Глава 17

- Смотри, Тами, это твой кабинет во дворце, твоя лаборатория, твоя теплица на заднем дворе. Твой огородик для трав… Отсюда можешь уходить в лес, на озеро, на ручей. А эта тропа ведёт к гномьим шахтам. Там будешь брать минералы.

Боремир разложил на столе подробный план дворца и окрестностей. По долгу службы именно он знакомил новую ведьму с расположением объектов и её обязанностей.

- У тебя в подчинении есть три помощницы-зельеварки. Все окончили школу зельеварения. Служат во дворце уже несколько лет. Проверены. Твоя задача: проверить защиту дворца, обновить её. Тщательно проверить каждое помещение на наличие враждебных заклинаний: проклятий, наговоров, отворотов, приворотов. Удалить всё! Так что, если ты думала, что работы мало, то ты ошиблась.

- Стесняюсь спросить, а чем занимались предыдущие ведьмы? – Тома прифегела от объёма предстоящей работы.

- Это ещё не всё, - с деланной угрозой произнёс маг. – Надо проверить на заклятья всех, кто живёт и служит во дворце. Может, кто-то находится под воздействием врагов. Раньше, при драконах, на всех входах во дворец стояли считывающие артефакты, но их давно уже нет. Что касается того, чем занимались ведьмы – это никому неведомо. Они подчинялись лично Алексе.

- Понятно…

Так и получилось, что с первого дня Тома с головой погрузилась в работу. И даже собственную свадьбу почти не заметила. Обряд и торжественный ужин проходили в замке Боремира, в кругу его семьи. А семья отнеслась к Тамаре очень настороженно. Ни одной искренней улыбки. Ни одного искреннего пожелания. То, что ведьмы прекрасно чувствуют эмоциональный посыл, эти высшие аристократы, предпочли забыть.

Заодно Тома выяснила, что родственники мужа рассматривают их брак как вынужденную временную меру. Фиктивную. И перестала на них обращать внимания совсем. Всё равно жила она, и будет продолжать жить в собственном особняке Лазичей.

Пришлось ей узнать и о, якобы, невесте Боремира, с родителями которой давно договорились. И даже увидеть эту девицу на королевском обеде рядом с родителями мага.

- Это Моряна – дочь наших дальних родственников. Она должна была стать невестой брата, - высокомерно пояснила Томе сестра Боремира.

- Да ради бога! – вскипела Тома. – Хоть десять невест! Но я, к сожалению, не могу нарушить магический договор. И Боремир тоже, - добавила она.

Боремиру Тома ничего не сказала, просто не верила, что он не знает о настроениях семьи. А поэтому и раздувать скандал - смысла нет. На предложение Боремира поселиться в его родовом замке ответила категорическим отказом.

Боремиру же была непонятна внезапная холодность невесты и её отъезд в собственный особняк сразу после обряда. Между ними появилась вежливая отчуждённость. По службе – полный контакт. После службы – никаких контактов.

Зато с Алексой Тома неожиданно нашла общий язык. Ей пришлось на несколько дней застрять в покоях короля. Там было больше всего вредоносных заклятий, хотя должно было быть меньше всего, язвила про себя Тома. Им пришлось больше общаться и, естественно, лучше узнавать друг друга.

- Так-так…, - Тома с удивлением обнаружила за изголовьем королевской кровати самодельную куклу.

Не спешила её поднимать. Вначале надела антимагическую рукавицу и только потом подняла куклу.

- Алекса! – по-свойски позвала она. – Смотри, что я у тебя нашла!

Король немедленно перешёл из кабинета в спальню.

- Что это? – брезгливо оттопырил губу Алекса.

- Это ты, не видишь, что ли? Корона, мантия в твоих цветах: чёрное и золотое. Знаешь, что это?

- Догадываюсь, - недовольно огрызнулся король.

- Видишь, сколько в кукле иголок? - продолжила пояснения Тома. – Каждая несёт отдельное заклинание. А ты ещё удивляешься, почему у вас с Даницей не было детей. Вот она – твоя проблема! - Тома выдернула иглу из паха куклы.

- А это твои головные боли, это – приступы ярости и гнева, это – хромота от старой раны, - Тома выдёргивала иголки и объясняла королю, на что они закляты. – Да ты везунчик, Алекса, что до сих пор не скопытился! Ну-ка, дай огонька!

