Капитула десятая, обще-бытовая

Тяжеленный саквояж оттягивал руку, но я шла, улыбаясь. Немного горчила необходимость разлуки с Ярцем, но чутьё подсказывало, что так будет лучше. Терять голову мне никак нельзя, да и он со мной играет, тут всё понятно. Просто это была до крайности увлекательная игра, и хотелось не прекратить, а понять её правила и одержать хотя бы маленькую победу. Вкус поцелуя всё ещё чувствовался на губах, волосы ласково трепал прохладный ветер и остужал разгорячённое лицо. Путь до учебного корпуса общего факультета лежал через огромный луг, залитый серебристым светом лун. Высокие фикусы с необхватными стволами бросали на траву густые чернильные тени. Всё это прекрасно и романтично, но саквояж словно с каждым шагом прибавлял по азумбре[1] веса. А ведь гайроны сильнее обычных людей.

У входа в жилое крыло меня ждало первое препятствие. Кажется, всех уже поселили, и я не смогла найти кастеляншу или коменданта. Холл первого этажа был совершенно пуст, а с верхних доносились возгласы и возня. И где мне искать главного? Должен же быть кабинет или техническая комната? Или на ночь все сотрудники уходят в город?

Саквояж, кажется, потяжелел до десяти куадов и сравнялся весом со мной. Я осторожно поставила его в угол, придвинула кадку с цветком, чтобы не так бросался в глаза и припустила на поиски коменданта. Естественно, никого не нашла, а дверь с табличкой «Заведующая хозяйственной частью» оказалась закрыта и глуха к стуку.

Вернувшись в холл, я не обнаружила саквояжа. Кровь отлила от лица, а в груди похолодело. Что теперь делать? Хорошо хоть бабушкина сумка при мне, но куда я без вещей?..

— А это кто тут такая милашка? — раздался глумливый голос. — Потеряла что-то?

На лестничном пролёте второго этажа сидела оскалившаяся троица великовозрастных придурков. Этот типаж я знала прекрасно — у меня старший брат такой был. Каскарр, и что мне с ними делать, с этими головой отстуканными?

— Мой саквояж у вас?

— Зависит от того, что нам будет за то, что мы ответим, — гнусно хмыкнул тот, что потемнее волосами.

Вообще, они были подозрительно друг на друга похожи. Братья?

У этого представления начинали собираться зрители. Да что ж такое-то?

— Значит так. Ссориться я ни с кем не хочу, но если вы решили, что весело будет надо мной подшутить, то я вас уверяю, вы выбрали не ту жертву. Верните мой саквояж, и будем считать инцидент исчерпанным, — миролюбиво предложила я, поднимаясь по лестнице вверх.

— Бат, ты это слышал? — театрально ужаснулся самый щуплый. — Кажется, нам не поздоровится. Ты уже испугался? Я просто в ужасе…

Он приложил ладонь к груди и картинно захлопал глазами, изображая смесь страха и удивления. Наверное, подобное выражение было у его матери, когда она поняла, что произвела на свет уродца без мозгов и инстинкта самосохранения. Вот же незадача, пристукнешь такого полудурка, а накажут как за нормального.

— Что же нам делать, Хирут? — в тон ему воскликнул брюнетик, самый рослый из всей троицы. — Я в ужасе! Она… она… такая грозная!

Троица радостно загоготала, а я тем временем поднималась к ним ступенька за ступенькой.

— Давайте вы вернёте мне саквояж, и на этом закончим. Иначе сами же пожалеете.

— Ой-ой, какая грозная цыпочка!

— Я предупреждаю один раз. Не связывайтесь со мной, — спокойно сказала я, чувствуя, как внутри закипает чистая дистиллированная ярость.

— А то что? — с гаденьким любопытством спросил третий.

— А то пожалеете, — честно ответила я.

— Ой, братцы, я уже жалею! — пискляво вскрикнул щуплый Хирут. — Ой, только не сердитесь, ваша блистательность! Помилуйте! Не велите казнить, велите ублажать!

