Глава 24

– Вы его убьете?

Кевин сверлил спину спокойно шагавшего по снежной целине ректора. Так и подмывало добавить пару гадких фраз, приказать убрать руки от Британи, напомнить о возрасте, но некромант только скрежетал зубами.

Невеста! Уже почти жена…

Кевину хотелось повернуть время вспять, на том семейном ужине официально, встав на одно колено, сделать Бри предложение, окольцевать. А он не пошел дальше вранья ради успокоения нравственных устоев Лорны Орув. Тогда казалось: время еще есть, Гвен Лабриан не осмелится. О, ректор преподал Кевину жестокий урок! Только увидев чужое кольцо на пальце Британи, то, как господин Лабриан касается ее губ, некромант в полной мере осознал, как дорога ему эта девушка.

Гвен не спешил с ответом. Хотя бы потому, что его не существовало. Кристиан преступник, но все же он оставался его братом.

Вечерело. Британи и Софа уже под защитой Алана Блеккота. Ректор предупредил его, не стал надеяться только на себя.

– Не вмешивайтесь, Ташир!

Остановившись, господин Лабриан прислушался. Он не был уверен, что Кристиан нападет со стороны реки, всего лишь предполагал. Орувы жили неподалеку от городской окраины, логично подбираться к ним оттуда. Только вот поля обширны, придется действовать молниеносно, вовремя уловить вспышку портала.

– То есть нет, – пробурчал Кевин. – Все это попахивает изменой, мастер Лабриан.

Сжимая кулаки, он сделал пару глубоких вдохов, приводя эмоции в порядок. Гнев – заведомый проигрыш. Если Кевин хочет победить Кристиана Лабриана, он должен максимально сосредоточиться, заранее выбрать выгодную боевую позицию, проанализировать все риски.

– Слишком громкое заявление для студента!

Развернувшись к спутнику, Гвен смерил его грозным взглядом. От былой мягкости не осталось и следа. Кевин мгновенно подобрался, стараясь вовремя уловить отблески заклинания в зрачках противника.

– За сегодня вы наговорили столько, что хватило бы для позорного исключения. – Голос господина Лабриана звенел сталью. В поединке взглядов он выиграл, заставил Кевина отвернуться. – Или у вас есть весомые доказательства? Годные для суда, а не компании ваших друзей. Напоминаю, вы разговариваете с вашим ректором, магистром магии и прочее. Вы же пока никто.

– Простите, мастер Лабриан, – буркнул некромант. Ректор прав, он зашел слишком далеко и действительно ничем не мог подкрепить обвинения. – Я просто переживаю за Бри, не хочу, чтобы ей причинили вред.

Мышцы на лице Гвена расслабились, однако взгляд не утратил твердости.

– Маг вашей специализации обязан быть сдержанным, – сухо заметил он. – В противном случае пострадают невинные люди. Да и вам не восемнадцать, вы уже мужчина, Ташир. Понимаете, о чем я?

– Понимаю, – эхом отозвался Кевин и упрямо добавил: – Но буду защищать Британи до последней капли крови.

Губы ректора тронула понимающая улыбка.

– Знаете, – задумчиво и немного печально произнес он, – в чем-то я вам завидую. Не беспокойтесь, в мои планы слезы Британи Орув не входят. Она хорошая девушка и ни в чем не виновата. И я тоже намерен пойти до конца.

Рука Гвена неосознанно потянулась к отвороту сапога с кинжалом. Он припас его на самый крайний случай, если другие аргументы не возымеют действия. Любая нанесенная им рана станет смертельной. Гвен сам тайком приготовил яд. Казалось, столько лет прошло, но ректор не забыл пропорций, пальцы не потеряли ловкости. Оставалось надеяться, отравленный кинжал не пригодится.

– А теперь, – отбросив меланхолию, ректор провел краткий инструктаж, – поговорим серьезно. Это не тренировка, поэтому не геройствуйте. И до поры не попадайтесь Кристиану на глаза, схоронитесь где-нибудь и присмотритесь к местному загробному миру. Может статься, нам пригодится парочка зомби. Заодно следите, чтобы на сцене не появилась Марианна. Меня тревожит, что ее давно не видно.

Кевин кивнул:

– Сделаю, мастер Лабриан.

Гвен едва заметно улыбнулся. Ну вот, он опять авторитет, хотя пару минут назад студент рвался вызвать его на дуэль.