Алекса щёлкнул пальцем над куклой, которую Тамара поместила в глубокое блюдо. Тряпки, пропитанные разными зельями, вспыхнули моментально. Через мгновение от неё ничего не осталось, даже пепла. Магический огонь выжигает дотла.

- Теперь понимаешь, как важно иметь проверенный персонал? – проворчала Тома. – Кто-то же принёс сюда эту куклу: Кто? Кто имеет доступ в спальню короля и не вызывает у тебя сомнений?

- В эти покои могут входить только мои личные слуги. Они служат мне много лет. Ещё архимаг, придворная и верховная ведьмы, жена и всё!

- Ясно, - заключила Тома. – Или Талица, или Ведрана.

- Почему не Даница?

- Ей нужен был ребёнок от тебя даже больше, чем тебе. Мне кажется, Ведрана. Мутная она какая-то, и из дворца исчезла внезапно…

Тома выговаривала королю упрёки, а сама одновременно выбирала из магической сети проклятья и наговоры. Больше всего было разного рода приворотов: саше с травами, заколки, булавки на одежде, обуви, оружии.

- Смотри, сколько у тебя «друзей» во дворце, - подначивала Тома. – А ты Лазичей преследуешь, которых во дворце вообще нет. Их и самих-то почти нет. Я одна осталась. Очень надеюсь, что при проверке в ковене у Мии обнаружится больше нашей крови, чем крови Лукаса, и магический совет признает её нашей.

- Ты тоже можешь не быть Лазич, - хмыкнул Алекса. – В тебе должно быть больше дракона.

- Не-ет, - рассмеялась Тома. – От любимого мужчины ведьма рождает себе наследницу- ведьму. И никак иначе. Следующие дети будут магами. Драконья сила во мне, безусловно, есть, но Лазичей больше. Постойка… Да не шевелись ты!... А я то думаю, что у тебя семь пятниц на деле, оказывается, вот! Смотри! – она вынула из волос Алексы незаметную заколку. – На тебе отводник стоит. Отводник – это заклинание сомнения «да-нет». Поставишь такое на человека, и он потом над любым вопросом сомневаться будет. И кто такой у тебя в окружении завёлся? Ведь такие заколки, прищепки, булавки надо проверять, периодически менять и вообще, суметь их ещё прицепить!

- Курц болотный! – грязно выругался король. – А что делала рядом со мной Ведрана?!

- Вот уж не знаю. – пожала плечами Тома. – Но сам видишь, грязи у тебя навалом.

- Слушай, Тами, признаю, что я как-то не так начал знакомство с тобой. Кстати, ты точно мне не родственница?

- По крови – нет. Я дочь Катарины и Огнена. А вот Анастейси была твоей сестрой по отцу. Значит, Мия с Миром – твои племянники. Но Анастейси – моя сестра по матери и дети – мои племянники тоже. Получается далёкая родня.

- В бездну всё! Оказывается, кроме этих детей у меня нет живых родичей!

- Правда? Совсем нет?

- Совсем. Отец и мать умерли. Сестёр и братьев нет. Я тоже, как и ты, последний из рода. И не женат. Кстати, к тебе у меня нет ненависти, хоть ты и Лазич.

- Нет и, слава богу, - примирительно заверила Тома. – Давай я лучше поставлю свою фирменную защиту перед твоими покоями, как у себя дома. Никто с дурными мыслями к тебе не войдёт.

- Давай!

С того дня общение Томы с королём стало почти приятельским, но ещё не дружеским. Оба сохраняли дистанцию, но это не мешало работе. Правда, во дворце заметили, что король стал много терпимее, даже мягче относится к служащим и придворным. Меньше стало капризов и даже (о, чудо!) король стал больше времени уделять работе.

Тома же продолжала «чистить» дворец и неожиданно начала приобретать симпатии его обитателей. Слуг в первую очередь, потому что никогда не кричала, всегда выслушивала и помогала при случае. День за днём, шаг за шагом, комната за комнатой – дворец постепенно очищался от магического мусора.

Что касается людей, то с помощью слуг удалось найти старые драконьи артефакты, и Тома вернула их на место. Но особенно сильно на положение Томы во дворце повлияла история с бальным залом. Здесь было больше всего разных заклятий, наговоров и даже несколько проклятий. Многие из них были действующими, хотя большинство были короткими, на определённый момент и уже выдохлись.

