Эпилог

– Тише, – шепчет Лев, срывая с меня остатки платья, которое он только что разорвал.

Впечатывает меня спиной в дверь своего кабинета. Хватает за попку и вздергивает в воздух.

– Не могу тише, – стону, когда он отодвигает мои насквозь мокрые трусики и пристраивается у входа.

– Загрызу тебя, моя сладкая, – бормочет он и проталкивается на всю длину.

Вскрикиваю, а муж закрывает мне рот яростным поцелуем.

Дом полон людей.

Платон с женой и детьми. Наши сыновья. Свекровь с новым мужем. Наши безопасники со своими семьями. Наша младшая дочь Полина.

Очень. Много. Людей.

А мы хотим побыть вдвоем, потому что гости у нас уже третий день.

Сегодня празднование восемнадцатилетия наших сыновей.

Будет грандиозная вечеринка. Сначала в доме, с приглашенными гостями. Все чинно и благородно.

А завтра Влад с Олегом улетают на горнолыжный курорт, чтобы отпраздновать со своими девушками и друзьями. Для этого Лев отдал им на растерзание наш дом в горах и отправляет вместе с ними целую группу охраны из своего агентства.

Так вот третий день мы никак не можем нормально уединиться. Вечером Лев допоздна с мужчинами играет в бильярд или покер. Меня постоянно занимают обязанности хозяйки дома. Еще и сыновья… “Мама то, мама се”. В общем, ни минуты покоя.

А сейчас, когда я зашла сказать мужу, что иду готовиться к приему, он запер нас в своем кабинете и нахальничает самым приятным из способов.

Мычу ему в губы, растворяясь в жадном, горячем поцелуе. А он хищно вгрызается в мои и вколачивается с таким остервенением, как будто у него год не было секса.

– Бля, так соскучился по тебе, что могу облажаться, – тихо смеется Лев. – Мне кажется, я кончу прямо сейчас.

Он выдает это, и его слова становятся триггером для меня самой.

Я взрываюсь. Вскрикиваю, и Лев снова ловит мои стоны своими губами. Слизывает их с моего языка.

Ускоряет движение бедрами. Продлевает мой оргазм и гонится за собственным. Быстрее и быстрее, пока сам не взлетает. Пульсирует внутри меня, наполняя своим удовольствием.

Мне кажется, даже через рубашку мужа я могу чувствовать, как грохочет его сердце.

Откидываю голову на дверь, а Лев утыкается лбом рядом со мной.

– Соскучился, писец просто, – выдает муж.

– И я, – отзываюсь, хихикая.

– Хочу, чтобы в доме опять стало тихо. Отвык я от такого количества людей.

– В смысле – отвык? Дети до сих пор живут с нами, – напоминаю ему.

– А что дети? Они же как часть нас. К тому же, парни постоянно отсутствуют. То тренировки, то учеба, то тусовки. Поля вообще дома едва бывает со своими соревнованиями бесконечными. Тихо у нас дома. Может, еще кого родим?

– Остановись, – смеюсь я. – Мы же договорились.

– Ну а что? Тебе всего сорок один. Давай запрыгнем в последний вагон.

– Лев! – осекаю его.

– Придется как с Полиной, – смеется он и, чмокнув, отпускает меня.

С Полиной у нас получилось через “упс”. Я только вышла из трехлетнего декрета. В смысле полностью вышла. Работать я начала уже через полтора года, но больше на удаленке. А в три года мы отдали сыновей в детский сад, и я уже полноценно вернулась в офис.

Лев уговаривал меня на третьего ребенка. А я ведь только сменила пеленки на помаду! Не соглашалась. И мой муж решил идти ва-банк.

– Упс, – сказал он, кончив в меня первый раз.

Я была спокойна. У меня же контрацепция работала четко. Инъекцию сделала – и спала спокойно.

Потом были второй и третий “упсы”. Лев говорил, мол, волноваться-то не о чем из-за контрацептивов.

В общем, о своей беременности Полинкой я узнала, будучи на втором месяце.

– Только посмей, – ткнула в сторону мужа пальцем, поправляя свое растерзанное платье.

Он только подмигивает и шлепает меня по попке.

– Уже посмел, – выдает он.

– В смысле?

– В прямом. У тебя инъекция должна была быть три недели назад. Но из-за подготовки к празднику ты совсем об этом забыла. За эти три недели я трахнул тебя раз пятнадцать, и каждый из них не выходил. Смекаешь?

– Лев, я тебя… – рычу.

– Любишь, я знаю, – перебивает меня муж. Рывком притягивает к себе и смачно целует. – А теперь иди собираться, через четыре часа прибудут гости.

Спустя почти девять месяцев в нашей семье появляется еще один богатырь – Даниил Львович. Лев хитро улыбается, подмигивая мне, а я намекаю врачу, что с контрацепцией надо как-то посерьезнее. Та предлагает вазэктомию для мужа или подобную операцию для меня. Но что-то удерживает меня от такого радикального шага.

А когда нас с Данечкой выписывают, в доме собирается только семья. Лев, свекровь и наши дети. Я обвожу всех взглядом и чувствую, как слезы прочерчивают горячие дорожки на моих щеках.

Как хотелось бы, чтобы папа познакомился со своими хулиганистыми, но очень классными старшими внуками. Как и предполагала, Олежка немного больше раздоблай, чем его брат. Влад у нас крайне серьезный, но тоже не без придури.

Полина, которая с четырех лет занимается художественной гимнастикой, – наша гордость. Она очень дисциплинированная и целеустремленная. Лев говорит, что это у нее от меня.

Но, судя по тому, что у нас появился Данечка, не такая уж я и дисциплинированная.

Войдя в дом, Лев ставит люльку на диван в гостиной. Вокруг самого младшего Романова тут же собирается вся семья. Все заглядывают, чтобы посмотреть на него.

Лев обнимает меня со спины и упирается подбородком в мое плечо.

– А помнишь, как сильно ты не хотела за Льва Романова замуж?

– Ты меня пугал.

– А сейчас?

– А сейчас я тебя люблю. А еще умею пользоваться пистолетом.

– Да, я помню, – усмехается Лев. – Спасибо, моя маленькая. За счастье, которое даришь мне каждый день. – Он берет меня за плечи и разворачивает лицом к себе. Я вижу слезы в его глазах, и мои собственные становятся огромными. – Если бы еще раз пришлось пройти через всю жесть, чтобы ты стала моей и нарожала мне столько потрясающих детей, я бы прошел все это снова. Потому что ты стоишь всего мира. Ты одна. Единственная.

– Лев, – выдыхаю, и по моим щекам текут слезы.

– Просто скажи, что любишь, – хрипло произносит он.

– Люблю. Всегда.

– Моя любимая девочка, – отзывается он, и мы тонем в нежном, сладком поцелуе. Только он способен скрепить наши слова и запечатать их настолько надежно, чтобы наши губы хранили их вечность.