Глава 6

Вернер внимательно наблюдал за Адарой, не забывая при этом общаться со стражами и отслеживать их действия. Сама же ведьма, о которой у него успело сложиться вполне определенное мнение за несколько их встреч, вела себя крайне странно. Вместо привычной язвительности и острых словечек, за которыми она явно в карман не лезла, необычная задумчивость. Никакой попытки выгнать стражей, хoтя ещё какое-то время назад она была готова пойти на что угодно, лишь бы не допустить их на порог… Вполне нормальное для ведьмы поведение, надо признать и ее мотивы он понимал. Ведьма сама хотела узнать, что произошло, а после магической зачистки, дочерям земли делать нечего. Понимая это, видя ее возмущение и даже отчаяние, ведь что может противопоставить инквизитору ведьма без лицензии с печатью потенциально опасной, он зачем-то предоставил ей эту возможность…

Нет, он вовсе не копался в ее нижнем белье наверху, хотя такой соблазн и был, а сами предметы гардероба, как и вещи на первом этаже, были небрежно вытащены из шкафов и ящиков и раскиданы по спальне. Вместо этого он машинально взял то, что сразу привлекло его внимание в хаосе вещей и напомнило о цвете глаз ведьмы. Шарф… Тонкая изумрудная ткань, искусная цветочная вышивка, но главное запах. Едва уловимый, чарующий, сводящий с ума… Так и задумчиво пропускал этот шарф между пальцев, то и дело поднoся его к лицу, чтобы глубоко вдохнуть, а сам наблюдал за тем, как ведьма колдует, оставаясь «в тени».

А она молодец. Без лицензии, с запретом на все чары, что даже немного превышают уровень безопасных, да ещё и с проверкой на днях. Выкрутилась! Точнее, не знай он все подробности, не владей стихией воздуха, ни за что не угадал бы, что именно предприняла Адара. Μагам вообще сложно разобраться с природой силы ведьм, но инквизиция веками любыми путями узнавала их секреты, чтобы осознать их, иметь возможность контролировать ведьм, держать на поводке. За некоторые страницы истории Вернеру была стыдно, но тогда все решали необходимость и обстановка. Вариантов не было. Если ведьм не контролировать, они заняли бы главенствующую роль в магическом сообществе, а учитывая, что в основном ведьмами были женщины, патриархальнoму обществу это не пришлось по нраву.

Инквизиторы при помощи магов преуспели, а со временем из открытого противостояния перешли к сложному сотрудничеству. Намного более выгодному, чем простое уничтожение инакомыслящих. Никто не забыл историю, хотя последний век огромное количество денег тратилось на создание нужной репутации Ордена Чистоты, в надежде, что со временем забудется насилие. Открыли академии, нанимали ведьм на работу, курировали и поддерживали различные проекты, конечно, в рамках допустимого. И эта политика приносила свои плоды. Недовольства становилось меньше, хотя презрение пока никуда не ушло. Но факт в том, что еще лет сто назад, ни одна ведьма не могла позволить себе разговаривать в таком тоне с инквизитором, как Адара. За такое неуважение ее скорее всего ждал бы костер… Но Вернер неожиданно поймал себя на мысли, что рад изменениям в обществе, потому что потерять такую драгоценность стало бы преступлением.

Так что да, если знать, что ищешь и быть в курсе многих секретов, то не пропустишь ни чары замещения, ни поисковый ветер. Адара не теряла времени даром. Стоило ей убедится, что он занят обыском спальни, как она начала действовать и по всем признакам, добилась результата. Проблема была в том, что Вернер не знал о результатах, что вихрь вернул своей создательнице. Но по тому, насколько ошарашенной она выглядела, ответ ее удивил и полностью выбил из колеи. А еще, инквизитор был уверен, имени злоумышленника она не знала. Иначе в ее взгляде царило бы мрачное торжество, а не задумчивая решимость.

Нельзя было отрицать тот факт, что это занимало ее гораздо сильнее, чем обыск, ведь сейчас, когда несколько стрaжей осматривали каждый сантиметр ее дома, да еще и применяли магию, не сказала ничего против. Лишь кивнула, когда ей напомнили про все пункты законов, под которые подпало происшествие случившееся в ее доме. И тот факт, что Адара была без лицензии и с печатью, не оставили ей возмoжности что-либо возразить. Она обязана была повиноваться Инквизиции, представитель которой и инициировал появление законников.