Глумливый хохот разнёсся по всему крылу. Из соседних комнат высунулись любопытные студенты, а на площадке второго этажа уже собралась небольшая толпа. Парни лыбились, а девушки хмурились, но вмешиваться никто не стал.

К счастью, в этот момент я достаточно близко подошла к шутникам и почувствовала рядом чужой аркан. Они наложили на саквояж чары невидимости? Чудесно. Уничтожать арканы я умею, вот только не очень аккуратно. Ну да ладно — сами напросились.

Подойдя поближе к месту, где чуялись чары, я встала так, чтобы волной отдачи накрыло троицу, и принялась за первый слой. Давно не плела этот аркан, очень давно, вот и будет повод вспомнить. Первый слой лёг чётко и ровно. Второй — чуть хуже, я и сама видела, что он напитался силой неравномерно, третий уровень дался сложнее. Но удивлённо-недовольные взгляды троицы того стоили. Особенно когда я принялась за финальный, четвёртый слой. Думаете, четырёхслойный аркан — мой потолок? Ха! Я и семиуровневый сплести смогу, если жизнь заставит.

Когда я запустила готовый аркан в их сторону, троица раскрыла рты. А зря. Лучше бы сбежали. Но нет. Не успели. Моя магия налетела на чужие чары, те с треском вспыхнули, полыхнули и лопнули с приглушённым хлопком. Шутников окатило небольшой, но малоприятной силовой волной. Аркан ослаб, но всё ещё не развеялся, и полетел дальше, прямо к цели. Их амулеты затрещали и задрожали, артефакты нагрелись и заискрились, щуплый подскочил и крикнул чаечкой. А вы думали?

Очищающий аркан четвёртого уровня сметёт все менее сложные. Тут бы и чар третьего класса хватило бы, полог невидимости — всего лишь двойное плетение. Но очень уж захотелось проучить троицу.

Пока они хлопали себя по карманам, с подвыванием срывали кулоны и подскакивали на месте, я подхватила свой саквояж, поднялась на лестничную площадку второго этажа и с громким стуком поставила его на плиточный пол.

— Я очень не люблю, когда надо мной некрасиво шутят и берут мои вещи. И при этом умею плести сложные арканы и очень тонко проклинать.

— Ты на нас напала! — возмутился щуплый. — И амулеты испортила!

— Я сняла чары невидимости с украденной вами принадлежащей мне вещи, — отчеканила я. — Именно так я буду рассказывать эту историю, если вы решите пожаловаться в деканат. До сих пор ума не приложу, зачем вам понадобились женские платья и бельё? Самим наряжаться?

Раздался молодецкий гогот, и на этот раз веселилась не троица.

— О прекрасная зайта Марраза, пощадите моих нерадивых кузенов, — со смехом вышел вперёд высокий брюнет. — И позвольте помочь донести ваш саквояж до комнаты. Я Зита́ль Охали́р, приятно познакомиться.

Замечательно, только акулой меня ещё не называли! Кажется, этот тот самый парень, которого я обогнала в забеге на вступительных испытаниях.

— Благодарю, но теперь ваша помощь мне не требуется. Я уже справилась со всеми трудностями самостоятельно, — ответила я.

Получилось чуть резче, чем хотелось, но мне и правда не было дела до его учтивости. Что-то раньше он на помощь не пришёл, стоял и забавлялся вместе со всеми, наблюдая, как три охламона издеваются над девушкой.

— Какие острые у вас зубки, зайта Марраза, я впечатлён, — хмыкнул Зиталь и преградил мне путь. — Люблю девушек с характером.

Хорошо, что заколки лежали в сумке. К этому моменту я настолько устала и перенервничала, что с удовольствием воткнула бы одну ему прямо в лоснящуюся собственным превосходством рожу.

— В какую комнату тебя поселили, Инор? — возникла вдруг рядом Ерроска.

Округлое веснушчатое лицо смотрело с участием.

