Глава 47

Лана

Два криосца в белых халатах время от времени косятся на меня, но потом теряют интерес. Они раскладывают аптечки, проверяют технику, докладывая в свои браслеты о готовности.

Холодный свет лазарета немного успокаивает. Я вспоминаю жизнь на Земле. Казармы космической академии. Ранние подъёмы, бесконечные тренировки. Потом наш вылет на новую планету. Столько надежд было вложено в этот полёт.

Когда мы приземлились, все надежды рухнули. Было больно, потому что я в какой-то момент поверила, что всё может быть хорошо. Я была готова к смерти, но мир снова для меня перевернулся.

Маркус сделал его красочным, полным счастья. Я должна что-то придумать. Не могу просто сидеть и ждать, пока его новый мир рухнет.

Лежу на кушетке, на которую меня переложили. В лазарете холодно, а подо мной как раз простыня. Накрываюсь ею, нарочно показывая всем своим видом, что дрожу от холода. Криосцы оглядываются, но не придают этому значения.

Под простынёй начинаю медленно стягивать липкую ленту. Пальцы дрожат от напряжения. Кажется, она приросла к моей коже. Это больно, но я должна найти способ отправить какую-то информацию.

Криосцы заканчивают свою работу и подходят ко мне.

– Может дать ей снотворного? – интересуется один.

– Не думаю, что это нужно, – возражает второй.

– Тогда витаминов, – снова задумывается первый.

– Я не хочу на неё ничего тратить! – возмущается второй.

– Да ладно, – не унимается первый, – Когда ты ещё сможешь вколоть что-то инопланетянке и наблюдать за ней?

– Меня сейчас интересует другое, – ворчит второй, – Почему мы не взлетаем?

Кажется, последнюю фразу он говорит в свой браслет, нажав какую-то кнопку. Через некоторое время приходит ответ. Голос в браслете трещит помехами, но слова различимы.

– Все вылеты задерживаются. На орбите опасность астероидов.

Оба недовольно рычат. Усаживаются на стулья возле кушетки.

Я всё ещё не избавилась от липкой ленты. Пальцы соскальзывают, отчего она начинает шуршать. Я замираю, боясь, что криосцы услышат. Ещё немного, и я смогу полностью освободить руки.

В голове мелькает мимолётная мысль: может, эти астероиды не просто так появились у орбиты? Понимаю, что Маркус не всесилен, чтобы управлять небесными телами. Но лучик надежды греет моё сердце.

– Интересно, какие они внутри? – один из криосцев косится на меня. Не нравятся мне его мысли. – Я бы отрезал себе кусочек на память.

Зло рычу с заклеенным ртом. Только этого мне не хватало.

– Обычный гуманоид, – без энтузиазма заявляет другой. – Мало чем отличается от нас, просто слабая.

– Кажется, она нас понимает, – усмехается любопытный лаборант.

– Так, у неё наушник, не тупи! – не сдерживается второй. – Делай с ней что хочешь, а я пойду узнаю, когда мы взлетим.

Криосец уходит.

Я остаюсь одна с этим маньяком, который хочет отрезать от меня что-то на память. От этой мысли по коже пробегают мурашки. Он крутится вокруг меня, осматривая как зверушку.

Вдруг отходит к приборам. Возвращается с каким-то продолговатым предметом в руках.

Во рту пересыхает.

– Не дёргайся! – тихо командует он, щёлкая по кнопкам.

Над прибором загорается трёхмерная голограмма. Нижний конец он прислоняет к моему плечу. Ещё пара кнопок, и голограмма показывает рентген плечевого сустава. Он опускает прибор ниже, снова настраивает. Я смотрю на экран и вижу, как бьётся моё сердце.

Прибор перемещается по простыне, спускаясь ниже. К животу. Криосец меняет угол обзора. Нажимает на кнопку и в центре изображения участок размером с миллиметр окрашивается в зелёный цвет.

– Вот это да, – восхищается он. – Другое ДНК.

Он поднимает голову. Смотрит на меня.

– Это твой ребёнок.

Я вглядываюсь в зелёную точку, не в силах сдержать слёзы. Мой малыш. Ещё совсем кроха.

Вдруг раздаётся громкий взрыв, от которого трясутся стены. Я в ужасе отпрыгиваю назад, инстинктивно прикрывая живот. Криосец бросает прибор на место, смотрит в коридор.

– Что там происходит, – кричит он в браслет, но тот не реагирует.

Забегает второй лаборант, пытается закрыть дверь. Та шумно ударяется о раму, но закрывается не до конца.

– Проклятая развалюха! – нервно рычит он, нажимая кнопки на браслете.

– Похоже, пришли за землянкой, – отвечает ему первый криосец.

– Связи нет! – кричит второй, – Нельзя подпускать к ней врага!

Лаборант включает монитор и наблюдает за дверью снаружи. На экране вижу, что в конце коридора собираются несколько вооружённых криосцев. Один из них бежит в нашу сторону. Останавливается у боковой двери, открывает её и прячется там.

Раздаются выстрелы. Лаборант, который оставался со мной, растерянно отходит к стене. Второй нервно снимает бластер и пятится назад, направляя оружие то на меня, то на дверь.

Стрельба в коридоре затихает. Несколько тел безжизненно лежат на полу. Дверь открывается, из неё выбегает Маркус. За ним несколько гвардейцев.

Вдруг понимаю, что Маркус не знает о криосце который спрятался за дверью. Срываю остатки ленты с рук и со рта. Крик застревает в горле.

Выстрел.

Тело с грохотом падает на дверь. Два тела.

Затем раздаются ещё выстрелы. Не успеваю понять, что произошло. Криосец с бластером видит, что я освободилась. Хватает меня за руку, приставляя дуло к голове.