Глава 20

– Дархан! – легонько толкнула в плечо своего мужа темноволосая женщина. – Дочка, как хорошо, что ты к нам заехала в гости.

Расстановка сил ясна с первого взгляда. У лестницы явно недовольный появлением дочери глава семейства. По правую руку от него мать Сэйры, у которой на этот счёт другие чувства.

На диванчике рыжеволосая жена Ратмира с детьми, вытягивающие шеи, чтобы рассмотреть нас с Сэйрой.

В большом проеме, соединяющем холл и столовую, появилась возрастная женщина в переднике.

Ого… Даже есть слуги!

Неплохо семейство приподнялось от скромного дома из двух комнат на окраине поселения.

– Я долго не буду задерживать внимание любимого семейства на своей персоне. Через круг намереваюсь отправиться к себе домой, – громким голосом Сэйра поставила семейство в известность о своих планах и обвела взглядом.

Я немного заерзала на диване после короткой перепалки.

– Сэйра, мы всегда рады тебя видеть, – Ратмир тяжело выдохнул. – Прошу за стол.

После фразы «Прошу за стол» в животе заурчало, только, учитывая мой статус при баронессе, я по всем правилам должна питаться на задворках объедками после ужина господ. Так было у баронов Рохрет. Сэйра поднялась и махнула мне рукой, показывая, что я должна следовать за ней. Мысленно обрадовалась совершенно другой перспективе.

Глава семейства занял место во главе большого овального стола, рядом с ворчливым стариком присела мать Сэйры и её брат. Баронесса заняла место рядом с матерью. Как только рыжеволосая ребятня расселась по своим местам, я заняла свободное место, с удивлением отметив, что столовый прибор за этим столом мне поставили.

Обещанный кнух с мясом пах просто прелестно, и я громко сглотнула слюну. Аппетит разыгрался не на шутку!

– Хвала Богине! – серьёзным тоном пробасил глава семейства, и все, как по команде, схватились за ложки. Я тоже мешкать не стала и тут же отправила ложку кнуха в рот.

Откусив большой кусок от лепешки, снова усердно заработала ложкой.

– Какими судьбами вас занесло к нам, баронесса Майлин? – задорно спросила жена Ратмира.

– Очень много дел, Рулана, – коротко ответила Сэйра. – Не терпящих отлагательств.

Рыжеволосая усмехнулась, уставившись на меня, сразу уловив суть дел баронессы.

– Я надолго не задержусь. Через круг выезжаю к границе с Таймерией, – деловито поставив бокал на стол, Сэйра, наконец, взяла в руки ложку.

– Я думала, ты приехала на праздник и ярмарку, – добавила мать баронессы.

– Какой праздник? – весело спросила Сэйра.

– Как какой? Ты разве не знаешь? По случаю помолвки лорда Дохерти. – затарахтела рыжеволосая Рулана.

Ложка выпала из моих рук с грохотом на деревянную чёрную поверхность.

Все сидящие за столом сразу же обратили на меня внимание, а я уставилась на тарелку перед собой, совершенно не замечая ничего вокруг. Столовая с большими окнами закружилась вокруг меня, расплываясь вместе с веселыми лицами за столом в туманную дымку.

Помолвка? Помолвка!

Сердце словно разрезали и растянули в разные стороны. Я судорожно вздохнула, пытаясь схватить воздух.

– Это точно? – недоверчиво спросила баронесса.

– Да. Завтра милорд представит жителям Тарбета свою невесту и официально объявит о помолвке. Потом, как обычно, будет большая ярмарка. Я отправил часть товара для торговли с помощником, – радостно продолжил Ратмир.

Мне хотелось завыть и разразиться слезами, которые душили меня и собирались в горле. Но мне приходилось сжимать ложку в руке до боли, чтобы как-то вытерпеть другую боль. Жгучую, огненную, располосовавшую душу на кровоточащие раны…

Так быстро ты забыл обо мне, Эд! Я и мысли не допустила: оказаться рядом с другим мужчиной. А ты…

Холодные мурашки, пробежавшись по спине, скрутили конечности.

Теперь всё, к чему я так долго шла, не имело смысла…

Мучительный переход, когда мою плоть разорвало на тысячу частей и собрало здесь, на Тасскании. Трудная дорога с холодом и усталостью до изнеможения… Риск, которому я подвергла себя и своих детей…

Ради чего? Чтобы сейчас узнать, что всё оказалось напрасным?

