Алессия. Страх или провокация?

Слова короля не слишком обнадеживают. В моей голове всплывают жуткие картины ритуалов из фильмов-страшилок, где девушек приносят в жертву божествам. Умирать не хочется, особенно таким ужасным способом. Наверное, на лице отражаются эти эмоции. А может, мои мысли снова становятся общественным достоянием, но Анрес как-то странно смотрит на меня, и я постепенно расслабляюсь. Страх исчезает, остается небольшое волнение.

Неужели он умеет не только лезть мне в голову, но и управлять эмоциями? Звучит ужасающе, но сейчас в моем теле лишь приятная расслабленность.

— Как вы это делаете? И зачем? — срывается с губ.

— Для того чтобы своим страхом вы не испортили ход ритуала. Вот тогда вас точно придется казнить.

Под его воздействием меня охватывает такое спокойствие, что даже слова про казнь кажутся ерундой.

— Не думаю, что вам выгодно меня казнить. Ведь я ваша последняя надежда, король… Не так ли? — Улыбаюсь. Или флиртую? У меня хватает наглости его провоцировать!

Сама не знаю, зачем я это делаю. Непроизвольно. Почему-то хочется вывести этого каменного холодного мужчину на эмоции. Отчего-то мне кажется, что он не настолько ледяной, каким хочет казаться.

— Не стоит тратить время на пустые слова. Выясним, так ли это на самом деле. Ариана! Милеана!

Служанки в мгновение появляются в зале. Их глаза опущены, и весь вид свидетельствует о том, что готовы беспрекословно служить своему правителю и выполнить любую прихоть. Вероятно, именно так должны выглядеть воспитанные девушки в понимании мужчин этого народа.

— Помогите ей одеться. И побыстрее.

Ариана послушно кивает. Милеана, кажется, вообще боится пошевелиться, чтобы что-нибудь не испортить или не показаться неловкой.

— Я не буду переодеваться у вас на глазах, — заявляю, набравшись смелости и взглянув ему в глаза. — Покиньте покои.

Анрес профессионально владеет эмоциями, но после моего заявления теряет самообладание.

«Не смейте позорить меня перед слугами, я не потерплю!»

Не сразу понимаю, что он не говорит. Голос в моей голове — его мысли. Удивленно смотрю на него, распахнутыми глазами. Впервые слышу чьи-то мысли, и это очень странно.

«Простите, король», — мысленно отвечаю я. А потом все-таки добавляю: — «Извольте уйти. Вам запрещено смотреть на то, что не положено видеть до свадьбы. Или мне пойти на ритуал в полотенце?»

Прищуриваюсь, ожидая его эмоций. Он в бешенстве: это выдают расширенные зрачки и плотно сжатые губы.

Вопреки ожиданиям, Анрес разворачивается и в несколько шагов выходит из залы. Наверное, он не любит исчезать, как другие, а предпочитает удаляться, традиционно перебирая ногами. В любом случае так я хотя бы могу предположить, что он действительно ушел, а не подсматривает за мной, приняв прозрачное состояние. Вдруг у них и такое возможно?

— Госпожа, вы позволите? — слышу и тут же вспоминаю, что в комнате не одна. Перевожу на нее взгляд. Ариана обескуражена тем, что сейчас произошло.

Она стоит у окна, а рядом над полом зависает платье с огромным шлейфом. Вероятно, приготовленное для меня. И это нечто волшебное.

Тончайшее невесомое, как сама вода, оно искрится и переливается оттенками голубого цвета. Чтобы его описать не хватит слов. Почему-то кажется, что если бы можно было надеть морскую волну, то именно так она смотрелась бы в лунном сиянии.

— Неужели платье для меня? — шепчу одними губами. К этому чуду даже рукой страшно прикасаться: едва тронешь и оно растает как туман с первыми лучами солнца.

— Для вас, — кивает Милеана. — Госпожа не довольна?

— Оно великолепно! А вот я, кажется, для него простовата, — пытаюсь пошутить, но на девушек моя шутка не производит впечатления. Они смотрят на меня, как на идола, и мне это совершенно не нравится. — Поможете примерить?

— Да, конечно.