Тома вычистила зал, и настроение на балах резко изменилось. Как будто дышать стало легче. Прекратились злобные интриги, ссоры, недоразумения. На лицах стало больше искренних улыбок. Но Тома не надеялась на удачу, поэтому на всех дверях зала поставила защиту. И вот за это придворные были ей благодарны. Потому что балы любили все, но не любили внезапно отрывающиеся ленты и кружева. Внезапно рассыпающиеся бусы, колье и украшения. Внезапно появляющиеся пятна на одежде и испорченные причёски. Так что, да, любители балов были Томе благодарны.

С Боремиром они виделись не каждый день. У архимага накопилось работы ничуть не меньше, чем у ведьмы. Но при редких встречах между ними только что искры не летали. Даже окружающим было понятно, как неравнодушны друг к другу муж и жена. И, тем более, было странно, как внешне холодно они при этом держались.

Тома же считала, что не стоит навязываться, если ты пришёлся не ко двору. Поэтому всячески избегала родственников мужа и самого мужа. Боремир считал, что у ведьмы случилась какая-то женская придурь и не торопился потакать капризам. Пока однажды не услышал разговор сестры с подругой.

- Моряна, когда у тебя свидание с Бором?

- А он мне его назначил? – фыркнула девица.

- Но мы же с матушкой создали тебе все условия! – возмутилась сестра. – Я лично этой выскочке высказала, что наша семья её никогда не примет, и что у Бора есть невеста, а эта Тамара – временный вариант.

- А я лично десять раз приходила к Бору, можно сказать в спальню, и он вообще не обратил на меня внимание, не то что свидание назначить! – надулась Моряна.

- Ну, я не знаю, как ещё тебе помочь?! Не понимаю, зачем он за неё держится?! Сильная ведьма и что? Она не одна такая. С драконьей кровью – это плюс, но не такой уж важный. Не знаю, Моряна, может, ты разучилась соблазнять мужчин? Ну, чего уже проще?! Переспала пару раз, передала запись ведьме и всё! Ведьма сама от него откажется. Они не прощают измен, все знают!

- Так вот в чём дело! Дорогая сестра, не ожидал от тебя такой подставы. А ты не подумала, что нарушение магического обряда может лишить меня магии? Вам так важно породниться с семьёй Мори, что вы с матерью готовы опозорить меня?! Лишить наш род королевской поддержки? Зачем ты это делаешь?!

- Ты не понимаешь! – ощетинилась сестра. – Моряна – моя подруга, и я обязана ей помочь! Она с детства тебя любит!

- Хорошо, поговорю на твоём языке. Моряна меня любит, допустим. А я Моряну не люблю! Это понятно? И ни при каком раскладе жениться на ней не собираюсь! Так понятно?!

Неудавшаяся невеста всхлипнув выбежала из небольшой гостиной, где они разговаривали. Боремир проводил её равнодушным взглядом и жёстко приказал сестре: больше никаких невест! Я женат! Если вы с матерью ещё раз надумаете разрушить мою семью, я закрою вам доступ во дворец. Иди!

Боремир посчитал, что ни мать, ни сестра не станут больше творить дичь. Но теперь встала задача, как извиниться перед женой и наладить с ней отношения. Боремир, начал планомерную осаду строптивой ведьмочки.

***

- Посмотри, Стеф, ты видишь это?!

Огнен ковырнул лезвием ножа большой медальон, который висел на груди скелета. Полусфера с драгоценными камнями украшала грудь демона. Сам скелет демона прислонился к каменной кладке источника и, казалось, отдыхал. Сквозь потрёпанную веками одежду белели кости.

- Демонский артефакт! - Стефан нагнулся, собираясь снять медальон с шеи скелета.

- Стой! – резко выкрикнул Огнен. – Вначале диагност, - и развернул заклинание над артефактом. – Для нас неопасен, - сделал вывод. – Но это именно медальон осушил источник и передал его магию ушедшим демонам. Сейчас источник блокирован и не наполняется.

Огнен поднял артефакт за цепочку и сделал несколько шагов в сторону, но оглянулся на удивлённый возглас сына. Скелет, освобождённый от артефакта, на их глазах начал превращаться в прах и рассыпался.

- Надо сжечь, - заметил дракон и, выпустив струю пламени, направил её вначале на медальон, затем на кучу пепла, выплавляя остатки демонского присутствия дотла.