А Сэйра? Знала ли она, что Эдэн решил объявить о своей помолвке?

Одинокая слеза выкатилась из глаз и сбежала по щеке, повисев несколько секунд на подбородке, упала на серое платье.

Даже не сомневаюсь в кандидатуре. Холодный взгляд голубых прожег меня, выплыв вдруг из моих воспоминаний.

– Ты ещё пожалеешь! – это были последние слова, которые Вилена бросила мне, когда я, купаясь в счастье, топала к покоям милорда

– Лорд Дохерти разобрался с проходимкой, которая поселилась в замке и стала фавориткой милорда. И, как положено, сделал предложение герцогине Лагосской, – радостным тоном сообщила мать Сэйры, продолжая бить по болезненным местам, сама того не предполагая.

Проходимкой… Вот как обо мне говорят люди… А я лечила их! И ни одной пластины не взяла ни с одного своего пациента… Даже больше! Бегала в город за травами и настойками и покупала их за свои пластины.

Герцогиня Лагосская…

– Белокурый демон с ангельским лицом и вспыльчивый, как пороховая бочка, милорд. Хороша будет парочка. – Зло подумалось мне.

– С чего ты взяла, что она проходимка, мам? Леди Даммир – уважаемая дама… Лекарь, – воспротивилась Сэйра после нескольких кругов замешательства.

– Люди из знатного рода всегда женятся только на равных себе. И таким, как леди Даммир, всегда нужно знать своё место.

– По-твоему, барон Тигель не должен был брать в жены дочку бедного купца?! Не ровня же?

– Тут совершенно другая ситуация, дочка, – растерянно произнесла женщина.

– Та же самая! – отрезала Сэйра.

– Милорду нужны связи и влияние, которое дает наследница громкого титула, а что может дать никому не известный лекарь? А девчонка, наверное, не выдержала и убежала. Поговаривают, утопилась в Дайве, как только лорд Дохерти отказался от неё, – сказал Дархан, всё это время молча слушавший своё семейство.

– Спасибо за гостеприимство, – отстранённо поблагодарила баронесса. – Но после дальней дороги я устала, поэтому, с вашего позволения, я удаляюсь в свою комнату.

– Конечно, Сэйра, – мать ласково провела по спине дочери, словно пытаясь оправдаться за свои слова.

– Дария, следуй за мной! – поднялась и отдала указание Сэйра.

Я не сразу поняла, что баронесса позвала меня. Только после пронзительного хмурого взгляда приподнялась из-за стола.

– Спасибо, – буркнула сиплым голосом и, уставившись взглядом в пол, последовала за Сэйрой на ватных ногах.

Ступеньки преодолела, как в тумане. Мне показалось их бесконечное множество, и каждая из них давалась всё труднее и труднее. Всё вокруг раздваивалось перед глазами и снова собиралось в одно целое. По противному скрипу двери поняла, что уже в спальне. Женские руки пробежались по тесьме на лифе моего платья.

– Ну нельзя так, Лия! – Сэйра пробовала меня растормошить, но сознание, словно покинув меня, зацепилось за край затуманенной головы и колыхается под холодным натиском новостей.

– Я правда не знала, – оправдывалась Сэйра, стягивая с меня серое платье служанки.

Тонкая сорочка объяла моё горячее тело, а мягкая постель вобрала в себя, словно убаюкивая.

– Он был для меня всем, а я? Что я для него, Сэйра? Грош – цена всем его словам! – я бормотала и крутила головой.

– Мы обсудим это утром, Лия. А пока спи, – женская ладонь коснулась моего виска, провела по волосам. – Всё равно мы на правильном пути.

– Неправда! Не нужно было возвращаться сюда. Здесь я совершенно никому не нужна.

– У Богини на этот счет своё мнение. И это не конец, Лия, – слова женщины прозвучали, будто бы баронесса не возле моей постели, а где-то далеко.

Скорее, я была уже очень далеко…

Меня несло течением по реке, и я уже не барахтаюсь и не пытаюсь плыть, а, обняв свой живот, рассматриваю Дарту и Дилару.

Почему в моей жизни всё так нескладно и запутано?

***

Дарта и Дилара - спутники Тасскании.