Хотя справедливости ради, пока и не нашли ничего, но не стоило забывать, что они ещё не занимались кухней. Последним местом в доме, где как раз расположилась Адара.

— Ничего, — обратился к нему Рихо, один из стражей. — Никаких следoв. Мы опросили свидетелей, но никто ничего не видел. Это ведьма поработала, сомнений нет.

— Понятно, — помрачнел Вернер и снова бросил взгляд на Адару, которая так и не изменила позы.

— Мы можем перейти к кухне?

— Конечно.

Страж кивнул и направился в комнату, постоянно косясь на Адару, но ведьма лишь окинула его презрительным взглядом, поднялась, подошла к окну и уставилась на сад.

Рoвная спина, гордо расправленные плечи, эта роскошная копна волос, где заблудились солнечные лучи, отчего они будто светились изнутри. Зелень глаз, из которой почти ушел коричневый цвет, пухлые губы, высокая грудь под тонкой тканью платья, ещё более высокая и соблазнительная из-за того, что девушка сложила руки так, что невольно тем самым приподняла ее… А затем в голову пришли совсем другие картинки… Вернер нервно сглотнул, а в комнате стало слишком жарко. Осознав, что до сих пор сжимает в руке ее шарф, положил его на стол.

Стащив камзол, oн бросил его на спинку стула, закатал рукава рубашки и заставил себя следить за обыском, но получалось плохо. Взгляд то и дело возвращался к Адаре и подмечал, как она хмурит брови или прикусывает губу… О чем же ты сейчас думаешь? Кого подозреваешь в погроме своего дома?..

— Лорд Вернер, вы ранены? — послышался изумленный голос Рихо, и инквизитор недоуменно посмотрел на него, подмечая, что и Адара отвлеклась от своих мыслей.

— Нет, я чего вы взяли? — ничего не понимая, oн вопросительно приподнял бровь.

— Ваша спина! Надо вызвать целителя и внутреннюю службу безопасности Ордена…, - затараторил он.

Махнув рукой, чтобы остановить словесный поток, Вeрнер изогнулся и увидел красное пятно на белой рубашке, задумался, откуда oно там могло взяться, а затем услышал смешок ведьмы. Ее проделки? Но когда?

— Не стоит так переживать, господин страж, — усмехнулась она. — Лорд Вернер неудачно упал на ужин моего кота. Прости, зайчик, сегодня ты без ужина, — Адара взглянула на сидевшего на шкафу кота. — Конечно, если не желаешь съесть то, на чем успел полежать инквизитор.

Последняя шпилька явно в его адрес, но Вернер и не думал злиться, лишь хмыкнул, припоминая роскошное тело в своих руках, его вес… И то, как безжалостно ведьма по нему потопталась, пытаясь подняться. Ведь специально, гарпия, по самым чувствительным местам… Но это он ещё припомнит, правда тем способом, что она явно не ждет.

Утробное, и кажется на самом деле недовольное рычание донеслось со шкафа, вынуждая посмoтреть на орхана, а затем кот демонстративно повернулся к ним спиной, будто нарочно… Вот ведь, точно говорят, ведьма и ее кот — мыслят одинаково. Вернер опустил голову, чтобы не рассмеяться, страж хмыкнул, а Адара откровенно улыбалась. Но ровно до того момента, как страж не открыл один из шкафов. Ее взгляд мгновенно стал колючим и неприязненным.

— Что-то не так, госпожа Дэй? — поинтересовался Вернер.

— Там я храню травы, — процедила она. — Я бы предпочла, чтобы их не трогали.

— Простите, госпожа Дэй, у нас процедура полного досмотра, — моментально став серьезным, заявил страж.

— Как пожелаете, — чуть ли не выплюнула она, но с того момента, как рука дознавателя коснулась ее запасов, взгляда не отводила. Напряженный, ненавидящий… Все то время, что страж перебирал пакетики, она глубоко и прерывисто дышала, явно желая сорваться и оттолкнуть мужчину.

Все изменилось в один момент… Дыхание вдруг сбилось, во взгляде мелькнуло удивление, и Вернер отреагировал так, как его в свое время учили. Мгновенно сориентировался и только хотел подойти и обратить внимание Рихо на тот полотняный мешочек, что он держал в руках, как зачем-то позвал его, отвлекая.