— Пока ни в какую, я ещё не разговаривала с комендантом.

— А она же ушла куда-то. Ты припозднилась. Идём, в нашем блоке есть одна свободная комната, займёшь её, а завтра переселишься, если будет нужно. Не в холле же тебе ночевать.

Медноволосая схватила меня за руку и потянула за собой, я едва успела подхватить отвоёванный саквояж.

— Она всегда может переночевать у меня! — раздался в спину насмешливый голос Зиталя, но сил реагировать уже не было.

— Меня, кстати, Трайдора зовут. А тебя?

— Ветана, — представилась я. — Очень приятно.

— Да что ты, это мне приятно. Нормально так ты их уделала, долго будут носы подтирать. Молодец.

— Нет. Только врагов себе нажила.

— Ой, ну что ты. Они уже успели всех достать. К одной девочке вломились, пока она переодевалась, якобы по ошибке. К другой сели в столовой и весь аппетит испортили. Но ты лучше всех ответила! Четырёхуровневый аркан, надо же… Научишь?

— Может быть, — уклончиво ответила я.

— И много ты знаешь арканов четвёртого класса?

— Да так, парочку всего, — солгала я.

Мы дошли до самого конца коридора и упёрлись в дверь на торцевой стене.

— А вот и наш блок, номер 124. Четыре комнаты, одна ванная и один туалет на всех. Не самые лучшие условия, но есть блоки и на пять комнат, — оптимистично заметила Трайдора, а потом вдруг добавила с затаённой досадой: — Хотя и на три тоже есть…

Войдя в дверь, мы оказались в просторной квадратной прихожей.

— Вот это моя комната, — показала Трайдора на самую левую от входа дверь. — Вон те две комнаты заняты, но я только с одной девушкой пока успела познакомиться, Горрией. Очень приятная. А направо туалет и ванная. Свободная комната — вон за той дверью, в углу.

В указанную комнату я заходила с опаской. Почему-то казалось, что она будет самой плохой, мрачной и грязной. Но ожидания не оправдались самым чудесным образом. Здесь было очень даже уютно. Ученический стол, стул, односпальная кровать, тумбочка и личный шкаф.

— Смотри, тут два окна. А у нас с Горрией по одному. Небось, для какой-то аристократки берегли, — хмыкнула Трайдора. — Располагайся, если что, скажем завтра, что тебе больше некуда было пойти.

— А вы разве не сами комнаты занимали?

— Нет, нам ключи выдали. А от этой ключа нет, но двери все открыты были, вот мы и заглянули. Но без ключа жить же не станешь, так что менять комнаты нет смысла. А ты не переживай, на ночь сам блок можно на щеколду запереть. Кстати, там в прихожей есть большой шкаф, мы туда дорожные сумки сложили. И специальный общий комод для обуви тоже есть.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — А то не знаю, куда бы я пошла.

— А почему ты так поздно появилась? — с любопытством спросила Трайдора. — И как вообще поступила, ты же один балл не добрала.

— Подала на апелляцию, мне за эссе один дополнительный балл начислили. Может, сжалились, не знаю. Поэтому я и задержалась так сильно, но это уже не важно. Факт в том, что я здесь, и меня это безмерно радует!

— Да! Согласна. Я тоже рада, что у тебя получилось! — просияла добродушная рыжая магесса и спросила: — Ты уже ужинала?

— Нет, пока ещё нет. А ты?

— А я не ужинаю. Худею, — гордо заявила она и добавила: — Иди в столовую, а то не успеешь поесть.

— А где она?

— На первом этаже. Смотри, когда заходишь через главный вход, попадаешь в холл. По обе стороны две большие лестницы. Правая ведёт в учебное крыло. Там аудитории, лаборатории и прочее. Левая ведёт в жилое крыло, ты по ней поднялась, отсюда нельзя в учебное крыло перейти, нужно спускаться вниз. А если прямо пройти, то выйдешь к столовой. Ещё на первом этаже деканат, спортзал, большая общепотоковая аудитория, всякие технические помещения. У обще-бытового потока своя столовая, а у всех остальных — своя, в отдельном корпусе.