- Придётся задержаться здесь и отследить изменения. Посмотреть, как реагирует источник на освобождение.

Стефан начал готовить лагерь, направив отряд за лапником и валежником для костров, а Огнен привалился спиной к источнику, пытаясь уловить токи магии. Но их пока не было. Зато из дальних пределов Пустоши послышался гул надвигающейся плотной массы. Эта масса пёрла прямо к источнику, поднимая над собой тучи пыли.

- Горги?! – поражённо воскликнул Стефан. – Откуда?!

- Видимо, охраняли амулет, а мы его уничтожили. Горги создавались демонами для охраны. Потеря объекта охраны вызывает у них только один инстинкт – убивать! Когда демоны ушли, мы думали, что они забрали всю искусственную нечисть с собой. А они вон что придумали: оставили их охранять амулет!

- Что ж, придётся ещё немного потрудиться и покончить с этой нечестью, - с бравадой заметил Стефан.

- Не так просто, сын. Мы, конечно, драконы, и горги нам не соперники. Но, кажется, их здесь слишком много, а нас только двое. Кроме того, с нами люди, для которых горги – сильные противники. Но… надо справиться, сын.

Драконы переглянулись и одновременно перешли в звериную форму. Через мгновение в небо поднялись два мощных дракона и направились навстречу нечисти. Они налетели на эту массу иглокожих кровососов с двух сторон, поливая их драконьим пламенем. Но горгов было много. И, казалось, их количество даже не уменьшается.

Кроме того, эти искусственные твари, могли совершать высокие прыжки и плеваться ядом на далёкие расстояния. Небезобидные такие тварюшки. Когда Стеф снизился до бреющего полёта, стремясь поразить как можно больше врагов, сразу несколько из них одновременно выстрелили в него ядом и прожгли крыло.

Он не упал сразу, а смог тяжело накренившись, дотянуть до земли. Огнен в этот момент прикрывал его. Но Стефан ещё мог бороться. Он поливал горгов огнём уже в человеческом виде. Огнен же буквально озверел от ярости. Его напор усилился, и нечисть сполна познали гнев и мощь дракона. Ход схватки переломился. Нечисть начала сбиваться в кучу, уплотняя ряды, но их уже было мало. Пламя Огнена как будто слизывало их с земли, выжигая до мокрого пятна. Драконы победили, в очередной раз доказав своё преимущество.

Бойцы их отряда добивали раненых горгов, расчищали место вокруг источника и собирали лапник для ритуального возрождающего костра.

Потрёпанные, вымотанные боем драконы, лежали у источника и чувствовали, как медленно, но настойчиво, магия начинает заполнять пространство. Уничтожив амулет демонов, драконы открыли для магии путь в источник.

- Зачем они это сделали, отец?

- Месть. Покидая Палану, демоны решили оставить этот мир без магии. Ведь это был мир драконов. И хотя войны между нашими расами давно в прошлом, подлый и мстительный характер демонов никуда не исчез. Но мы никогда не бросаем свои миры без надзора. Рано или поздно обнаружили бы проблему.

- Наверное, в Латии нас ждёт такая же картина…

- Возможно, но туда мы пойдём позднее, когда заживёт твоё крыло. Надо добраться до изгоев. Они сейчас ближе, чем обжитые земли.

- Ты веришь Невене? Думаешь, Катарина жива?

- Не то чтобы сильно верю…, но надеюсь, - признался старший дракон.

Отдохнув сутки и подождав, когда регенерация подтянет немного раны, драконы двинулись дальше уже по земле вместе с отрядом.

Вскоре стало заметно приближение Мёртвых земель. Растительность, которая и так была скудной, почти исчезла. Всё реже стали встречаться зелёные оазисы у родников. Стали появляться барханы, говорящие о том, что дальше воды нет. А через несколько часов дозорные увидели поселение. Небольшая, но укреплённая стеной, деревушка располагалась вокруг последнего оазиса. Дальше через пару десятков лиг начинались Мёртвые земли.

- Они! – Стефан вытянул вперёд руку, указывая направление.

- Вижу, - басовито прохрипел Огнен.

На скалистую площадку перед деревней, встречая неожиданных визитёров, вышли несколько мужчин и одна женщина.

- Катарина! – взревел Огнен, моментально узнавая свою пару. – Кати!

