Глава 20. Федор

Валентина до дома добралась без приключений, по дороге позвонила маме, узнать как у нее дела и как здоровье. Голос у женщины был бодрый и не такой хриплый, как в прошлые дни, хоть она еще немного подкашливала.

— Мама, ты как? — спросила ее Валентина.

— Валюша, намного лучше, чем вчера, и настроение хорошее, правда, дикая слабость, все время лежу. Чуть-чуть походишь и в сон сразу клонит. Прости, моя хорошая, но я пока за бабушкой ухаживать не могу, — вздохнула женщина.

— Я пока сама справляюсь, — отмахнулась Валя. — Мне главное, чтобы вы с бабулечкой выздоровели. Ты сама что-нибудь кушаешь? Продукты какие-нибудь нужно принести? Как я по тебе соскучилась, словно целую вечность не видела, — всхлипнула девушка.

— Ты же моя хорошая, не плачь, выздоровлю окончательно, и домой вернешься. Поесть мне Володя приносит, так я что не голодаю. Он такой хороший, починил нам крам в ванной, теперь тот не течет, гардину перевесил, все теперь ровно висит, и даже полы помыл. Говорит, чтобы я пылью не дышала. Ты бабушке звонила?

— Да, она там себе нового кавалера нашла, — рассмеялась Валюшка. — Вроде тоже на поправку идет, может к концу недели ее выпишут.

— Ну дай Бог. Ты сама как? Не замучила тебя еще бабушка? Что вы там едите? Как твоя учеба? — засыпала вопросами мама.

— Все нормально, я на неделю готовлю, это и едим. Супчик варю, два гарнира и два мясных блюда. Чередуем, едим, мне не надоедает, а бабушка вроде и не жалуется. Вставать она стала, правда, один раз упала. Батарею у нас прорвало, кот у нас завелся. В целом справляемся, — выпалила Валя.

— Ого сколько событий. Как же ты с батареей справилась? Может Володю прислать? Посмотрит, что там с ней.

— Мама, да все нормально, поменяли ее работники ЖКХ. Ничего я не платила, сосед снизу такой вой поднял, что они все быстро сделали и убежали, лишь бы его только не слышать.

— Ого, уже нашла общий язык с соседом, молодец.

Они еще немного поболтали о всяком разном и мама зашлась кашлем. Валентина пожелала ей крепкого здоровья и сбросила звонок. Как раз за это время она добралась до дома.

Клавдия Сергеевна продолжала молчать и дуться. Валя все убрала и поинтересовалась, что это все значит.

— А то, — ответила бабушка и отвернулась.

— Что?

— Как ты ко мне, так и я к тебе, — буркнула вредная старушка.

— Что не так то? — не поняла Валя.

— Я тебя вчера спрашиваю, а ты мне ничего не отвечаешь, глаза стеклянные, все сделала, как робот. Спросила, как у тебя день прошел, ты молчишь, про покойника спросила, молчишь, словно воды в рот набрала.

— Понятно, — кивнула Ваял.

— Я то уже подумала что ты пьяная, или накурилась, нанюхалась чего. Что это вчера было?

Валентина рассказала ей про вчерашний поход на кладбище.

— Да уж. Ты туда больше не ходи, а то что-то постоянно какая-то гадость получается. Конфету эту выбрось, да клепку свою, — велела бабулька.

— Конфетку Дон слопал.

— Какой Дон?

— Ну кот Аббадон.

— Аааа, понятно, ну так он теперь не просто кот, после того, как ты ему особое имя дала. Он теперь вот такое всякое с удовольствием подъедать будет.

— Ну и хорошо, — кивнула Валя.

— А ентот, покойник все за тобой шляется? — спросила бабулька.

— Не знаю, — пожала Валентина плечами.

— Ощущения какие-нибудь есть?

— Есть.

— Какие?

— Что я жрать хочу, — хихикнула Валя.

— Вот зараза, иди ешь, чего со мной лясы точишь, — рассмеялась по доброму старушка.

Валентина быстро влила в себя тарелку с супом. Коту тоже налила полмиски. Он демонстративно отодвинул от себя суп, дескать Аббадону не пристало есть жижу без мяса. Валя поморщилась, но маленький кусочек мясца ему выделила. Вот же живность с характером.