— Это вам экскурсию провели?

— Это я уже всё сама разузнала, — подбоченилась Трайдора. — А ещё у меня тут брат старший учится, на факультете артефакторики. И я тоже туда буду поступать.

— Ладно, тогда пойду поем, пока есть возможность. Спасибо тебе.

— Не за что! Я всегда говорю, что люди должны друг другу помогать! — широко улыбнулась пышущая оптимизмом Ерроска.

Оставив вещи, я спустилась на первый этаж и нашла столовую. От обилия новых людей, помещений и проблем начинало мутить и потряхивать. А ведь у меня даже чайника и чашки нет, чтобы успокаивающий отвар себе приготовить. Зато есть спиртовка и мензурки. Да. В одной из них и сделаю, если после еды не полегчает.

На корабле меня кормили хорошо, но сейчас я всё равно замерла, впечатлённая обилием еды. Каждому студенту на раздаче выдавали поднос. Можно было выбрать один из трёх гарниров и нескольких рыбных блюд. Но мне-то хотелось всего и сразу. Сейчас, когда волнение поутихло, голод навалился со страшной силой.

— Чего желаете? — спросила стоявшая за стойкой ну очень румяная девушка с ну очень аппетитными формами.

— Всего и побольше, — честно ответила я.

— Как скажете, — хохотнула она и наложила мне целые две здоровенные тарелки еды.

— Спасибо! Огромное спасибо!

— Да не за что, сегодня многие студенты есть не стали. Ничего, привыкнут со временем. Первые дни всегда так, ещё и жалобы пишут. А потом ничего, едят.

Жалобы?

Еда выглядела и пахла очень вкусно. Сев за свободный столик, я убедилась, что кормят тут по сравнению с приютом просто шикарно. Да и комната у меня теперь своя. А что туалет и ванную надо делить с тремя другими девочками, так это ерунда. Не с пятнадцатью же. Кажется, жизнь налаживается! Конечно, до уровня, в котором я росла, серьёзно не дотягивает, но тенденция не может не радовать.

Именно с этой мыслью я поднялась на ноги, чтобы отнести поднос на специальный стол. Естественно, тут же рядом нарисовалась троица придурков. Нет, ну почему мне так везёт?

— Ты нам амулеты сломала, — обвинительно выдвинул нижнюю челюсть вперёд хлипкий. — Будешь должна.

— Должна я вам только одно: объяснить, что со мной лучше не связываться.

— Да ты знаешь, кто наш отец? — возмущённо воскликнул щуплый.

— Нет. И мне всё равно.

— Как ты вообще сюда поступила, ты ж не аллоранка? Говорок у тебя явно аберрийский, — заметил рослый.

— Я аллоранка, просто долго в Аберрии жила.

— А ты знаешь, что мы с аберрийцами делаем? — угрожающе проговорил средний и невзрачный.

— Если учесть, что многие аберрийцы либо гайроны, либо полукровки, то рискну предположить, что ничего вы им сделать не можете, — фыркнула я. — Слушайте, мне этот театр уже надоел. Отойдите с дороги, пока я вас не посшибала.

— Отстаньте от девушки, — раздался голос Зиталя. — Я вам сказал к ней не лезть.

Его только не хватало!

— Она наши амулеты сломала! — воскликнул щуплый.

— Хирут, отвали. Шутки у вас дебильные, вот и вся проблема. Сколько раз вам уже рожи начищали, а всё никак не научитесь. Оставьте девчонку в покое, чего вы к ней прицепились? Много энергии? Пойдёмте пофехтуем. Давненько я вас не гонял, — Зиталь широко мне улыбнулся и подмигнул.

Тоже мне, естественно. Жаль, вернуть этот ненужный дар не было никакой возможности.

— Приятных сновидений, — выскользнула я из кольца этих навязчивых родственников и вернулась к себе.