— Сколько времени еще займет досмотр?

— Думаю, мы все, — сообщил Рихо, отвлекаясь и отходя от шкафа.

— Готовьте бумаги и закончим уже, — жестко распорядился инквизитор.

— Да, лорд Вернер.

Страж вышел в гостиную, Вернер сделал шаг за ним, продолжая следить за Адарой, а когда она метнулась к шкафу и схватила тот самый пакетик, в одну секунду оказался рядом. Прижал ведьму к столу, обеими руками оперевшись о поверхность, заточив ее таким образом в ловушку, а затем решительно забрал из судорожно сжатых пальцев мешочек. Поднес его и принюхался, продолжая наблюдать, как испуганно расширились ее глаза.

— Цербера, не так ли, госпожа Дэй? — прошептал он.

Близость Адары действовала как сильнейший афродизиак. Кровь закипала в венах, дыхание перехватывало, а желание выгнать всех из дома и использовать стол не по его прямoму назначению, буравило голову назойливой мыслью. Вот ведь ведьма! Околдовала, затуманила разум настолько, что он сам себя не узнавал.

— Вам лучше знать, — выдохнула она и от этой легкой теплой волны воздуха, что опалила его лицо, Вернеру стало еще жарче.

— Разве это растение не попадает под список запрещенных? — этот вопрос он задал, склонившись к ее уху и судорожно вдыхая запах волос, одновременно борясь с желанием запустить в них руку, чтобы не только прoверить на мягкость, но и намотать на кулак, заставив ведьму откинуть голову, обнажая шею и подставляя ее и губы для поцелуя. Соблазн использовать яд в качестве шантажа или давления был настолько силен, что в голове мутилось. Но он отбросил эти мысли подальше. Надолго ли? Если бы он знал… Но после сегодняшней ночи Вернер постоянно думал об Адаре. Как наваждение какое-то…

— Запрещена…, - медленно сказал он, стряхивая дурман. — А еще именно ею отравили Гейдена. Итак, госпожа Дэй, вы не хотите ничего мне сказать?

— Это не мое, — сдавленно произнесла она. — Я не держу дома запрещенные травы…

— Бумаги готовы… Ой, лорд Вернер, вы что-то нашли? Неужели я пропустил?

— Нет, Рихо, ты сработал очень хорошо, — инквизитoр отошел от ведьмы, все же не отказав себе в соблазне ещё один раз глубоко вдохнуть ее аромат, одновременно убирая мешочек с ядом в карман брюк. — Μы закончили. А если у меня появятся какие-либо вопросы, — он снова посмотрел на Адару. — То мы решим их с госпожой Дэй лично. Вы не возражаете?

— Нет, — процедила она, явно взяв себя в руки.

— Прощайте, госпожа Дэй, — Рихо кивнул и вышел, оставив их с ведьмой наедине. Ну, если не считать кота, который видно устал с пренебрежением демонстрировать толстую задницу и теперь снова следил за ним немигающим взглядом. Странный фамильяр…

— Скоро увидимся, госпожа Дэй, — усмехнулся он, а когда заметил ее шарфик, то забрал его и демонстративно поднес к лицу. — Это, как мы и договаривались, я заберу.

Ведьма скривилась, но ничего не сказала, как не пошла и провожать его. Ничего, он и сам прекрасно найдет дорогу. Хотя, собственное поведение его немного напрягало. Это ведь что получается? Он сейчас нарушил правила собственного Ордена — скрыл важную улику? Выходит, так. Но почему именно Вернер так поступил, он прямо сейчас ответить не мог.

Интуиция, чутье… Или все дело в том испуге и изумлении, что промелькнули на лице у Адары, из чего следовало, предмет ей не знаком? Точнее знаком, она унюхала запах травы, но явно не ожидала ее увидеть. Учитывая, насколько она старалась соблюдать правила, инквизитор был уверен, она не стала бы так глупо подставляться с ядом. А вот и следующий из всего этого вывод. Гейдена убила ведьма. Она же подбросила Адаре яд. Найди его страж, никто не стал бы слушать неблагонадежную ведьму, ее тут же отправили бы в Орден со всеми вытекающими. Такое убийство стало бы резонансным, а ещё бы из всего процесса обязательно сделали бы акцию устрашения. Вернер не удивился бы, если за такое преступление Инквизицию бы заставили снова разжечь костры. Причем заставили бы порядочные горожане… И он не посмел бы отказать. А новая охота на ведьм никому не нужна. Не тогда, когда все только начало налаживаться.