Но женщина пока не слышала его. Приложив руку к глазам, она пристально наблюдала за приближающимся отрядом. И, да, она не узнавала Огнена. Это дракон почувствовал сразу.

Не узнала! Но всё равно дракон первым делом бросился к своей женщине. Сорок долгих лет он ничего не знал о ней, думал, что мертва. Конечно, для дракона сорок лет – ни о чём, но сорок лет без истинной пары – бездна!

Огнен крепко обнял Катарину, вдыхая её запах, и страшась поверить в чудо. Она реальность! Она есть! Она жива!

Но Катарина повела себя странно. Начала вырываться, биться в его руках, требовать свободы.

- Кати, Кати, моя… Это я, твой Огнен! Я нашёл тебя, родная! У нас есть взрослая дочь, Кати…Любимая моя…

Жаркий поцелуй опалил губы ведьмы, и она…. Вспомнила! Затихла в руках сильного мужчины. Поцелуй затронул глубокие эмоции, воспоминания, которые были похоронены в дальних уголках памяти…

- Огнен?

Она вспомнила этого удивительного мужчину, вспомнила его ласки, его объятия, его защиту, но… и только. Больше не вспомнила ничего и никого.

- Огнен, - между тем подтвердил дракон, снова целуя свою пропажу. – Как же ты оказалась здесь, родная, на краю жизни?! Как вы вообще здесь выживаете?

- Не помню, не знаю…

- Мы привыкли, - ответил, наблюдавший за ними староста деревни. – А что ты принёс нам из большого мира, дракон? Не новую ли опасность?

- Жизнь! Я принёс вам жизнь!

Огнен обнял Катарину, крепко прижал к себе и уже не отпускал ни на миг. Но и узнать, откуда здесь люди, было необходимо.

- Кто может рассказать мне об этом поселении?

- Я, - ответил староста деревни. – Меня зовут Ян Крайден, я бывший староста Гайдары.

- Гайдары?! – услышав название своего поместья, Стефан подошёл ближе.

- Да, я помню вас, господин, совсем молодым, - низко поклонился мужчина.

- И я помню тебя, Крайден, - узнавая его, согласился Стефан. – Как ты оказался здесь?

- Пять лет назад вы привезли в поместье женщину – Мину. В ваше отсутствие Мина начала делать из Дубков бандитское гнездо. Я возмутился и пригрозил рассказать вам. Тогда они вместе с Талицей скрутили меня магией и забросили вглубь Пустоши. А там только одна дорога, вернее, направление – сюда в Последний Оазис, так называется наша деревня.

- Почему сюда?

- Потому что сюда ведёт зов. Он не слышен ушами, но слышен самим организмом. И всё живое из пустых земель идёт сюда.

- А откуда этот зов? – Огнен стремился докопаться до истины.

- Я думаю, от этого дерева эльфов, - Ян махнул рукой немного в сторону. – Этих деревьев нет уже даже на нашем континенте, а это осталось каким-то чудом.

- Интересно…

Стефан, несмотря на ранение, подошёл к дереву и положил на него руку. Оно вибрировало, и этим призывало своих родичей. Но уже тысячелетие, как минимум, ни одного эльфа не было на землях людей.

Катарина, видя, с каким трудом сдерживает Стефан свои страдания, позвала его:

- Эй, парень, ты ранен? Давай посмотрю!

- Я Стефан, ты не помнишь меня, Катарина?

- Нет, прости, но посмотреть твою рану я могу и без этого.

Стефан улыбнулся и без опасений показал ей свою руку. Рана была от ядовитого ожога. Но поскольку природной магии в этом месте почти не было, то лечить её можно было лишь зельями. Это долго, поэтому Катарина сразу призналась.

- Я могу почистить и обработать правильно твои раны, но вывести яд и залечить быстро можно только в большом мире. Потерпишь?

- Конечно, тем более, что ждать недолго. У нас есть портал, и мы уйдём отсюда не пешком, - рассмеялся Стефан.

Пока Катарина обрабатывала раны Стефана. Огнен разговаривал с жителями деревни, которые вслед за старостой вышли за стены поселения. Он узнал то же самое, что и от Яна. Все пришли в это место на зов. А уйти из оазиса было невозможно. Очень далёкий путь назад без магии, воды и еды вряд ли бы кто вынес. Нет, находились смельчаки, которые рисковали жизнью ради возвращения. Но больше о них никто не слышал, ни здесь, ни в большом мире.