Вещи решила пока не разбирать — а вдруг придётся переселяться? Зато приняла горячую ванну, выпила успокаивающего отвара и легла спать почти умиротворённая. Завтра нужно будет заплатить за учёбу, сходить в город прикупить недостающее и записаться в библиотеку. Учебники получить, может, какие-то свитки со схемами новых арканов, пока остальные не спохватились. А ещё мне нужно навёрстывать математику. Для плетения чар нужно делать расчёты, нельзя действовать на одном лишь чутье.

— Трайда, ты здесь? — раздался незнакомый звонкий голос.

Я выглянула в прихожую — в общий шкаф вешала кожаную куртку очень привлекательная темноволосая девушка. Из соседней двери показалась кудрявая рыжая макушка Трайдоры.

— Привет! Я Ветана.

— Ого, к нам четвёртую подселили? Я Горрия, очень рада, — обаятельно улыбнулась шатенка.

— Нет, меня пока не подселили. Я просто коменданта не нашла и не знала, что делать и куда идти. Трайдора сказала, что у вас есть пустая комната, в которой можно переночевать. Не знаю, останусь я тут или нет.

— Ясно. А я гуляла в парке. Тут такой парк, девочки, просто шик. И все старшекурсники там. Такие симпатяги попадаются, прямо глаз не оторвать, и в основном — парни, — поделилась шатенка. — Но я сегодня что-то вымоталась очень. А ещё наше общежитие закрывают в десять вечера. Лестница никого не пускает, представляете? В общем, я решила в первый день на неприятности не нарываться, — заговорщически сказала она, явно показывая, что в другие дни на неприятности нарвётся с большим удовольствием, и даже будет сама их на свой зад искать.

Авантюристка чистой воды.

— А кто четвёртая? Ты её видела? — спросила у Горрии рыжевласка.

— Нет, но я так поняла, что она со второго или третьего курса. Познакомиться не успела, её с утра не было.

— В дни поступления многие старшекурсники стараются уехать или хотя бы в город выйти, а то суета стоит невозможная. Мне брат рассказывал, — поделилась Ерроска.

— А хотите чая с печеньем? — предложила шатенка.

— Только если просто чая, — проворчала медноволосая и добавила: — Я по вечерам не ем.

— Да, чай — это отличная идея, — поддержала я.

Пока что соседки мне нравились. Но судить ещё рано, хорошо бы сначала поближе их узнать. Девочки всё рассказали сами, даже выспрашивать ничего не потребовалось.

— Мой папа — артефактор. И три старших брата тоже, — с гордостью рассказывала Трайдора. — У нас семейная небольшая фабрика, мы делаем артефакты для сельского хозяйства. Очень качественные! Улучшают надои, ещё и способствуют многоплодным беременностям. У людей, кстати, тоже, — понизила она голос, — но это секрет! На людях же нельзя опыты проводить, но там такая история была, у одной доярки пропало молоко. Она взяла амулет и на себя надела. Молоко пришло. Полгода она с амулетом проходила, а потом — бах! — и тройней забеременела. И подруге рассказала, а та — сестре. В общем, у нас спрос поднялся, все берут эти амулеты. А кто уж для скота, кто для себя — мы не разбираем.

— Представляю, как доярка боролась за амулет с козарой! — развеселилась Горрия. — Вцепилась в рога и орёт: «Отдай амулет, мне тоже надои нужны!».

— Да козары на эти амулеты даже внимания не обращают, — махнула Трайдора рукой. — А отец сейчас работает над новым артефактом, для козаров-осеменителей. И знаете что? Очень им мужики интересуются! — прыснула она.

Мы засмеялись, а Горрия так развеселилась, что чуть не расплескала чай.

— А я вот на общем факультете останусь, — сказала шатенка. — Но до окончания так тут покучу, что брызги будут во все стороны лететь, я вам обещаю. Меня ждут три года абсолютной и совершенной свободы!

