Глава 103. Сплетни про соседок

Тимофей вместе с участковым мчались в очередную деревню, ловя встречных насекомых и пыль лицом. Они перескакивали с кочки на кочку, проезжали овраги и нехоженые тропы.

— Так короче, — объяснял Алексей.

— Ну, да, — откашливался и плевался очередным кузнечиком Тимоха.

Он вроде и рот держал закрытым, но все равно насекомые ухитрялись набиваться и в нос и в рот. В джинсах завибрировал телефон. Тимофей сразу же вытащил его и нажал на зеленую трубку. На душе потеплело, было приятно услышать Валин голосочек. Какая же она милая и родная девочка. Пока он пытался с ней поговорить, пришлось проглотить несколько мушек и подавиться большой жирной мухой.

Откашлялся, обещал перезвонить. Напоследок Валя сообщила о своем сне. Тимофей понял, что это все не просто так, а тот сон был вещим. Попросил Алексея остановиться, и стал звонить Илюхе, но тот трубку не брал.

— Разворачиваемся и едем домой, — спокойно сказал Тимоха.

— Так мы только начали объезд, — возмутился участковый.

— Ну, не только, часа полтора, а то и два уже прошло. Едем обратно, очень надо.

Тимоха внимательно и с каким-то внутренним давлением посмотрел на Алексея. Тот как-то сразу стушевался под напором Тимохиной харизмы, и согласился. Домчались до дома за полчаса. Тимофей сразу спрыгнул с мотоцикла и побежал в дом, снимая по дороге шлем.

— Илюха, Илюха, — влетел он в избу.

Однако комнаты его встретили тишиной. Участковый топтался около калитки, не решаясь войти. Откуда-то донесся голос Ильи. Тимофей остановился и прислушался.

— Тимоха, я тут, в бане, — крикнул Илья.

Вместе с Алексеем кинулись к бане. С наружи дверь была подперта лопатой.

— Это кто его закрыл? — удивился участковый.

— Не знаю, — пожал плечами Тимоха.

Все убрали от двери и попытались зайти.

— Вы там не сильно заходите, я тут лежу, — сказал Илья.

Его было плохо видно в полумраке бани.

— А чего ты там лежишь? — спросил Тимофей, пытаясь разглядеть происходящее.

— Поскользнулся на глине и упал, — пояснил брат.

— А куда торопился? — поинтересовался Тимоха.

Илья громко засопел.

— Ангелина приходила? — уточнил Тимошка.

— Да.

— Эээ, брат, ты бы поосторожней был бы с Ангелинкой, да и Антонина та еще стервь, — подал голос участковый. — Я, конечно, против сплетен, но поговаривают, что они еще те дамочки.

— Какие такие те дамочки, — решил уточнить Тимоха, с любопытством взглянув на Алексея.

— Ну, вот смотри. Тонька заболела, лежала пластом, рак у нее обнаружили. В городе провалялась почти год в больницах. Выписали домой умирать. Через месяц встала баба и пошла на поправку.

— Ну, мало ли, — пожал плечами Тимоха. — Это не показатель, чудеса случаются.

— Ага, вот только в тот период у многих коровы передохли, и у Скворчихи дочка померла. Правда, она у нее дурочкой была, по поселку просто так болталась. Я все боялся, что её кто обидит. Девка была кровь с молоком, здоровей не бывает, а тут хлоп и померла. Я ее на вскрытие отправил, а у нее все органы метастазами покрыты. В город анализы отправляли, сам судмедэксперт оттуда приезжал, смотрел. Говорит, что не может быть такого, что девка вчера румяной ходила, а за ночь высохла, почернела и померла. Тонька к ней на кладбище пришла с цветочками. Румянец во всю щеку, а до этого даже не вставала, — сказал Алексей и многозначительно повел бровями.

— Ну, вот вы взрослый человек, при исполнении и верите в эти сказочки? — усмехнулся Тимоха.

— Вот ты Фома неверующий, а бабка твоя чего тогда слегла? Они с Тонькой накануне поругались в пух и прах, а ночью твою бабаньку инфаркт схватил.

