не только, флиртовала! Краска залила лицо, и я спрятала его у мужа на груди. А он заключил меня в объятья, пряча от лишнего внимания.

— Да, Соль моя жена.

— Но почему… — выкрикнул кто-то из толпы.

— А это никого не касается! — Тут и пророком не нужно быть, чтобы догадаться, о чём именно все хотели узнать, но муж отчитываться не собирался. — Позвольте нам привести себя в порядок, а потом мы ответим на остальные вопросы, которые не касаются нашей личной жизни.

Народ не посмел возражать и расступился.

— Сначала в оранжерею, Шасс! Сахару совсем плохо, он ни слова ещё не сказал, с тех пор как мы прибыли, — я потянула мужа в сторону своей работы.

Беспокойство нарастало: кактус мог мне шепнуть хоть что-то, пока мы ещё в повозке были, но он молчал, не подавая признаков жизни, и сейчас напоминал обыкновенный кактус, выдернутый из горшка. У меня комок стоял в горле и слезы не катились из глаз лишь каким-то чудом.

— Да, конечно! Отец, пойдём с нами, возможно, понадобится твоя помощь.

— И мои родители! Они тоже могут помочь, — поспешила добавить я.

Шасс согласно кивнул, и мы всей компанией отправились реанимировать моего пострадавшего питомца. Правда, кроме нас с мужем, пока никто ничего не понимал, но это ничего! Мы их просветим. Главное, что родители прониклись моментом и без споров двинулись за нами.

Я насыпала в новый горшок самой лучшей, обогащённой магией и удобрениями земли. Аккуратно, чтобы ни чего не повредить, посадила в неё Сахара и пустила живительный поток — не работало. Мой кактус налился зеленью, встопорщил колючки, даже в размере увеличился, но продолжил безмолвствовать, оставаясь обычным растением. Тут я уже не сдержалась и разрыдалась.

— Дочь, ну объясни ты толком, что происходит? — потребовал отец, глядя на всё это.

— Он погиб, погиб, — я водила руками над Сахаром, но разумного сознания не ощущала.

— Да вполне себе жив и здоров, глянь, какой сочный и мясистый! — возразила мама.

Понятное дело: родители моего горя не понимали, не зная всех деталей. Для простого растения Сахар выглядел прекрасно.

Я взяла себя в руки, прекратила всхлипывать и рассказала о кактусе всё, что знала. Мне нужна их помощь!

— Никогда о таком не слышал, — задумчиво подвёл итог отец, выслушав нашу историю.

— Если твой питомец утверждал, что его сознание в цветах, давай я попробую пробудить бутоны? — мама отодвинула меня в сторону и принялась за дело.

Когда надо, родительница действовала решительно и мигом забывала о том, что она манерная эльфийская принцесса.

— А я читал о таких растениях, — вдруг нарушил тишину повелитель Шамирхар. — Они появлялись у земных магов, когда-то существовавших на Атлантиде. Редкие и очень полезные создания. Сам я эти времена не застал, но в летописях писали, что, живя рядом с хозяином, колючий фамильяр обрастал цветами, пыльца которых могла исполнять различные полезные магу функции. Чем дольше существовала их связь, тем больше вырастало цветов. У самого известного правителя Атлантиды жил питомец с двадцатью тремя цветами…

— У Сахарочка было четы-ы-ыре, — я опять разрыдалась, — последний проклюнулся во время боя и меня спас, а потом взрыв, горшок разбился и цветы отпа-а-али.

— Может, ему нужно время для образования новых бутонов? Не будем паниковать, — попробовал подбодрить меня отец, потому что мамины манипуляции тоже результата не дали.

— Я этого не вы-ы-ыдержу! — как представила часы ожидания или дни, или месяцы… Схватилась за сердце.

— Так, всё, хватит! — не вынес моих страданий муж. — Отец, открой нам портал в усыпальницу к Праотцу, я сам не осилю. Не до конца восстановился.

— Думаешь, он поможет?

— Надеюсь… Мы туда и обратно.

— Хорошо, — уговаривать свёкра не пришлось.

Мы всей компанией вышли из оранжереи и быстрым шагом добрались до портальной площади, где нас уже ждал бес Шасса. Видимо, муж отдал ему мысленное распоряжение встречать нас там.

— Мой господин! Слава Праотцу и предкам, я чуть с ума не сошел! — Харор кинулся к хозяину и порывисто его обнял.

Заносчивый бес сейчас выглядел жалко. Вероятно, и правда переживал, потеряв связь с господином.

— Ну ладно тебе, хватит. Успокойся, всё обошлось, — Шасс обнял его в ответ. Похоже, что эти двое искренне друг к другу привязаны, — как только перенесемся на Веливул, мчись за ритуальными одеждами.

— Как прикажете, мой господин.

— Шасс, ты что задумал? Уверен? — повелитель распоряжению сына заметно удивился.

— Да! Полностью.

— Может, мы тогда с вами?

— Ты же знаешь, что Праотец вас не пустит. Ждите здесь.

— Ждём, — прекрасные у них отношения всё-таки. Не спорят, понимают друг друга с полуслова.

Жалко только, что я ничего из их разговора не поняла, но в портал, открытый повелителем, шагнула без страха. Рядом с Шассом я его вообще не испытывала. Наоборот, слова мужа заставили слёзы полностью высохнуть и поселили в душе надежду.

Переход дался легко — вот что значит, открывался самим повелителем. Буквально спустя мгновенье мы вышли в мире демонов, и я огляделась.

Веливул жил закрыто и туристов к себе пускал неохотно, ну а такие священные места, как усыпальницы предков, охранялись демонами с особым рвением. Поэтому эту реликвию я увидела впервые и с изумлением застыла перед грандиозным строением пирамидальной формы со стремящейся к тяжёлому, с красными тучами небу вершиной и украшенными драгоценными камнями гранями.

Разглядывая небывалую красоту, я даже не заметила, как вернулся Харор, отправившийся за ритуальными одеждами сразу по прибытии.

— Идём в комнату приготовлений, Соль, нам надо переодеться. — Муж оторвал меня от созерцания и потянул за собой.

Видимо, в святилище пускали только в особых нарядах, поэтому я даже не стала задавать Шассу глупых вопросов и молча проследовала за ним. Как только мы с мужем, скинув то, в чём явились, натянули на себя длинные, холщевые, украшенные вышивкой и драгоценностями одежды, в комнате раздался трубный глас явно не простого создания — демиурга.

— Рад видеть тебя, мой потомок, пожалуй, ты не самый бестолковый из всех. И тебя рад видеть, моё новое дитя. Жду вас подле себя.

Создатель эльфов никогда сам с нами не разговаривал, только очень редко передавал послания через священные растения. Поэтому к такому диву, как беседа с высшим разумом, я была непривыкшая, и толпа мурашек не заставила себя ждать, промчавшись по телу от ощущения мощи и силы Праотца демонов.

— Готова, орешек? — Я лишь кивнула. — Ничего не бойся и заранее прошу тебя меня простить. Не так я хотел всё устроить, думал сделать торжественную церемонию и закатить праздник, но ради Сахара… — О чём он? Я пока не понимала, но ради кактуса была готова практически на всё, поэтому сжала руку мужа, показывая решимость. — Ничему не удивляйся и, когда придет время, проси Праотца.

Загадочность мужа, конечно, немного настораживала, но я смело шагнула в глубь усыпальницы, в одной руке держа горшок с Сахаром, а во второй руку Шасса. Мы прошли по гулкому полу между капсулами со спящими Повелителями и встали на колени у статуи огромного демона в боевой ипостаси.