— А ты, Вета? Откуда ты?

— Мои родители погибли четыре года назад. Опекунша меня в Аберрию увезла, там я и росла. А потом я от неё сбежала и сюда поступила.

— Ого! — округлила рыжая пухлый рот. — Но если она тебя тут найдёт, то может и забрать. Тебе же только шестнадцать в этот опорретан исполнится?

— Да. Но из академии забрать она меня не сможет. Нужно просто дождаться, пока начнётся учебный год. А вам сколько исполнится?

— Мне семнадцать, — ответила медноволосая.

— И мне. А какую ты специальность хочешь? Или на общем останешься, как все девушки? — с любопытством спросила Горрия.

— Но-но! Не все! — подняла палец вверх Трайда.

— Думаю о проклятийном факультете. Но рано пока рассуждать, нужно сначала первую сессию сдать. Говорят, отсев после неё самый большой, — сказала я.

— Это точно, — подтвердила Ерроска. — Кто три дня учёбы без уважительной причины пропустит, того исключают. Так что если что-то болит, надо к целителю идти и освобождение от занятий у него получать. И это я про экзамены молчу. Там же тоже баллы нужно будет набирать. У кого меньше трёхсот по итогам сессии — те на выход.

— А дисциплин сколько? И какой максимальный балл?

— Десять, максимальный балл — четыреста. Экзамены по той же схеме проходят. Но ты не волнуйся, аркановедение и физкультуру ты точно на высший балл сдашь, это уже восемьдесят. А остальное — наскребёшь. Если будет нужно, я тебе с математикой помогу, там же ничего сложного нет, — уверенно сказала Трайдора, хотя я с ней была абсолютно не согласна. Есть в математике сложное! И ещё какое!

— Ой, мне точно нужна будет с математикой помощь! А я зельеведение и растениеведение помогу вам сдать, я в этом о-о-очень хорошо разбираюсь! А какие маски и крема я умею варить — закачаетесь. Тебе, Трайда, кстати, мы все веснушки повыведем, если хочешь. У меня раньше их тоже полно было — а теперь смотри, почти не осталось! — Горрия показала на свой нос, задорно сверкнув ореховыми глазами.

— А для похудения у тебя что-нибудь есть? — загорелась рыжая.

— Обижаешь! Конечно! И для волос. Да для чего угодно.

— А я смогу вам с аркановедением помочь, наверное, — задумчиво предложила я.

Скорее всего, большинство плетений, которые преподают на первом курсе, мне уже известны. Вроде бы в первый год осваивают только арканы первого и второго класса, более сложные чары — на старших курсах. А те плетения, что сложнее пятого ранга, в академии и не преподают, такие схемы семьи хранят в тайне, этому только частные преподаватели могут обучить. Ну или в архиве можно случайно любопытные наработки обнаружить, если очень сильно повезёт. За толковый чертёж шестиуровневого аркана могут и убить. И убивали, причём не единожды. Так что обо всех тайных знаниях, открытых мне бабушкой, я буду помалкивать. Это вторая причина, по которой я бы не могла учиться под своим настоящим именем: слишком много знаю. И если проклятый остров у меня отобрать никто не сможет, то выпытать схемы — вполне. А так уж сложилось, что пытки я не люблю. Вот такая странная особенность. Так что о своём происхождении буду молчать, как мёртвая рыбина.

— Да уж наверное! — всплеснула руками Трайда. — Если ты четырёхслойные арканы плетёшь…

— Да я только парочку знаю, — выкрутилась я. — И те общеизвестные. Меня бабушка обучала ещё давно. Она когда-то тоже в академии училась.

Кажется, погорячилась я. Хотела проучить троицу, а вместо этого к себе лишнее внимание привлекла. Надо быть осторожнее.

— А меня вот отец и братья тоже учили, но я дальше двухслойного не продвинулась ни разу. Мне тяжело арканы даются, — посетовала Трайда.

— Да, я помню твоё первое испытание. Ничего, научишься. Это дело практики.