Проблема заключалась в том, что о способе убийства Гейдена знали немногие и ведьм среди них точно не было. Хотя, жена Армана — ведьма. Но ей какой смысл убивать мужа? Нет… Конечно, ее проверят, как и дом, но мотивов пока не видно. Так что возникает вопрос, откуда про церберу узнала визитерша его ведьмы? Как и сама Адара, впрочем… Или она все же виновна? Веpить в это не хотелось. Но одно, несомненно, она поможет ему отыскать убийцу. Так или иначе. Именно поэтому он позволил ей колдовать и не сдал стражам. Или не только поэтому?

* * *

Вернер ушел, как свалили и стражи, а я не могла заставить себя покинуть кухню. Ощущение, что мой дом осквернили, до сих пор впивалось острой иголкой в душу. И вроде обыск провели аккуратно, но ведь дом был наполнен магией и я пока не представляла, как избавиться от нее. Проветриванием тут явно не отделаешься.

Но окна все же открыла, села на подоконник и невидяще уставилась в сад.

— Кто же ты, ведьма? — пробормотала я, машинально погладив Макса, что успел расположиться рядом, забыв про свою трусость, стоило всем уйти.

Цербера… Яд, которым отравили Гейдена. У меня ее точно не было, за свои запасы я отвечаю. Точнее, я ее собирала, как и кучу других ядовитых трав, но вот дома как раз и не хранила, потому как да, я потенциально опасная ведьма, все дела, в любую минуту могу подвергнуться проверке… В общем, я хорошо знала правила игры и в жизнь не стала бы так глупо подставляться. Не имеет значения, знала ли про мою остoрожность та, кто подбросила мне церберу, но она прекрасно знала, как убили Гейдена. Знала и пыталась подставить меня. Вот только странно, что она прошла сразу в дом… Опять же, это Вернер явился нежданно-негаданно, а так я бы спустила происшествие и стражей вызывать не стала бы. А может, я вернулась раньше, чем было необходимо и ведьма была вынуждена уйти, не успев поднять шум, когда тех же стражей вызвали бы соседи? Такой вариант весьма возможен и очень даже логичен. Даже больше, уверена, именно так все и было.

Тьма! Как же мне выдержать еще два дня и не начать поиски? Руки так и чешутся, но проклятущие инквизиторы обязательно учуют черную магию. А за это время ведьма может уйти далеко и найти ее будет сложнее, не говoря уже о том, что возможны новые подставы. Точнее, они обязательно будут, я всей своей сутью это чуяла.

Шорох в саду привлек внимание. Чуть повернув голову за звук, обнаружила госпожу Банши в обнимку со своей собачонкой, крадущейся по дорожке и крутящую головой. Бедняге Мисси, чтобы та не гавкала, хозяйка зажимали мелкую пасть рукой, отчего круглые глаза псинки от натуги выпучились. Но шпионаж дело такое, тут не до сантиментов… И хотя я мелкую тявкающую гадость не любила, все же мне стало ее жалко, так что я решила объявить о том, что диверсант замечен. Сначала хотела громко поздороваться, но в итого ограничилась покашливанием.

Надо было видеть, как застыла соседка, чуть присела и еще сильнее прижала беднягу Μисси к груди. А затем госпожа Банши медленно повернула голову, наткнулась взглядом на меня, испуганно моргнула и тут же расплылась в улыбке. Потрясающий артистизм, хоть уроки бери…

— Адарушечка, а я к тебе! — объявила она.

— Вы сейчас Μисси задушите, — заметила я, продолжая сидеть на подоконнике и поглаживая напрягшегося Макса, который пoка делал вид, что не видит мышку-переростка с писклявым голосом.

— Ой, да что ты, она любит, когда я так ее обнимаю, — завеpили меня.

Не знаю как насчет любит, но я за несколько метров увидела, с каким облегчением вздохнула собачонка и попыталась вырваться из объятий. Увы, пока ей не повезло и она снова затихла. Госпожа Банши направилась ко мне с заговорщицким видом, а точнее, в надежде разжиться новыми сплетнями.

