Глава 31

— Ты же знаешь, что и у нас умирают по-настоящему, — с грустью в голосе произнёс Секстон. — И не всегда даже любовь может спасти.

— Настоящая сможет, — с непоколебимой уверенностью ответила девушка, глядя в ночную тьму, разбавленную мерцающим светом звёзд из-за широкого окна. Удивительные белоснежные облака медленно двигались по чёрно-синему небу, а осколок луны создавал серебристо-жёлтые тени. — Если она искренняя, идущая от самого сердца.

— Я говорю тебе правду, — он развернулся и опёрся локтем в матрас, опустив подбородок на ладонь. — Я… совершал ужасные поступки. Никогда не был по-настоящему хорошим, хотя и не делал зла просто так, забавы ради. И никогда не хотел никого защищать так, как тебя. И я не отдам тебя этому придурку-принцу!

Аня фыркнула.

— Так-так, значит, ты хотел доказать в первую очередь самому себе, что я — принадлежу только тебе? — с улыбкой спросила она.

Ей так нравилось смотреть в его зелёные глаза, которые в ночи казались глазами дикого зверя. Но Сеня смотрел на неё нежным, влюблённым взглядом, и она ничуть его не боялась.

По крайней мере, в этот момент, пока сомнения не развеяли дымку страстного дурмана.

— Я просто хотел тебя, желал с первого же взгляда, — с нежной улыбкой признался Сеня. — Ты была такой прекрасной… И голой.

— Да ну тебя! Я же не специально стриптиз устроила, — пихнула его головой Аня, усмехаясь. — Это ты у нас извращенец, любящий подглядывать!

— Я готов подглядывать за тобой вечно, — отозвался Сеня уже сонно. — Спокойной ночи, милая.

— Ага, споки, — девушка закрыла глаза, прижимаясь к его стройному, сильному телу, постепенно погружаясь в приятное расслабление, готовясь слиться душой с ночью, манящей золотой дорожкой на небо.

Постепенно засыпая, она думала о том, что теперь-то точно не отпустит его! И сама не уйдёт. Отчего-то вспомнилась фраза одной знакомой: "Знаешь, породистых кобелей разбирают щенками!"

Да, она понимала, что Секстон забрал её с собой, возможно, не совсем по доброте душевной. И в чём-то он действительно стрёмный тип с пугающим "холодильником" в пещере.

Но теперь, благодаря проявившемуся дару наполнять магией она из обычной курицы превратилась в курицу, несущую золотые яйца.

И уже пора было откинуть девичью застенчивость, некоторую наивность и неопытность, чтобы заполучить себе Секстона целиком: душой и телом.

Чтобы её сердце билось в такт его сердца.

Наутро её разбудил умопомрачительный запах свежезаваренного кофе.

Протерев глаза, она увидела, что парня рядом с ней уже нет и невольно улыбнулась тому, что не мытьём, так катанием, Сеня постоянно залезал в её постель. Хотя ей пришло в голову, что эта постель — его, так что ещё непонятно, кто и к кому залезал.

Внезапно ей подумалось, что парень напоминает игривого котёнка, который постоянно лезет в кровать к хозяйке, пока ей не надоест его гонять, и она не смерится с его присутствием и не выделит ему отдельную подушку.

Спустившись вниз по лестнице — это "упражнение", как считала Аня, отлично заменяло утреннюю зарядку — она быстренько залезла в наколдованное принцем специально для неё озерцо — импровизированную ванну-джакузи. Приятные пузырьки в тёплой воде принялись массировать тело, стоило ей только об этом подумать.

Возле озерца стояли гель для душа и шампунь, которые Аня притащила с собой. Секстон, насколько она знала, тоже с удовольствием ими пользовался. Впрочем, она всегда с радостью делилась с ним всем, что имела. Исключая личную зубную щётку и нижнее бельё.

Намылив тело и голову, она хорошенько окунулась в такую необычную ванну.

А когда открыла глаза, увидела Сеню, протягивающего ей шёлковый халатик — тоже наколдованный им. Или купленный на базаре?