— Знаешь, что Вета сорок баллов на первом испытании набрала? — повернулась рыжая к Горрии.

— Да ладно! Вот это да. Ну и прекрасно! Повезло нам вместе жить. Завтра пойдём к комендантше и будем вместе упрашивать, чтобы тебя больше никуда не переселяли. А уж упрашивать я умею, поверь мне! — заговорщически улыбнулась шатенка и сделала жалостливое лицо: — Ну пожа-а-алуйста, ну разреши-и-ите Вете остаться, ну про-о-осим вас сердечно!

Получилось у неё очень задушевно. Сразу чувствовались и обширный опыт, и большой актёрский талант.

— А что мы тут делать будем до опорретана? — спросила я.

— Как что? Завтра стоять в очереди за формой, потом — стоять в очереди за учебниками, затем — в кассу, чтобы всё оплатить. Это традиционные абитуриентские забавы, ты не знала? — фыркнула Трайдора.

— А что, нельзя сначала заплатить, потом форму получить, а потом книжки? — удивлённо спросила я.

— Если в первый день за формой не пойти, то достанется старое тряпьё, — живо отреагировала Горрия. — Если на второй день к открытию библиотеки не стоять в очереди, то обязательно останутся только такие учебники, из которых нитки лезут. А в кассу все в последнюю очередь идут. А двадцать пятого — в последний день года — состоится первый всеобщий бал. Так что нужно же ещё и подготовиться! Вы, кстати, решили, что наденете? Я пойду в зелёном, в цветах академии.

— А я привезла серое платье с тройной юбкой. Только оно такое узкое! — пожаловалась рыжевласка.

— У меня есть несколько парадных платьев, — уклончиво ответила я.

— А вот эта свободная комната! — раздался незнакомый женский голос в прихожей.

Мы втроём обернулись туда, но через неплотно закрытую дверь спальни Горрии ничего не увидели. Пришлось подниматься и выходить посмотреть, кого нечистая на ночь глядя принесла.

— Это что за дела? Что тут за вещи? Эта комната была зарезервирована для моей подруги!

Оказалось, что голос принадлежал недовольной брюнетке, и сейчас она угрожающе уставилась на нас. А рядом с ней стояла Элитера, та самая чистокровная человечка, предпочитающая кричащие оттенки в одежде.

— Кто из вас эту комнату занял? — угрожающе спросила незнакомка.

— Я заняла её временно, потому что комендантша уже ушла, и мне негде спать, — ответила я.

— Это не мои проблемы. Комната занята, ясно тебе? Собирай свои пожитки и уматывай, — скомандовала брюнетка.

— Для начала покажи ключ, — попросила я, сузив глаза.

Не люблю, когда разговор начинается с наезда.

Незнакомая брюнетка на секунду растерялась, а потом вынула из кармана синих бархатных шальвар ключ с биркой «124» и помахала им перед моим носом.

— Вот? Увидела? Теперь вещи собирай и уходи!

Я поймала её за руку и внимательно посмотрела на бирку. «124−4», — гласила надпись.

— Это от другой комнаты ключ. У этой номер 124−2, — спокойно сказала я. — А раз нет ключа, то и права у нас с зайтой Элитерой на неё примерно одинаковые — никакие. Вам есть, где переночевать? — спросила я у ярко одетой магессы.

— Да, — недовольно ответила та.

— Тогда я пока останусь здесь. А завтра комендантша решит, кто где поселится.

— Лучше бы ты сразу сделала, как я велела, — ядовито-ласково протянула незнакомая брюнетка. — Теперь я это запомню.

— Запоминай, — милостиво разрешила я. — А я пока пойду лягу спать. Всем спокойной ночи!

Зашла в отвоёванную комнату и закрыла за собой дверь. Внутри поселилось гаденькое чувство. И почему я врагов наживаю быстрее, чем друзей?

* * *

[1] Куад равняется четырём килограммам. Азумбра равняется одному килограмму.