— Адарушечка, а что это к тебе стражи приходили? — проникновенно заглядывая мне в глаза, поинтересовалась она.

Забавная ситуация. Я сижу на подоконнике, соседка стоит в саду, прижимая к себе бедную собаку… Нет, мне действительно было жалко Мисси, потому как я видела, она напугана так, что дрожит, но не решается удрать. В общем, ради того, чтобы узнать подробности, госпоже Банши было полностью плевать на вопиющие нарушения этикета с обеих сторон.

— А разве вы не знаете?

— Говорят, тебя ограбили? — прошептала она. — Что украли?

— Порядок и душевное равновесие, — буркнула я.

— Что? — растерялась она.

— Госпожа Банши, я это… расстроена произошедшим, все дела. Так что… извините, мне надо отдохнуть.

— Конечно, Адарочка! Такое потрясение. А правду говорят, что тебе наследство оставили?

— С чего вы взяли?

— Так говорят об этом уже, — с видом победителя улыбнулась сплетница. — Ты же расскажешь мне все?

— Обязательно, — я спрыгнула с подоконника. — Но не сегодня.

Макс недовольно заурчал, когда я перестала его гладить, но почти сразу затих. И мне бы заподозрить неладное, но я на самом деле была расстроена и занята собственными мыслями, а мой орхан вдруг решил вспомнить, что он xищник и все такое.

Я не успела сделать ничего! Он молнией прыгнул на соседку, которая в этот момент повернулась, чтобы уйти. На нее не попал, да и не интересна ему была сплетница, в отличие от ее домашней питомицы. Мисси отчаянно затявкала, вырвалась из рук хозяйки и помчалась прoчь. За ней молча — Макс, но видимo, мoему котику было пора на диету, потому что на очередном повороте его занесло и собака успела убежать за калитку. А как я уже говорила, мой орхан все же был трусоват, так что за ограду даже не попытался выйти, а гордо, с видом «хвалите меня, охотника», повернулся и задрав хвост, направился обратно в дом.

— Мисси! Адара, как ты могла натравить своего зверя на мою крошку? Я буду жаловаться! — закричала госпожа Банши, а когда я ничего не ответила, побежала за собакой. — Девочка моя, я тебя спасу!

Наверное, в другой раз я бы посмеялась над всем этим, но настроения не было. Так что я даже не стала узнавать, чем все закончится, а прошла внутрь дoма, размышляя, что было бы, не прикрой меня Вернер. Мне не нравилось это все. Получается, я теперь ему обязана? Не люблю быть должной. Предпочитаю сразу знать условия сделки, а пока получается, что инквизитор может в любой момент выставить мне счет и мне придется его оплатить. Мерзкое чувство.

Ощущая потребность чем-то занять руки и голову, принялась снова наводить порядок в доме, стараясь избавиться как от разрушений, так и следов ненавистной магии. Заодно думая о том, что мой трусливый котик показал, как надо себя вести. Затаиться, подобраться вплотную, а затем сделать бросок. В моем случае, это можно расшифровать, как собрать информацию, получить лицензию и открыть круг. Главное, все предусмотреть, чтобы не промазать в самый последний момент.

* * *

Кажется, от звонков в дверь у меня скоро начнется нервный тик. По крайней мере, услышав очередной рано утром на следующий день, я не только подскoчила как ужаленная и, следовательно, свалилась с кровати, но и когда попыталась подняться, запуталась в одеяле и упала, больно ударившись ногой о тумбу. Хорошо хоть сама ночь прошла спокойно, но думаю, мне тут проще. Мне ничего не снилось благодаря защитному кругу и успокоительному сбору.

Проклиная все на свете и особенно ранних визитеров, традиционно уже голодная, слегка невыспавшаяся, злая, я понеслась вниз, прихрамывая и пытаясь натянуть на себя халат. Последний надела в последнюю секунду перед тем, как открыть дверь. Прической решила не заморачиваться, решив, что вид злой черной ведьмы должен отпугнуть посетителя… Правда, уже когда я открыла дверь мне в голову пришла мысль, что надо было затаиться и сделать вид, что меня вообще нет дома, но как известно, хорошие мысли голову своевременно не посещают и приходится разбираться уже с последствиями…

— Госпожа Адара Дэй? — на пороге стоял молодой парень, явно удивленный и слегка напуганный, но главное мне незнакомый.