- Отец, мы закончили! – позвал Огнена Стефан. – Забираем половину отряда, Катарину и возвращаемся в Пустошь!

- А местные? – обеспокоилась ведьма, которая уже привыкла к людям и считала их чуть ли не родственниками.

- Здесь останется половина нашего отряда для порядка и помощи, - успокоил Огнен. – А после возвращения мы вышлем сюда любую помощь. Кто хочет, сможет остаться. А кто захочет – сможет вернуться в мир. Поторопись, Кати, собери свои вещи, которые хочешь забрать. Мы будем ждать тебя! Портал у нас один и надо забрать всех сразу. Мы сами здесь портал не откроем – нет магии.

- Хорошо, - не стала спорить ведьма. – Я быстро!

Она, может, и не вспомнила о себе ничего, но Огнену верила и надеялась, что дракон не сделает ничего плохого ни ей, ни людям деревни. Где-то в подсознании у неё чётко отложилось, что драконы – это закон и порядок. Так что Катарина взяла лишь свои скудные вещички, оставив местным все, сделанные ею зелья, и поспешила за деревню.

Её уже ждали. Огнен притянул Катарину к себе и открыл портал. История изолированной деревушки на краю Мёртвых земель подошла на этом к концу. Никто не сомневался, что теперь жизнь её обитателей изменится.

***

Магические щиты, которыми Огнен разделил Брестлаву и Латию ослабили политическое напряжение между ними. Алексе уже не надо было беспокоиться о шпионах и о защите границы. Высвободились ресурсы для наведения порядка в стране и особенно во дворце.

После того, как Тамара нашла в его спальне заговорённую куклу и сожгла её, Алекса стал чувствовать себя значительно лучше. Исчезли головные боли, тревожность, сомнения, внезапные взрывы истеричности. Вернулся интерес к государственным делам, которые он уже переносил без раздражения. Именно в это время он тесно сдружился с архимагом и ведьмой, потому что все втроем они буквально жили во дворце, освобождая его от магической грязи.

И всё чаще рядом с ними во дворце стала появляться верховная ведьма – Тияна. Вначале под предлогом помощи Тамаре, затем под предлогом контроля, а затем без всякого повода – просто так.

Тамара первая и заметила зарождающуюся взаимную симпатию между королём и верховной ведьмой. Но с кем посоветоваться? Оказалось, что ближе мужа у неё никого и нет. Тем более, что они с мужем тоже стали постепенно сближаться.

- Боремир, а между королём и ведьмой возможен брак? – как-то спросила она.

- А конкретно? – сразу просёк проблему архимаг.

- Конкретно между королём и верховной ведьмой Тияной.

- Вполне, - не задумываясь ответил маг. – Тияна из высшей аристократии. Её отец – граф Дробер. Другое дело, что род Дробер никогда не стоял близко к трону и его возвышение не понравится старой аристократии.

- Господи! – закатила глаза Тома, которую бесили такие отговорки. – Лишь бы они друг другу подходили!

- К сожалению, дорогая, в мире магии всё имеет значение. Например, мы с тобой по магии очень подходим друг другу, а живём до сих пор раздельно, - деланно вздохнул Боремир. – Даже не знаю, как быть.

- Я…, - Тамара густо покраснела. – У нас другие обстоятельства! – выпалила она.

- Ну, да… как же я забыл, - подначил архимаг.

Тома и сама уже жалела, что в самом начале настояла на раздельном проживании. Оказалось, что это не совсем удачно. Но не брать же свои слова обратно. И вообще, сейчас ей хотелось, чтобы муж был более напористым, более настойчивым, более приставучим, созналась она сама себе. А Боремир как раз наоборот, перестал приглашать её к себе, перестал назначать встречи, перестал приходить к ней на ужины. В общем, перестал обращать на неё внимание! Р-рр! Но, странно, что цветы и небольшие подарки продолжал присылать ежедневно.

В то же время, Димирен сильно привязался к отцу. Пропадал у него целыми днями. Родственники приняли его, в отличие от Тамары. Мальчишка купался во внимании тётушек, разной степени родства, бабушек, дядюшек. И теперь Тамара опасалась, что Мир от неё отвыкнет и уйдёт к отцу.