Ректор вытянул руку ладонью вниз и замер каменным изваянием. Не было смысла и дальше скрывать свою темную суть, пусть Кевин смотрит. Пальцы укутала легкая дымка цвета северного сияния. Словно нити пламени, магия прозрачными потоками зазмеилась по воздуху, постепенно опутывая заснеженное поле. Она легко просачивалась сквозь стены, оплетала Диж паучьей сетью.

Кевин наблюдал за происходящим с немым восхищением. Прежде ему не доводилось видеть столь идеального поискового заклинания. Его невозможно обмануть, обязательно заденешь какую-нибудь из нитей.

– Ну вот, – закончив, довольно кивнул Гвен, – теперь мы точно не пропустим Кристиана. Готовьтесь пока. Брат вряд ли явится до заката: он всегда любил ночь, да и не захочет создавать лишнего шума.

Ректор опустился на землю. Закоченеть не боялся: грело заклинание. Притворяясь, будто дремлет, Гвен искоса наблюдал за Кевином. Он мешал, путал планы, поэтому господин Лабриан и отослал его под благовидным предлогом. Гвен планировал уладить все бескровно, а для этого нужно остаться с братом наедине.

Кристиан недооценивал брата. Наверняка полагал, что Гвен ограничится увещеваниями. Неплохо бы ему было узнать, чем ректор занимался по ночам в Черной башне. Как же, единственный темный маг в семье! Даже если Гвен не любил свою сущность, это вовсе не делало ее слабее.

Все оказалось проще, чем изначально полагал ректор. Дремавший темный дар с готовностью пробудился, охотно откликался на приказы. В ту ночь, когда Британи ночевала в его квартире, Гвен не только занимался Софией Ларк, он сделал еще кое-что, укутав Сохис подобием Белого безмолвия. Ректор все просчитал, учел мнительность Алана Блеккота и опыт Уорвика Ташира, замаскировав все под обычный снег, но вот с магическим откатом ничего поделать не мог. Чем больше берешь, тем больше приходится отдавать. Но попробовать стоило. В конце концов, отсидеться в тиши кабинета все равно бы не вышло.

– Мастер Лабриан, – воспользовавшись временным затишьем, Кевин отважился задать опасный вопрос, – что станет со мной после?

– В смысле? – нахмурился ректор и, сообразив, куда клонит студент, рассмеялся. – Право, Ташир, откуда мне знать, как сложится ваша жизнь! Если успешно сдадите сессию, перейдете на следующий семестр.

– То есть вы не?..

Некромант, не мигая, уставился в его лицо, пытаясь подловить на лжи.

– Нет, – заверил Гвен. – Ни вас, ни Софию Ларк, ни Британи Орув. А теперь, сделайте милость, замолчите и сосредоточьтесь на деле. Кристиан и его невеста будут посильнее ваших спарринг-партнеров.

Ждать пришлось долго. Кристиан не торопился похищать жертву, как и предполагал брат, дожидался темноты. Наверняка раздосадованный и злой. Еще бы, ведь он потратил целый день на погоню за иллюзией! Гвен надеялся, брат не выместил злобу на кучере. Увы, уберечь всех вокруг он не мог. Но вот одна из нитей «паучьего» заклинания натянулась: враг ступил в город.

– Хм, центральная площадь…

Гвен поднялся на ноги, энергично отряхнул снег с пальто.

– Так, Ташир, план меняется. – Бегом к дому Орувов! Надеюсь, вы сумеете их защитить. Ну а я направлюсь навстречу Кристиану, подловлю его на полпути.

Младший брат таки удивил, решил сделать променад. Отвлекал внимание? Тогда Марианна тоже в городе, и жизнь приемной семьи Британи в опасности. Тут и пригодится навязчивый студент. Невеста Кристиана точно на него не рассчитывала.

Кевин не стал пререкаться. Он тоже подумал о Марианне и, перепрыгивая через сугробы, устремился к мирно спавшему дому природников. Одновременно, не сбавляя скорости, некромант прощупывал пространство. На редкость мирно! Никто не замерз по пьяни, никого не прикопали алчные сообщники. Ничего, в самом Диже найдется парочка духов. Они станут его глазами и ушами.

Убедившись, что Кевин не последует за ним, Гвен быстро дезактивировал заклинание, чтобы зря не высасывало силы, и поспешил на встречу с братом.

Город спал, только изредка перелаивались собаки.

Ректор старался держаться в тени стен и заборов, ступал практически неслышно. Чувства его обострились до предела. Ладони чесались от рвущейся наружу магии.

Чем ближе к центру города, тем медленнее становились его шаги.