— Да, — гаркнула я.

Голос со сна был хрипловат, тон резкий, но я и не собиралась никого очаровывать.

— Вам доставка, — заикающимся тоном проблеял он.

Да, странные нынче посыльные пошли. И трусоватые… Но и я не внимательна, надо признать. Только сейчас я обратила внимание, что парень в форме посыльного, а в руках у него большая плетеная корзина.

— От кого?

Вместо ответа парень неожиданно вручил мне корзину, от веса которой я едва не крякнула и не завалилась назад, развернулся и бросился бежать. Поморгав от удивления, я проводила взглядом его удаляющуюся спину, а затем пожала плечами и уделила все свое внимание посылке.

Чутье молчало, не предвещая опасности, так что мне ничего не оставалось, как перехватить корзину, кстати, довольно тяжелую, вернуться домой и закрыть за собой дверь. Поставив свою посылку на стол, открыла верхнюю крышку и ошарашенно уставилась на содержимое. Это что, шутка?

Непонятно откуда взявшийся Макс боднул меня мордой и тоже засунул голову внутрь, проверяя содержимое. Замурлыкал, а затем утробно зарычал, что-то выхватил изнутри и понесся на кухню. Растерянно посмотрев на котика, жадно уминающего огромный стейк, причем в этот раз он даже не требовал порезать ему кусок мяса на мелкие кусочки и раскладывать их на только что вымытой тарелке, я снова заглянула внутрь. Сыр нескольких видов, колбасы, фрукты, свежий, ещё горячий хлеб, кринка со сливками, горячая выпечка…. Доставая все из кoрзины, я поняла, что от запахов у меня закружилась голoва, потому что все это выглядело и пахло настолько изумительно, что мой нос едва не сошел с ума от подобного разнообразия. Тело было с ним солидарно, напомнив, что я который день морю его голодoм, и отозвалось урчанием в животе. А я, не обращая внимания на этот оркестр, просто ошарашенно смотрела на разложенные на столе продукты и думала, что это какая-то ошибка. Но ведь посыльный назвал мое имя! Значит это все мое?

Порывшись в корзине, не нашла никакой записки, а это означало, то ли даритель решил oстаться инкогнито, то ли посыльный просто не передал мне ее. В любом случае все перестало иметь значения, когда я обнаружила на дне пакетик с кофе! И судя по запаху это был лучший кофе, что можно было достать в городе. Да я такой сто лет не пила! Дрожащими руками открыв его, я вдохнула аромат и осознала, что если сейчас не сварю его и не выпью, вот с этими свежими жирными сливками, то умру. И плевать на личность дарителя. Кто бы это не был, он точно знает, как задобрить злую и голодную черную ведьму.

* * *

Сытая ведьма — добрая ведьма. Вот так просто и не надо ничего придумывать. Я даже песенку пела, пока принимала душ и одевалась. А затем, снова сварив кофе, вновь уселась завтракать. На этот раз с чувством, толком и расстановкой, наслаждаясь каждым кусочком, что оказывался во рту. И так мне было при этом хорошо и расслабленно, что когда в дверь снова позвонили, я лишь улыбнулась, неспеша слезла со стул и направилась принимать посетителей. Хотя, когда я открыла дверь и уставилась на сестру, то настроение резко устремилось вниз.

— Проходи, — изобразила радушие, припоминая план действий, что придумала ещё после ее первого визита.

На этот раз Сорайя была в красивом изумрудном платье, а рядом с ней у ног замер Кайгер. Поморщившись, я невольно покосилась себе за плечо, увидела мелькнувший хвост Макса, улепетывающего на второй этаж, и посмотрела на химеру. Кайгер выглядел сейчас как обычная овчарка, а то, что он даже не повел ушами, явно учуяв Макса, говорило о прекрасной дресcуре.

Сора заметила мой взгляд, усмехнулась.

— Сторожи, — приказала она фамильяру и шагнула вперед.

Кайгер развернулся, сев теперь спиной к двери и замер. Подавив в себе желание погладить его, потому что мне всегда было его жалко, ибо подобных нежностей от сестры он не видел никогда, насколько я помнила, посторонилась и закрыла дверь.

— Ты не собралаcь? — поинтересовалась сестра, оглядывая гостиную, прежде чем сесть на диван.

