Глава Одиннадцатая. Последний реванш
Лилит
Едва прикрыла за собой дверь квартиры, как силы покинули меня. Присев на холодный линолеум, не могла поверить в происходящее. Он, ВАМПИР, и на службе у ИНКВИЗИТОРОВ! Как такое может быть? Мой истинный, который приехал убить меня. От руки отлетел темной дымкой Вася. Нет ни сарказма, ни насмешек, только жалость, которую я не приемлю.
- Не стоит так на меня смотреть, — предупредила холодным тоном.
- И не думал даже, — пошлепал он маленькими ножками в комнату. - Выпить хочешь?
- А что, еще есть что? - усмехнулась; в комнате что-то зашуршало, неужто спрятал?
- А как же! - появился дракоша с самой настоящей бутылкой темного эля. - Давай, — взяла в руки. Открыв крышку, сделала большой глоток прямо из горла. Теплая, горькая жидкость разлилась по горлу, вызывая неприятный привкус. - Теплая, — скривилась от вкуса.
- Но не в холодильнике же мне от тебя прятать, — возмутился Вася.
- А я, типа, выпью? - рассердилась, нашел алкоголика!
- Не, - протянул дракоша, разваливаясь рядом на полу, делая глоток эля. - Не купишь пивасика.
- Тебя скоро от алкоголизма лечить надо будет.
- Боюсь, это врача надо будет лечить, если ты со мной к нему явишься, — и он захихикал сам же над своей шуткой. Но мне не до шуток, нужно решать... А что решать? Как быть? Что делать? Выход вижу один - заказать документы, пока меня не разоблачили, и бежать. Умом понимаю, что лучше так и поступить, но вот сердцем... Мои коллеги, к которым я привязалась душой, Инга, мои девочки-пациенты, а ведь многим я обещала принять их детей. Как поступить? Присела на краешек кресла возле ноутбука и, словно под гипнозом, не могла оторвать от него взгляд. Сердце кровоточит от принятого решения, совесть молчит и где-то в сторонке молча плачет. Включив ноутбук, написала письмо: новое имя, фамилию и лишь оставила прежнюю профессию, надеюсь, перед судьбой искуплю за обман моих девочек. Через минуту пришел ответ - день и время, когда и где могу забрать документы.
- И куда едем теперь? - присел рядом Вася, в его голосе не было энтузиазма и радости.
- Тоже не хочешь уезжать? - вместо ответа поинтересовалась у него.
- Да, как я теперь буду без стройных ног Инги жить, да и город мне нравится. А может, ну это все, и поехали домой, к бабульке? - внес предложение друг.
- Нет, Англия, там много существ проживает, но и совершенно другая иерархия — произнесла в ответ. Меня волновал один немаловажный вопрос: ”Что это за клеймо на плече у Эннио?”.
- Пойду, ужин приготовлю, ты у меня, бедняжка, столько времени не ел, — сменила тему, поднимаясь с пола и направляясь на кухню. Поставила на плиту кипятиться воду, достала хинкали.
Не хочу говорить об предстоящем отъезде, лучше отвлечься и забыться на время, но главное, не пересекаться с инквизитором и вампиром, сложнее, конечно, со вторым. Я хотела его видеть, желала чувствовать, мечтала быть рядом с ним. Вспомнив наш последний и единственный жаркий поцелуй. Он будоражил, дотронулась пальцами к губам. Будто бы ждала, что ощущения снова вернутся. Приятные, теплые и до безумия вожделенные.
Приготовив ужин для Василия, украсила укропом и сметанкой, ужинать самой нет желания. Спать, спать, и забыться крепким сном. Воскресенье провела в кровати, изредка поглядывая на телефон, в ожидании звонка или сообщения. Уверена, что он у него есть. Я же сама себя извожу в мучениях и сомнениях, душа разрывается, а в голове - плотный непроглядный туман. Стоит прикрыть глаза и перед внутренним взором стоит он: взлохмаченные темные волосы, наблюдательные темные глаза, легкая блуждающая улыбка на лице.
Не выспавшаяся и разбитая собираюсь на работу, Вася меня не трогает, молча перемещается ко мне на руку. Не спешным шагом прихожу на работу. В регистратуре узнаю, что Светланы еще нет, забираю карточки. И все это делаю на автомате, будто я нахожусь в вакууме. Чувства словно заморожены, наступил некий тайм-аут, несколько раз я ловлю себя на том, что поглядываю по сторонам или смотрю на темный экран телефона.
Возле кабинета ожидают мои девочки, которых в скором времени я больше не увижу, и это отзывается новой болью в груди. Я к ним ко всем привязалась и настолько привыкла, тяжело расставаться и предавать. А именно клятвопреступником я себя и ощущаю - мои девочки, они доверились и поверили мне. И только принимая будущих мам, немного оживилась.