— Так все логично, бабушка старенькая, понервничала и сердце прихватило. А чего поругались? — полюбопытствовал Тимофей.

— Да шут их знает. Я мимо проезжал, когда они друг друга обзывали по-всякому. Как только меня увидели, так и разбежались по хаткам, — махнул Алексей рукой.

— Ясно. А чего с Ангелинкой не так?

Илюха заерзал на полу и попытался сесть.

— Вы меня простите, что прерываю ваш разговор, но я как бы тут ногу, кажется, сломал, — жалобно проговорил он.

— Илюшка, полежи еще чуток, потерпи, я хочу про Ангелину узнать. Ну так, что там с этой милой красоткой не так?

— Так в том то и дело, что она и не была никогда красоткой. Толстая, круглая, нос картошкой, лицо все в прыщах и волосы сальные сосульками висят. Как мать в больницу положили, так и она за ней отправилась в город. Приезжала сюда, за домом присматривала. А потом привезла мать сюда и в город укатила.

Приехала через пару недель, не узнать. Сначала и не поняли кто это, а она с каждым днем все краше и краше становилась. Потом по поселку слухи поползи, и она опять в город умотала, к тому же мать у нее поправилась, и девка якобы уехала учиться. Летом вот типа на каникулы прикатила. Парни то за ней стали увиваться, да стали они ноги с руками ломать, да шеи сворачивать. Двое утонули, купаться с ней ходили. В общем, держитесь от нее подальше. Она какая-то не такая. Я хоть и сплетни не люблю, но у меня работа такая за всеми присматривать.

— Спасибо, — поблагодарил Тимоха.

— Вон и твой брат уже упал, а еще даже не гулял с ней, — сказал участковый.

— Ну, все? Вы наговорились? Может теперь меня в больницу повезете? — сердито спросил Илья.

— Угу, — кивнул Тимоха.

Он стал помогать Илье встать.

— Ребятки, вот только травма у нас в другом поселке. Здесь могут посмотреть, конечно, но вот все остальное нужно будет ехать в Петровку, — пояснил участковый.

— Поехали в Петровку.

— На мотоцикле как бы не але со сломанной ногой ехать, — покачал головой Алексей.

— Не але, так не але. Где взять транспорт? — поинтересовался Тимоха.

— Сейчас я найду. Я же зимой езжу на УАЗике, а не на мотоцикле. Надеюсь заведется. Вот недавно на нем на рыбалку ездил. Ребятки, скажу я вам у нас тут такая рыбалка, — участковый решил поделиться байками заядлого рыбака.

Илюха застонал.

— Сейчас, сейчас, понял, — сорвался Алексей со своего места. — Что-то я совсем заболтался.

Потом вернулся и помог вывести Илью из бани. Усадили парня на лавку перед домом. Участковый завел свой пепелац и рванул в сторону деревни.

— Ну, все слышал? — спросил Тимоха, нахмурив брови.

— Не деревня, а Диканька какая-то, — хмыкнул Илья.

— В целом, все, что он рассказал можно делить на два, но даже в сухом остатке получается не очень.

— Думаешь, это Ангелина виновата, что я ногу сломал? — поинтересовался младший.

— Дурья твоя башка виновата, что ты ее сломал. Я чего тебе сказал?

— Ни к кому не выходить, а то худо будет.

— Нуу. Худо?

— Не то слово. если не шевелиться, то терпимо, а так ощущения, что в ногу прут раскаленный воткнули и вертят. Слушай, а как я сейчас буду в травме? Вдруг меня опять плющить будет, — спросил Илюха.

— Не должно, амулет защитит, но и ты сам никого не трогай и ни на кого не смотри. Понял?

— А то худо будет? — криво усмехнулся Илюха.

— Ого, схватываешь на ходу, — рассмеялся Тимоха. — Не кисни, прорвемся. Узнаем, что там у нас за ведьмы живут в соседях.

— А может не надо?

— А может и не надо, — согласился Тимофей. — По ходу пьесы будет видно.

Ребята стали ждать участкового.