— Сора, я же сказала. Я не могу, — опустилась напротив нее в кресло.

— Насколько я помню, это скорее прозвучало, как «не хочу». «Я не вернусь и замуж не собираюсь», глупо вoспринимать иначе.

— Нет… Я сказала, что остаюсь в городе и занимаю место бабушки, как и было оговорено раньше, — припомнив собственные слова, возразила я, стараясь оставаться спокойной. — Я же не отказываюсь от семьи, но сейчас я связана соглашением, которое не могу нарушить. Или ты думаешь, что я осмелюсь навлечь неудовольствие Инквизиции на род? Я же все делаю для того, чтобы упрочить наше положение.

— Я дала тебе два дня, чтобы закончить дела.

— Не могу…

Тьма, какая точно причина ее убедит? Что-то я не продумала этот момент. Хотя, знаю. И в этот раз пусть мне инквизиция поможет. Видят боги, она ведьмам с лихвой задолжала.

— Я не имею права говорить об этом, но ты же семья, а от нее секретов быть не может. Меня задействовали в поисках убийцы главного инквизитора. Ты же слышала, что его не стало несколько дней назад. Так вот, это было убийство. Если бы не это, то я немедленно отправилась бы с тoбой, но не знаю, сколько времени займет расследование, — выпалила я.

Долгий и внимательный взгляд я выдержала, хотя меня и трясло. Но как могла изображала покорность и взволнованность в ожидании ответа. Да, смотри Сора, я прям вся такая хорошая, только о семье и думаю, так что поверь бедной и послушной сестричке, и свали уже подальше, мне надо с проблемами разбираться. Она и смотрела. Внимательно так, словно видя меня насквозь, задумчиво поглаживая кончиками пальцев подлокотник. И молчала.

Меня потряхивало от ожидания, если не сказать бoльше. Терпением я не отличалась, за годы учебы привыкла, чтo могу не сдерживать себя, так что вот приходилось мне тяжеловато. А ещё был страх, что Сора не поверит в мое представление, скажет что-то вроде «не ври мне»…

— Хорошо. Это уважительная причина, — от неожиданности я даже рот открыла. — Я так и передам семье. Но, я надеюсь, ты понимаешь, что это ничего не меняет?

— Конечно, — горячо заверила ее. — Как только я освобожусь, то сразу приеду…

— Ты не поняла, — улыбнулась Сорайя. — Через три месяца твоя свадьба, а перед тем, как перейдешь в другой род, ты должна будешь выполнить свои обязанности перед семьей.

— Какие именно? — как я не старалась, голос дрoгнул.

— Узнаешь, — Сора направилась к двери. — Не затягивай, Адара. Семья не будет долго ждать. Ты ведь понимаешь, что мы можем вернуть тебя в любой момент, просто не хотим проблем с инквизицией.

Да, я это знала. На этом и строился весь мой блеф.

— Так и я не хочу этого. Ради семьи я согласилась на сотрудничество. Как и бабушка, делаю все, чтобы мы и дальше были в безопасности.

— Род превыше всего, — кивнула она. — Так что поторопись.

— Сколько у меня времени?

— Неделя, две, может месяц, — немного подумав, ответила она, открывая дверь. — Увидимся, Адара.

— Семье привет, — голос окончательно подвел и вместо нормального тона вышел какой-то писк.

— Обязательно, — усмехнулась она, щелкнула пальцами, подзывая Кайгера и направилась в сторону калитки.

Пес послушно шел рядом, в доме напротив маячила вездесущая соседка, а я была в полном раздрае. Завтрак встал поперек горла, а еще, кажется, я не дышала толком, не веря, что моя затея удалась и я выторговала себе немного времени. Это уже кое-что! А eсли и правда получится месяц, то это долго. За месяц можно много успеть, и начну я уже завтра, получив свою лицензию. И все же, разговор дался с трудом…

Убедившись, что Сора на самoм деле ушла, только я собралась закрыть дверь, как увидела направляющегося в мою сторону Стоуна в компании двух стражей. Осознав, что не готова ко второму раунду выяснения я сделала то, что черные ведьмы никогда не делают. Я сбежала через черный вход.

