Глава 68

Прошло несколько дней. Доминик Винтергарден еще не вернулся. Зато приехал наместник от короля – присматривать за поместьем. Те крестьяне, о которых мне говорил муж, были арендаторами семьи Милтонов уже много лет, поколение за поколением. Кто-то нужен был, чтобы заниматься их нуждами, а Мередит Глау явно не слишком-то придавала этому значение. Похоже, в ее картине мира этих простых людей вообще не существовало.

Наместника звали Джереми Роксфорд. Это оказался довольно энергичный человек лет сорока. Его смуглая кожа выдавала привычку проводить много времени на свежем воздухе, а легкий акцент намекал на то, что этот человек был не уроженцем столицы.

Они с леди и лордом Глау сразу не нашли общего языка, но те никак не могли пойти против королевской воли, так что со скрипом все-таки смирились с неизбежными переменами. Мне же наместник понравился. Показалось, что он не из тех лукавых людей, которые говорят недомолвками, скорее наоборот – он, не церемонясь, выдавал все, что думал.

А еще Роксфорд весьма дружелюбно вел себя с девочками, и это мне тоже пришлось по душе.

– Вы женаты? – осведомилась я у него, когда однажды столкнулась с ним в саду. – Здесь много места. Вы могли бы и жену привезти сюда.

– Нет у меня ни жены, ни невесты, леди! Будь вы свободны, я бы, конечно, мимо не прошел, но вас уже перехватил лорд Винтергарден! Повезло ему!

– Да полно вам! – рассмеялась я. – Это мне повезло. Вы не в курсе, когда он собирается вернуться?

– Чего не знаю, того не знаю, леди. Простите, что огорчил. Уже соскучились по супругу?

– Дело не только в этом. Просто мне… как-то тревожно. Надеюсь, и с ним, и с нами в его отсутствие все будет в порядке.

– Я позабочусь о вас и его племянницах, леди. Теперь в доме есть мужчина, настоящий, не то, что этот худосочный Реджинальд Глау, и никакие разбойники сюда не сунутся! Вы ведь этого боитесь, верно?

В ответ я лишь пожала плечами. Я сама не понимала, из-за чего беспокоилась. Ведь, казалось бы, все только начало налаживаться. Я узнала, что Доминик тоже любит меня, и он нарисовал передо мной картину нашей будущей счастливой жизни в его столичном доме. Аланна и Кэйти этому тоже обрадовались.

Все ведь должно стать хорошо, правда?

Но на душе было по-прежнему неспокойно.

Я возвращалась с прогулки – сегодня девочки из-за прохладной погоды со мной не пошли. Уже было свернула к дому, когда меня окликнули. Я обернулась и увидела знакомое лицо.

– Миз Смит! – удивилась я, узнав бывшую экономку. Ту самую, которую в особняке называли грымзой. – Вы что-то хотели?

– Я слышала, в поместье прибыл наместник, это правда?

– Ну да, – кивнула я.

– Миз… то есть, простите, леди Винтергарден… – извиняющимся тоном проговорила женщина, которая выглядела сейчас совсем не такой сердитой и властной, как в прежние времена. – Выслушайте меня, умоляю… Вы вышли замуж за высокого лорда, теперь ваше слово имеет вес. Если вы об этом скажете, к вам прислушаются. Пожалуйста, поговорите с этим господином наместником, пусть он примет меня обратно на работу в особняк Милтонов хоть простой горничной, очень вас прошу!

– Но… зачем вам это нужно? Вы, кажется, вполне неплохо устроились в доме Уэстонов, – заметила я. – Или они мало вам платят?

– Нет! Дело не в деньгах, я согласна и на меньшее. Сначала мне тоже так казалось, что все хорошо и новая работа послана мне самой судьбой. Но эта женщина в том доме… Я боюсь ее.

– Какая женщина? – не поняла я. Вроде бы несостоявшаяся невеста Доминика, которую ему сватала сестра, еще слишком молода для того, чтобы называть ее так. – Целестина?

– Нет! Ее мать. Вернее, мачеха, но молодая леди зовет ее матерью.

– А разве…

Не припомню, чтобы об этом когда-либо говорили, но мне казалось, что лорд Уэстон вдовец. Он ведь всегда и везде приходил один либо с дочерью. И, когда я была у них дома, ни про какую супругу этого человека даже не слышала.

– Она чем-то больна. И нуждается в тишине и покое. Поэтому никуда не выходит.

– И что же в ней такого страшного? – все еще не понимала я. Выходит, лорду Уэстону и его дочери можно только посочувствовать – тяжело, когда близкий человек болен так сильно, что даже не может покидать дом. – Ее болезнь заразна?

– Нет, ничего такого, просто… Мне кажется, она безумна. Этот ее взгляд… от него просто мороз по коже, леди… Я готова и вовсе бесплатно работать, вовсе без жалованья, лишь за стол и кров, только бы уйти оттуда. Вы ведь поговорите с наместником?

– Хорошо, – ответила я, пожалев эту некрасивую одинокую миз, оставшуюся старой девой из-за верности хозяйке, которой уже не стало. – Но пообещайте, что не будете больше настолько строги и суровы с другими слугами. Им не нравится… такое ваше поведение.

– Да уж понятно, что они меня не выносят. Грымзой называли, да? Зато какой в доме порядок был, все блестело, не то что сейчас, пока меня нет! Зуб даю, расслабились они там все без меня! Разленились!

– Кстати, о порядке! – осенила меня вдруг внезапная мысль. Странно, что я раньше не догадалась задать этот вопрос тем, кто работает в особняке и досконально знает каждый его уголок. – Вам не попадалась где-нибудь… потайная дверь?