Я и сама мечтала, что в один день встречу его - Истинного, вспыхнет огонь притяжения, у нас родится доченька или сын. А судьба преподнесла такой неожиданный сюрприз.
- Лиличка Самаэловна, это я, — послышался поникший голос Светланы. - Что произошло? - поинтересовалась, не отвлекаясь от пациентки. - Все хорошо, — но мне достаточно этого, чтобы понять, что не все так гладко. - Одевайтесь, — обратилась к пациентке. - Ребенок развивается в пределах нормы. Светлана, выпиши направление на анализы, — попросила помощницу.
- Спасибо Вам, — проговорила пациентка, забирая направления.
- Попросите, пожалуйста, чтобы подождали. Мы пригласим, - попросила выходящую девушку, присев за рабочий стол. И стоило двери за ней закрыться, сразу же развернулась к Светлане:
- Я жду, — спросила, разглядывая ее чересчур бледное поникшее лицо, припухшие от слез глаза. Но вместо ответа она отвела взгляд в окно, одной рукой прикрывая живот.
- Ты беременна, — догадалась я.
- Как вы?
- Не бери в голову, — отмахнулась. - И что теперь? - меня волновало это. - Вы не станете делать мне аборт, — сама это понимая, проговорила девушка. - Не стану, — проговорила, рассматривая ее. - Отец ребенка знает?
Она молча закивала, еле сдерживая слезы. Глупая, я ж ее предупреждала! Нет, мы все куда-то спешим и на что-то надеемся. Нам застилает разум страсть, а в итоге - у разбитого корыта и аборт.
- Я заплачу тебе, но ты выносишь ребенка и отдашь мне, — произнесла свое решение. “Ой, дура”, — разнесся в голове голос Васи и одновременно с ним прозвучал вполне ожидаемый вопрос:
- Зачем это вам?
Что сказать? Истинный под большим вопросом, а так хоть спасу одну маленькую жизнь.
- Знаешь, Свет, есть одна гипотеза, что душа ребенка выбирает маму задолго до зачатия и за девять месяцев до этого момента вселяется в нее. Некоторые женщины утверждают, что ощущали это, они в этот период очень сильно меняются. Так вот, я тоже в это верю и убить живую душу не могу. И я хочу предложить тебе сделку, — вглядываюсь в удивленные глаза помощницы.
- Какую? - едва прошептала она.
- Я тебе плачу, ты будешь обеспечена всем необходимым. На некоторое время мне придется уехать в Америку, — я специально обманула. - Ежемесячно на твой счет будет поступать хорошая сумма денег, но ты родишь этого ребенка. Если, конечно, вдруг в тебе пробудится материнский инстинкт, оставишь себе и деньги, и ребенка. Если же нет, я его забираю.
- Но в чем ваша выгода?
- Пока ее нет, — ответила ей. - Но ты не думай, что все просто так: мы с тобой заключим договор. Это на случай, если ты откажешься от ребенка в больнице, и его определят в дом малютки. При этом варианте ты вернешь мне все деньги с процентами. И поверь они будут немалые. Ну так как?
- Все равно не пойму, — проговорила девушка, присаживаясь на стул.
- А здесь нечего понимать, хочу попробовать спасти хоть одну жизнь. А возможно, и ты передумаешь, — с надеждой взглянула на Светлану.
- Не передумаю, не желаю иметь ребенка от ублюдка, я ж его потом всю жизнь буду ненавидеть.
- Многие как-то живут, тем более, это не его ребенок, а твой.
- Не хочу быть матерью-одиночкой, — с презрением выплюнула она, словно это оскорбление или клеймо.
- Пожалуй, у нас тобой к ним разное отношение, — проговорила с грустью. - Не то чтобы я пропагандировала, нет. Но у этих женщин хватает смелости и стойкости воспитывать самим детей, зарабатывать деньги, уверенно смотреть в следующий день и, главное, любить дитя от предавшего ее мужчины. Тяжело, но они живут и знают, ради кого.
- Вы правы, — приглушенно прошептала Света.
- Так как? Ты согласна? - больше говорить не о чем, единственная надежда, что она передумает.
- Согласна. А сколько будете перечислять? - ее выдавал алчный блеск глаз. - Восемьдесят тысяч в месяц, — проговорила, наблюдая за реакцией девушки. И она не заставила себя долго ждать. Светлана уже предвкушала, как будет тратить деньги. А ведь я предложила эту сумму с тем, чтобы, если она передумает, она могла отложить на будущее. - Но ты обязана хорошо питаться, — предупредила ее. А я попрошу Ингу, чтобы присмотрела за ней. Умудрилась же она ее с этим познакомить, вот пусть теперь искупает свою вину.
- Хорошо, — согласилась помощница после нескольких минут раздумий.