После обеда она отправилась в кабинет делать очередную контрольную работу на заказ. Разложила все на столе и приступила к расчетам. Примерно через полчаса почувствовала, что рядом с ней кто-то находится. Опять тот же запах земли, хриплое дыхание. Валя напрягла зрение и увидела, как рядом со столом обретает свои очертания призрак.

— Ну почему ты так дышишь? — не выдержала Валя.

— Потому что у меня пробиты легкие. Когда меня тот камазист сбил, то легкие пробил, — ответил призрак.

— Но ты же мертвый, — не унималась девушка. — Можно и не хрипеть так теперь. Ты мне мешаешь задачи решать.

Он отошел от ее стола и уселся на диван. Валя поморщилась, ей как-то не по душе было, что покойник сидит на диване, на котором она спит.

— Я, наверное, что-то не поняла, но мне кажется мы с тобой распрощались.

— Не совсем, — попытался он откашляться. — Я обещал тебя не убивать.

— Но ты будешь за мной таскаться?

— Скорее всего, — усмехнулся он. — Я раньше обитал на кладбище, и после смерти я другого места не знал. Все было, как в густом киселе. Потом появились вы, та девушка привязала меня к тебе и велела извести тебя. Все, что я делал было, как в тумане, я не имел своей воли, выполнял только то, что от меня хотели. Когда ты пришла ко мне на кладбище с этой водкой, я словно очнулся. Злость на алкоголь и алкоголиков разбудила меня, оборвались все привязки. Почувствовал всякие разные эмоции, словно я как прежде живой.

— И ты решил вернутся ко мне? — поинтересовалась Валя.

— Не совсем, скажем так, я хотел остаться на кладбище. Однако, когда увидел, что ты идешь совсем в другую сторону, а не на выход, то решил тебя проводить. Отогнал от тебя всяких, которые уже налипли на твою защиту и усиленно пытались ее прогрызть. Проводил тебя до дома, так и остался, назад меня что-то не тянет.

— А как ты меня мимо Тимошки провел? — полюбопытствовала Валентина.

— А мы там и не пошли. Ты же ушлепала вглубь кладбища, и я тебя вывел по другой тропинке вдоль забора.

— Уходить ты не собираешься? — поинтересовалась Валя.

— Нет. Что мне на кладбище делать? Там скучно, а тут интересно. Забирать меня почему-то не забирают, к родным возвращаться не хочется. Я подумал и решил, что буду тебе помогать.

— Не фига себе помощничек, — присвистнула Валя. — А если я захочу с парнем встретиться, любовь там и все такое, ты тоже рядом торчать будешь? А в ванной, а в туалете?

— Я обещаю за тобой не подсматривать, — поклялся покойник.

— Слушай, а вот с телефоном и Мариком история, это твоих рук дело?

— Ну, да, — кивнул мертвец. — Ты же свой рюкзак бросила, я остался охранять его. Этот гаденыш забрал у девчонок со стола телефон и бросил тебе в рюкзак. Я перекинул ему его в сумку, потом звук включил. Так этот недоделок еще к девкам подошел и сказал, что видел, как ты айфон украла.

— Вот он гад, теперь так и будет всякие гадости придумывать, — вздохнула Валя. — Тебя, как зовут?

— Федор.

— Не скажу, что мне очень приятно с тобой знакомиться, но деваться некуда. Слушай, а ты Катьку можешь напугать, так чтобы она забыла, как всякие пакости делать? — попросила Валя.

— Могу, но вокруг нее и так столько всякого разного, что и пугать ее бесполезно. Но если ты так хочешь, то могу и напугать. Ты лучше своего кота Аббадона отправь, он так больно кусается и дерется, всю морду мне исполосовал.

— Ты чувствуешь боль? — удивилась Валя.

— Получается, что чувствую, но не так, как если бы я был в физическом теле, и только от твоего кота, — вздохнул он и потер лицо ладонью.

— Слушай, Федя, все это замечательно, но мне нужно сосредоточиться и решить эту контрольную. Ты можешь мне не мешать?

— Могу, — согласно кивнул он и исчез со своего места.

На стол залез кот и стал деловито умываться.

— Что скажешь, Аббадон? Прогонять будем или пусть остается? — спросила его Валя.

Кот перестал умываться и внимательно посмотрел на Валентину, в его глазах читалось, что Федю можно и оставить.