Глава 10

Я застыла… Замерла, стараясь понять - не явилась ли женщина с черными распущенными волосами плодом моего разыгравшегося сознания. Сновидения настолько стали явными, что иногда ускользающая фигура Эдэна казалась реальностью, и я протягивала руку, хватая прозрачную дымку.

Дыхание стало тяжелым и рванным. И я, приклеившись взглядом в ярко–синий шейный платок, не могла пошевелиться и даже что-то ответить этой женщине, снова неожиданно ворвавшейся в мою жизнь.

Сэйра, увидев моё изумление, спокойно улыбнулась уголком губ.

– Не волнуйся так., Лиана, – вкрадчиво начала женщина. – В твоем положении это вредно.

Сердце отчаянно колотилось, пока я приходила в себя.

– В каком положении? – начала чуть приподняв подбородок, справившись с первым изумлением от нашей встречи.

– Беременность тебя не красит. Но это пока. Двойню носить, думаю, сложно. – Чуть поморщившись, произнесла Сэйра.

Я только распахнула глаза на последнюю реплику. Холодный воздух лизнул разгоряченные щеки и поигрался с моими волосами, собранными в хвост на затылке.

– Сдается мне, что ты не слишком счастлива здесь, Лиана, – продолжила женщина, пока я приходила в себя, машинально приложив руку к животу.

– Думаешь, легко наладить разломанную жизнь? – я криво усмехнулась.

– Предлагаю вернуться туда, где твоё место. Этот мир… Как бы не хотел, уже не принимает тебя. – Сэйра достала переходник из кармана и победно улыбнулась, заметив мой взгляд, который застыл на переходнике, светившемся голубоватым светом.

– Он заряжен? – выдохнула с трудом.

– Ну конечно! – немного с досадой ответила Сэйра.

Чёрные глаза блеснули неестественным светом и впились в меня, словно заглядывали в самую душу.

Вопросы шумно рождались один за другим. Откуда у Сэйры сердцевина, до которой так сложно добраться? Откуда женщина, которую я вижу второй раз в своей жизни, могла знать, что я беременна. Но пусть даже у вопроса с сердцевиной есть разумный ответ. Как и беременность… Логичные последствия отношений мужчины и женщины.

Как могла знать эта необычная женщина из Тасскании, что в моем чреве зародилось две жизни?

– Я буду ждать тебя вечером. И ты сможешь расспросить обо всём, что ты хочешь, – произнесла женщина, словно отвечая на мои мысленные вопросы.

Я молча смотрела на удаляющуюся фигуру в черном. Когда фигура Сэйры превратилась в маленькую точку, я словно очнулась от томительного сна. Покачала головой и медленно побрела в медицинское учреждение. До рабочего кабинета я добрела, перебирая каждое слово Сэйры.

Сердце сжималось и скакало, стоило разгоряченному сознанию коснуться главной мысли:

«Предлагаю вернуться туда, где твоё место».

Сознание уплыло совсем далеко. К высоким деревьям, качающимся под порывами ветра, голубой вязкой жидкости в стеклянном сосуде, длинным лепесткам чудного цветка и аспидным глазам, которые обычно завершали этот хоровод. Моя жизнь теперь словно на разломе двух миров, которые и не принимают меня, и не отпускают, словно ждут, когда я приму окончательное решение.

– Лиана! Прием уже идет уже двадцать минут! – сердитым тоном насела доктор, как только я вошла внутрь кабинета.

– Простите, – быстро ответила и повесила пальто на вешалку.

Набросив халат, присела на свое место за столом напротив доктора.

Машинально схватилась заполнять направления первому пациенту.

Рабочий день был тягостным… И нескончаемо длинным. Я частенько выглядывала из окна, рассматривая парадный вход поликлиники, на который выходили окна рабочего кабинета.

– Ты кого-то ждешь, Лиана? – спросила Алина Магомедовна.

– Нет… Хотя… Наверное, жду, – сердце пропустило очередной тревожный удар, как только перед глазами пронеслись тягучие взгляды Сэйры, которые женщина бросала при встрече.

– Отца своих детей? – уточнила женщина.

Специалист, ведущий беременных женщин, естественно, догадался о моем интересном положении. Тем более, когда несколько раз я вылетела из кабинета, чтобы справиться с рвотными позывами в душном кабинете.

– Отец моих детей… Он еще не знает, – ответила, грустно вздохнув.

– Вы поругались?

– Я сделала то, что не должна была делать. И отец моих детей… просто вычеркнул меня из своей жизни. Росчерком пера. За одну ночь, – слезы выступили на глазах. События страшной ночи после бала всегда отзывались в душе тоской.

Брови доктора поползли вверх на мои откровения. Я, конечно, не отличалась особой разговорчивостью все время, пока работала, и такие вот душевные разговоры привели женщину в изумление.

– У тебя, наверное, были очень веские причины. Потому что ты очень добрый и отзывчивый человек. Твой мужчина должен понять тебя, – попробовала успокоить меня женщина.

Если бы все было так просто...

– На кону была жизнь близкого мне человека. А мой мужчина... – я печально вздохнула. – Он даже не стал слушать меня.

– Отведи её, – это были его слова.

Слова мужчины, которого я любила и люблю.

Холодная камера с крысами и обвинения в колдовстве. Марлин сделал шаг и выиграл одним ходом всю партию. А лорд Дайран поверил всему, что преподнесли мои враги.

В короткий обеденный перерыв я проглотила все, что взяла в столовой. Оказывается, если занять мысли совсем в другом направлении, ставшим, капризное тело удалось обмануть и втолкнуть в него плов и салат. И даже выпить чашку черного чая.

Я набросала в голове список вопросов, которые я задам баронессе Майлин в первую очередь. Но основной вопрос, конечно, был адресован самой себе.

Хочу ли я снова ступить ногой на родину холодных ветров и высоких деревьев?

И хочу ли я остаться там навсегда? Теперь уже без возможности вернуться.