- Тогда сразу же после работы отправимся к нотариусу, — ответила я. Судя по ее лицу, Света повеселела, что так хорошо все разрешилось. Остается надежда, что она все же передумает.
- Приглашай, — отвлекла ее от радостных раздумий. Кажется, подсчитывая денежку, она уже и о работе позабыла.
Прием пролетел незаметно, я все же еще была в раздумьях над вопросом: когда мне рассчитываться, не хотела покидать полюбившуюся мне работу. Но знала, чем дольше я оттягиваю, тем сложнее будет потом. Потому, не оттягивая в долгий ящик, пока Светлана относит карточки в регистратуру, направилась к заведующей. Отмазку я придумала: тяжело заболела единственная родственница, в Америке, и мне срочно нужно ехать ее досматривать. Не скажу, что разговор мне дался легко, но больная родственница имела эффект, и мне подписали заявление. Это же я рассказала и Светлане, чтобы не подвергать жизнь ее и ребенка опасности, пообещав к нужному числу приехать. А пока же она станет на учет к Инге. Надеюсь, что этому сроку я решу все свои проблемы. Возвращаюсь от нотариуса, внутри такая уверенность, что я сделала все верно. На удивление Вася молчал с самой больницы, лишь изредка тяжко вздыхал и охал.
- Лили, — окликнул меня знакомый голос, от которого мурашки побежали по телу, а сердце, думала, сейчас убежит вскачь.
- Эннио? - проговорила, с трудом сдерживая порыв броситься к нему на шею. Он стоял в темном костюме около черного джипа рядом с моим подъездом, в руках держал букет с черными лилиями.
“Вот дура, так радоваться своему убийце”, — но ничего поделать с этим не могла. - Я соскучился. Прости, что не звонил, работы много, — от его фразы хотелось и плакать, и смеяться. “Работа! Убийство существ, заносить за инквизиторами, этими фанатиками!”
- Спасибо, — ровно произнесла, принимая букет.
-В кафе?
- А начальство не хватится? - усмехнулась.
- Нет, — только и ответил он.
- Пошли, — словно мазохистка, растягивала удовольствие. Нет бы бежать от него. И как можно дальше. Нет, я иду в кафе, идиотка. - С условием, что без снотворного, — сказала, вдыхая сладкий запах цветов. “А можно без кокетства”, — взмолился Василий. – “А чего это ты решил вдруг голос подать?” - “Идею с ребенком я более-менее понял. НО идти с убийцей в кафе… Ты в своем уме?” - “Не забывай, он еще и мой истинный”, — с тоской ответила дракону. –“ Оптимистично звучит, есть надежда, что оставит живой”, — вздохнул Василий. – “Но ты ж меня не выдашь?” - “Да куда я денусь, я на тебе. Но знай, я против этой идеи! И нам как можно быстрее нужно уезжать”.
- Ты такая же, как и эти лилии, сладкая и резкая, ты словно наркотик, — проговорил Эннио, подавая руку и помогая присесть.
- Так уж и наркотик? - усмехнулась в ответ.
- Да, ты моя услада, — ответил вампир.
- Как начальство довольно работой? - сменила тему разговора. Комплименты - это хорошо, а вот знать, хотя бы приблизительно, чего ожидать, стоит всегда.
- Не очень, — косвенно ответил он.
“Значит, поиски продолжаются”, — заключил Вася.
- Что-то серьезное? - продолжала распытывать я.
- Я бы так не сказал. А у тебя как дела на работе?
- Тоже все хорошо, — и вновь решила сменить тему. - Все хотела узнать, от куда ты так хорошо знаешь язык?
- Учил, — с улыбкой ответил Эннио. - Еще долгое время путешествовал.
Мне наше общение напоминает хождение по лезвию ножа - он боится мне довериться, да и я не спешу откровенничать. Но каждый вопрос и ответ, словно ключик к истине.
Мы подъехали к маленькому уютному кафе, которое находится недалеко от моего дома. По-хорошему, к нему можно было бы и пройти, но Эннио, видимо, из тех людей, кто «в булочную на такси ездит». В светлом помещении за маленькими уютными столиками сидело несколько пар, на белых скатертях стояли фиолетовые фиалки в коричневых плетеных корзинках. В этот раз заказала себе апельсиновый сок: в него сложно что-то добавить, да и изменившийся вкус моментально почувствовался бы. Присев за столик, я пыталась запечатлеть его образ в своей памяти, совсем скоро я уеду. Жадно вглядывалась, как в уголках его глаз собираются морщинки, как дергаются кончики его губ, когда он сдерживает улыбку. Как он наклонил слегка голову, наблюдая за мной, берет белоснежную чашку с кофе, делая небольшой глоток.
- Эннио, вот ты где. Представь, пожалуйста, свою спутницу, — от разнесшегося над нами ледяного голоса мужчины я вздрогнула, у меня, кажется, даже похолодели руки.