Кристиан тоже предпочитал тень, но сегодня оказался в роли добычи, а не охотника. Гвен заметил его первым, когда брат неосторожно ступил в полосу света лунной дорожки. Кристиан подготовился, накинул иллюзию, притворившись запоздалым подмастерьем. Но старший брат превзошел его в науке обмана и видел истинный облик сквозь призрачную личину. Позволив Кристиану свернуть на Зеленую улицу, в конце которой располагался дом Орувов, Гвен окликнул его:

– Как, тебе еще не надоело?

Вместо ответа над ухом чиркнуло заклинание.

– Пытаться убить собственного брата! – укоризненно цокнул языком ректор.

Он даже не дернулся, знал, Кристиан промахнется, всего лишь хотел напугать.

– У тебя крепкие нервы! – усмехнулся младший брат и всем корпусом развернулся к старшему. – Странно при твоей должности.

– При моей должности они как раз необходимы. – Гвен шагнул вперед, коснувшись носком сапога края лунной дорожки. – Послушай, Крис, перестань! Зачем враждовать, убивать друг друга из-за давней измены? Британи ни в чем не виновата, когда выйдет замуж, в отличие от Бернадет, не потащит в супружескую постель посторонних. О тебе она до поры вообще не слышала, спокойно очаровал бы и женился. Юные барышни наивны и верят в любовь с первого взгляда. И все, удовлетворил бы свои амбиции. А сейчас ты озабочен чужими.

– В смысле?

Кристиан растерянно уставился на брата и, оглядевшись, прищурился:

– Ты солдат притащил, зубы мне заговариваешь?

– Нет, можешь проверить. Не люблю беседовать при посторонних. Напоминаю, в тот раз я тебя не выдал.

Кристиан не ответил, но сложил руки на груди – добрый знак. В такой позе удар исподтишка не нанесешь, а подозрительное шевеление губ Гвен заметит, иначе плохой из него магистр.

– Так чьи амбиции я удовлетворяю?

Будто дразня, Кристиан прошелся взад-вперед.

– Твоей невесты. Даже не верится, что ты так глупо попался! Детально изучил родословную нашей семьи, отыскал Бри, а вот Марианне поверил на слово.

– На что ты намекаешь? – прорычал младший Лабриан.

Кадык его дернулись, глаза полыхнули демоническим пламенем.

Ректор на всякий случай сгруппировался, приготовился встретиться с вызванным братом существом из другого мира.

– Вспомни арену, ночь, когда ты встречался с Марианной. Ты еще обвинял меня в попытке убийства.

– И? – Кристиан пока не улавливал связи.

– Что ты ей передал, твоей разлюбезной невесте, столь отчаянно пытавшейся понравиться матушке. Марианна из кожи вон лезла, не видел, чтобы она прежде так улыбалась. Вот как хотела наследство получить! Не свое, так чужое. Твое наследство, Крис, если ты до сих пор не понял. И не только денежное.

Младший Лабриан замер, а потом решительно отмел предположения брата:

– Вздор! Ты защищаешь свою невесту и только.

– Моя хотя бы родословную не прячет и демонов на меня не натравливает. Марианне ведь не суть важно, кто из потомков Марша Видера останется в живых и проведет ритуал. Она и на меня в Ньюдоре чуть ли не с любовью смотрела.

– Лжешь!

На этот раз шипящий шар едва не лишил ректора руки. Но господин Лабриан уклонился, и пострадала какая-то хозяйственная постройка – заклинание снесло одну из стен.

– Шалят твои нервы, Крис! – неодобрительно покачал головой Гвен и отряхнул пальто от строительной пыли. – Или таки сомневаешься в невесте, раз так бурно реагируешь. Если сомневаешься, правильно делаешь. Твоя Марианна – прямая наследница предателя, правда, ненавидит Британи не меньше тебя. Из-за нее ее пра-прапрабабушка в свое время лишилась всего. Если ты помнишь, до Бернадет Перлис Зант успел пожить с одной женщиной, даже предложение ей сделал, но так и не женился, променял на жену друга. Но Марианну сантименты не волнуют, она хочет Черную башню. Зачем, полагаю, объяснять не нужно.

«И так, по мелочи, посох Безмолвия, который ты откопал в могиле предка, – мысленно добавил ректор. – Только вот сделанный тобой щедрый подарок я вчера забрал. Посох останется в семье, не попадет в алчные ручки темной бабенки».

Кристиан напряженно молчал. Грудь его высоко вздымалась от частого дыхания, ноздри с шумом втягивали воздух.

Обойдя брата по дуге, Гвен оказался буквально в паре шагов от него.