* * *

— Как я и говорил, дело мутное, — Ларан почесал пятерней волосы и посмотрел на меня. — Знаю, что инквизиция на ушах стоит, законников подключили, шептунов, но пока ничего не выяснили. Ну, кроме того, что Гейдена все же убили. Ты наследство не принимала?

Я пoкачала головой, тоскливо уставившись на оружейника и прихлебывая холодный чай, что так любезно сделала Γрета.

— И не принимай. Но по поводу мошенничества законник не обманул. Если докажут, что ты как-то повлияла на то, чтoбы завещание на тебя написали, так что это пока твой единственный способ доказать невиновность.

— Я ничего не делала!

— Адар, это уже не имеет значения. Просто стой на своем: умершего не знала, к наследству не имею отношения. Скажу больше, все сейчас ждут от тебя действий, что ты примешь. Стоун-то понятно, пока ты не приняла свою часть, остальные тоже в пролете, а ему нужно волю покойного выполнить. Кстати, ты понимаешь, что сейчас рядом с тобой буде куча всякого сброда отираться? Кто с угрозами, кто с предложением о замужестве?

— То есть, уже не секрет, что я наследница? — простонала я, понимая, что слухи могут и до семьи дойти, а это катастрофа.

— Увы….

— Готовься, Адарка, к полчищам женихов, — хохотнула Грета, входя в оружейную, где мы и сидели с ее мужем.

— Что?

— Так многим же захочется такой лакомый кусочек сожрать, — пояснила она. — Ты теперь девка у нас видная, с приданым…

— Да не нужно мне это наследствo! — завопила я.

— Это ты так думаешь, а вот женихам очень даже нужно, — глубокомысленно заметила она. — Так что будут тебя теперь подарками атаковывать, подкупать вроде в надежде, что ты без мозгов, растаешь от знаков внимания и согласишься отдать руку, тело и наследство удачливому альфонсу.

Вcпомнив утреннюю корзинку с едой, я загрустила. Пусть я не знала имени отправителя, но получить ее было приятно. А оказывается, меня проcто хотели подкупить… Обидно. Хотя…

— Ты так коварно улыбаешься, что становится страшно, — заметил Ларан.

— Ничего. Пусть дарят, — усмехнулась я. — Не откажу никому в желании меня задобрить.

— Если надо будет вещи сбыть, ты только скажи, — рассмеялась Грета, правильно поняв ход моих мыслей. — Хотя, ты и сама справишься.

Кивнув ей, я мечтательно зажмурилась, понимая, что о деньгах можно какое-то время не волноваться. Все что лишнее, продам, а пока буду изображать из себя девушку на выданье и принимать подарки. Гардероб обновлю, похожу по дорогим ресторанам, театрам. Пусть стараются произвести впечатление.

— Ладно, пойду готовиться к нашествию женихов, — хмыкнула я.

— Будь осторожна, — стал серьезным Ларан. — Если что, знаешь, где тебе всегда помогут.

— Угу. Слушай, Ларан, ты все же узнай, как ещё можно от Стоуна отделаться. Не думаю, что нет лазейки. Но я во всех этих законах плаваю, что рыба в луже.

— Нельзя так, Адар, — хмыкнул он. — Если нарушаешь законы, надо знать допустимые пределы и каким законом прикрыться. Но не волнуйся, я напрягу народ, что-нибудь для тебя придумаем и нароем.

Настроение моментально испортилось, стоило вспомнить про семью, слова Соры, ну и тот факт, что подозрений с меня никто не снимал, а я до сих пор без лицензии, причем проверка уже завтра. Думать о том, что я опять с ней пролечу — не хотелось. Нарушений нет, тесты сдам, а главный козел всея Инквизиции и вовсе мертв. Правда, я пока не знаю, кто занял его место, но все же надеюсь, он будет нормальным. Ну, насколько это вообще нормально для инквизиторов. (3303c)

— Спасибo Ларан. Не знаю, чтобы я без вас делала.

— Сочтемся, — подмигнул он.

Когда же я вернулась домой, то поняла, насколько Ларан был прав. На пороге стояли две корзины с цветами и записками, где мне пели дифирамбы по поводу неземной красоты, а еще приглашали на прогулку какие-то незнакомые мне мужчины. А к тому времени, как я отправилась спать, посыльные ещё раз пять приносили мне цветы, конфеты и записками все с теми же слащавыми комплиментами, предложениями познакомиться и прогуляться. Хм, будет весело…