Была ещё одна проблема, которая мешала Тамаре сблизиться с мужем. Они оба служили во дворце, и часто пересекались в его коридорах. Вокруг Боремира при этом постоянно порхало облачко из воздушно-утончённых дам. Все они знали, что Боремир женат, и жена его – ведьма. Однако никого этот факт не останавливал. Слава богу, пока Боремир не обращал внимания на этот разноцветный табунок, но … пока. А что дальше будет?

Тамара не знала, что Боремир прекрасно видит её метания, переживания и обиды, и тоже ждёт момента изменить их статус кво. Он не хотел наседать, не хотел давить, потому что уже попробовал и не получилось. Теперь хотел, чтобы Тамара сама пришла к нему, сама вспомнила и поняла, что она жена мага! Действующая, а не фиктивная! И дождался.

К Тамаре в особняк заявился принц Ирвин и почти ультимативно потребовал руки Мии.

- Чего?! – возмущённо отреагировала Тома.

- Повторяю! Я объявляю ведьму Мию своей невестой и требую её руки у опекуна. То есть у вас, ведьма Тамара.

Тома в шоке хотела послать этого засранца подальше, но… дипломатия, чёрт её побери! Она медленно втянула в себя воздух, сдерживая гнев. Медленно выдохнула, считая до десяти.

- Уважаемый принц, а по-человечески это нельзя было сделать? Чего это вы влетели как на метле? Вы знаете, что Мие только одиннадцать лет?

- Да! Но у Мии уже упала первая кровь, значит, она может стать не только невестой, но и женой. Я же прошу пока только помолвку, до её совершеннолетия. Просто вынужден был торопиться. Только что в королевских известиях появилась информация, что Мия – дева из пророчества!

- Чего?! – зациклило Тому.

- Об этом сообщил оракул, а его слова не подлежат сомнению. И я знаю, что Лукас и мой отец – Зорян сейчас будут набирать целую делегацию из женихов для Мии. Я хочу стать первым!

- Охренеть! – всё же вырвалось у Томы, и тут она вспомнила о муже. Вот кто защитит их с Мией!

Отправляя мужу вестника, она молилась, чтобы у него сейчас не было важных дел. И с облегчением выдохнула, когда через пару мгновений на пороге зала приёмов в их особняке появился муж.

- Что случилось. Тами?!

- Ирвин хочет Мию, - указала Тома на внезапного ухажёра.

- Чего?! – так же, как она сама, воскликнул Боремир.

- В смысле, просит её руки, - поправила себя Тома.

- А-а, - выдохнул архимаг, и убрал невольно вызванное боевое заклинание. – Без Мии этот вопрос решать нельзя.

Но девочка уже и так стояла перед дверью, не решаясь войти самостоятельно. Конечно, рёв Ирвина о срочной помолвке был слышен по всему особняку.

- Мия, - Тамара по-матерински обняла девочку. – Я хочу, чтобы ты сама ответила принцу.

- Я скажу, да, мама Тома. Я тоже читала дневник Берты. Ты его на столе оставила, и он мне открылся. Я знаю про пророчество и… почему бы не попробовать? Может, это мы и есть? Он мне нравится, - тихо шепнула юная ведьмочка на ухо приёмной матери.

- Ну, тогда вопросов нет. Я согласна! – торжественно произнесла Тома.

Тем более, что по ауре принца Тома увидела, как Мия нравится ему. Понятно, что ещё как миленькая девочка, подросток. Но разве не из этого иногда вырастает большое чувство? Пусть попробуют, решила Тома.

Когда принц и Мия вышли из комнаты, Боремир повернулся к жене и крепко её обнял.

- А когда ты перестанешь бегать от меня, родная? Ты вроде рядом, но не со мной, близко и одновременно далеко. Может, хватит уже испытывать нас обоих? Я люблю тебя, моя неожиданная жена, моя маленькая вредная ведьмочка. Ты мать моего сына, мать нашей удивительной дочери Мии. Давай уже станем настоящей семьёй. Настоящими мужем и женой… Очень хочу тебя… просто горю ожиданием… Тами!

- Я… я согласна, Боремир…

Едва успев это сказать, Тома утонула в горячем жадном долгожданном поцелуе. «Наконец-то», мелькнула ехидная мыслишка.

Тами… Тами…, - шептал Боремир, осыпая её поцелуями

- Бореми-ир, - тянула в ответ Тамара, понимая, что нашла и дождалась своего счастья.