Все решится сейчас. Либо Кристиан поверит, либо одним Лабрианом в Ромире станет меньше.

– Ты лжешь! – склонив голову набок, упрямо повторил младший из братьев. – Марианна любит меня и разделяет мои убеждения, даже мою ненависть. Если ты оправдал, забыл…

– Я живу настоящим, – оборвал его ректор. – Я живой, Крис, а ты мертвый. Посмотри на себя! В кого ты превратился? Где блестящий темный маг, где гордость отца? На что ты растратил свой дар? На иллюзии, Крис!

– И это говорит тот, кто всю жизнь за ними прячется! – криво усмехнулся Кристиан.

Гвен прикусил губу. Как ни прискорбно, но брат прав. Иллюзии помогали соткать идеальный мир, сбежать от проблем.

– Никудышные у Марша вышли потомки! – угрюмо пробормотал он. – Один – трус, другой – слепец. Остановись, Крис!

Ректор рискованно вплотную приблизился к брату и положил руку на его предплечье.

– Остановись и подумай о себе.

– Для меня нет места в Ромире.

Кристиан скинул его руку, сделал пару шагов по направлению к дому Орувов и остановился. Выходит, чего-то ждал, не обрывал последние нити.

– Но кроме Ромира есть другие страны, – уцепился за дарованную возможность исправить непоправимое Гвен. – Вдобавок можно добиться помилования.

– Ты сам в это веришь? – хмыкнул младший Лабриан.

Брат чувствовал, он колеблется. В душе затеплилась надежда. Неужели получится, неужели удастся!

– После женитьбы на Британи Орув я смогу многое. Король прислушается ко мне, не сможет не прислушаться, – подчеркнул ректор. – И в ордене тебя восстановят.

– Больно надо! – фыркнул Кристиан. – Интересно, они до сих пор ищут вора или таки сообразили?

– Мальчишка! – Гвен хотел пожурить, но губы против воли сложились в мимолетную улыбку. – Зачем ты так рисковал?

– Чтобы доказать свое право на все, что собираюсь сделать.

– И что же ты намерен сделать?

Улыбка померкла. Ну да, осенью брат собирался убить короля, глупо было ожидать, будто он довольствуется только разрушенным замком. Некогда Черный граф правил тем, что в дальнейшем стало основой королевства Ромир.

Однако Кристиан не пожелал откровенничать:

– Хватит болтовни! Либо помоги, либо проваливай!

И он быстрым шагом отправился вниз по улице.

– Ты сам выбрал, Крис! – горестно прошептал ректор и опустился на корточки. – Свидетели духи и небеса, я пытался.

Снег превратился в холст для пентаграммы. Гвен вывел ее быстро, ловко орудуя перстнем, не пальцами – так надежнее. Не сводя взгляда с удаляющейся фигуры брата, он мысленно прикинул, за сколько тот доберется до дома Орувов, и активировал рисунок. Пентаграмму окутала дымка заклинания призыва. Порыв внезапно налетевшего ветра чуть ли не до небес взметнул языки алого пламени. Когда оно опало, из образовавшейся внутри рисунка бездны выбрался демон. Сначала показалась голова, затем туловище. Когтистые пальцы потянулись к Гвену. Осклабившийся демон предвкушал легкую добычу, но ректор быстро показал, что здесь хозяин, заставив его со стоном припасть на одно колено.

… А жители окрестных домов продолжали мирно почивать, убаюканные наложенной на улицу иллюзией.

– Хорошая попытка, но неудачная!

Ректор дернул за призрачную веревку, сковавшую горло демона, и тот с хрипом повалился в снег.

– А теперь, когда ты признал мою власть, слушай приказ. Видишь того человека? – Гвен указал на едва различимый в темноте силуэт брата. – Заберешь его в свой мир. Убивать не убивай, просто устрой так, чтобы он не вернулся. Сделаешь, я подарю тебе свободу.

Господин Лабриан погладил перстень с неприметным голубым камнем, отчего пламя под кожей левой половины лица демона вспыхнуло сильнее.

– Поиграли в шахматы, называется! – буркнул житель другого мира и пожаловался: – Надоели вы, магистры! Других хотя бы убить можно.

– Ступай! – поторопил его Гвен и развеял призрачную веревку.

– Больше никого не трогай! – запоздало вспомнил он о Кевине.

С юного некроманта станется вступить в противоборство с демоном.

– Это как получится, – оскалился собеседник и, скрыв страшное лицо под глубоким капюшоном, тенью последовал за Кристианом.