Почти не стесняясь, Аня сначала вытерлась пушистым полотенцем, висевшим на ближайшей ветке, а потом, повесив его обратно, приняла у парня халат и надела его. Волосы он помог ей высушить заклинанием.

Она ощущала, как кровь иногда окрашивала щёки, когда она смотрела на него, но Сеня поглядывал на неё с таким восторгом и страстью, с такой глубокой, щемящей нежностью, что Аня окончательно перестала смущаться.

На душе стало легко, и девушка улыбнулась ему.

— Я приготовил кофе, — почесав в затылке, произнёс он. — Подоил нашу корову и сделал сыр, творог и йогурт. Накрыл на стол. Остатки положил в погреб.

— А где будем завтракать? — она огляделась по сторонам.

— Я накрыл на террасе.

— Ох, опять надо наверх лезть.

— Я тебя отнесу! — и Сеня с охотой подхватил её на руки и вместе с ней полетел на террасу их уютного домика.

— Ты это специально, — закатила она глаза. — Чтобы меня очередной раз потискать.

— Ну, ты же не умеешь летать, — развёл он руками с дурашливой улыбкой.

Аня подошла к столику, застеленному белоснежной скатертью. Конечно, прекрасный принц не превратился вдруг в умелого официанта или шеф-повара экстра-класса, но очень сильно старался устроить ей романтический завтрак.

В небольшой глиняной вазе красовался букетик полевых цветов оттенка её глаз, в глиняной посуде на столе она обнаружила и сыр, и сливки, и немного творога. Также на столе стояла плошка с мёдом и баночка с клубничным вареньем. А ещё красовался каравай, уже порезанный на толстые куски. И обещанный кофе, разлитый по двум чашкам.

Аня уселась на стул и притянула к себе чашечку с кофе, вдохнув божественный аромат.

— Спасибо, — улыбнулась ему Аня.

— Я кофе взял из твоих запасов, — признался Сеня. — Увы, у нас его не делают. Точнее, делают, но так как кофейные зёрна выращивают в южных королевствах, которые от нас очень далеко, через океан, то и закупают их обычно королевские семьи.

— Я помню, что покупать кофе обычным людям запрещено, — задумчиво произнесла Аня, отпивая глоток. Она добавила в творог немного мёда и варенья и накинулась на него с жадностью. Впрочем, стараясь не чавкать и есть аккуратно. — Придворные могут пить кофе тогда, когда им его преподнесут с королевского стола в качестве награды или знака уважения.

— Я мог бы его купить, контрабандные товары всегда были и будут, но не хотел привлекать к нам лишнее внимание, — пожал плечами принц. — Хотя тот идиот его к нам всё-таки привлёк, — недобро оскалился парень.

— Я бы спросила, кто его назначил принцем, но, увы, ими рождаются, а не становятся. Если, конечно, он на самом деле принц, — пожала плечами Аня. Настроение у неё было благодушное, и злиться на вчерашнего идиота ей просто не хотелось.

— Мог быть и самозванцем, — пожал плечами Секстон. — Увы, когда рождается принц или принцесса, им специальные опознавательные татуировки не ставят. А жаль. Поэтому в нашем мире столько случаев подмены принцессы на служанку, и всякого подобного бреда. Но обычно всё заканчивается хорошо. Поэтому крестьяне, вынужденные покинуть свои земли, или те, кому идти просто некуда, и не бунтуют. И ждут, что принцесса вернётся и свергнет злобную королеву. И, будь это настоящий принц или самозванец, конечно, он в беглой принцессе заинтересован. Или же его могла подкупить твоя мачеха, чтобы завладеть твоим домом. В смысле, чтобы тебя приняли за сбежавшую принцессу и казнили. Хотя это уже бред, — он покачал головой. — Жить в пустующей деревне — это верное самоубийство. Тем более, что дороги за пределами столицы сейчас опасны. Много мародёров. И нечисть кишит, которую злая королева выгнала за пределы только столицы, а не всего царства. Так что скоро стражникам и прочим солдатам из войска злой королевы придётся доить друг друга, так как крестьяне вместе с коровами закончатся!