Глава 68. Свидетельница

Валентина последние дни мучило какое-то предчувствие, но все проходило в обычном режиме, и даже экзамены ее не беспокоили, сдавалось все легко и без придирок. Пару раз вызывала Федора к себе, чтобы узнать все ли у него в порядке. Он клялся и божился, что ничего такого страшного вокруг нее не происходит, только то, что пойдет ей и другим людям на пользу.

Тимофей в последние дни не появлялся, был сильно занят, у него на первом месте были экзамены и зачеты. Валя особо и не переживала из-за этого, сама все усиленно учила. Аббадон вернул на место почищенный ковер, правда, рисунок был тот же, а вот цвет сменился с красного на темно синий. На все Валины вопросы, он делал глупое кошачье лицо и начинал усиленно фырчать. Наверное, от бабушки научился уходить от ответов.

Клавдия Сергеевна принялась за расхламление квартиры, что-то все время вытаскивала и выбрасывала, вернее отправляла Валю с кульками на помойку.

— Захламились, пройти негде, дышать нечем. Я помру, будешь несколько лет барахло выбрасывать, — ворчала бабулька.

— Может тут есть что-то нужное? — спрашивала ее Валентина.

— Вот тебе нужны детские ботиночки твоего покойного дяди? — спросила ее баба Клава.

— Нет, — удивленно ответила девушка.

— Вот и мне не нужны. Знаешь сколько тут всего хранится? Целая городская свалка.

— Вы что-то ищите? — догадалась Валя.

— Не твоего ума дело, — отмахнулась бабулька. — Вообще я пытаюсь вспомнить.

— О чем?

— О чем-то важном. Я о чем-то забыла, а вспомнить не могу. Вот старые вещи мне помогают это сделать.

— Вспомнить?

— Да, вот только вспоминается совсем не то, что мне нужно, — поморщилась она.

Бабушка отвернулась и снова принялась копаться в огромном шкафу во второй спальне. Валентина оставила ее в покое, чем бы старушка не тешилась, лишь бы с ума не сходила и не валялась колодой на кровати.

Валюшка все вспоминала встречу с цыганкой. После нее остался какой-то неприятный осадок, особенно, когда мелкая ее за косу дернула. В тот день, вернувшись домой, Валя вычесала волосы и вымыла голову. Она опасалась, что в косу могли сунуть что-то такое. Однако ничего подозрительного не обнаружила.

Перед сном она частенько разглядывала странные фотографии на стене. Последнее время они не менялись и оставались в статическом состоянии. Только худой мужчина приобрел очертания и стал похож на Федора.

Как-то она проснулась посреди ночи, словно ее кто-то толкнул. Тут же взгляд упал на те самые фото. Девушка на них не была похожа на нее, вернее вроде бы имела сходство, но выражение лица у нее было каким-то злым, как у хищницы. Да и одета барышня была слишком фривольно: прозрачные шаровары и топик на голое тело.

Когда девица с фото увидела, что Валя ее разглядывает, быстро подошла к стеклу, положила на него руки и злобно зашипела. Валентина от ужаса зажмурилась и резко провалилась в сон. Снилось ей, что она карточная дама из игральной колоды, и ей очень хочется вырваться на свободу из маленькой картонки.

В какой-то момент она увидела небольшую дырочку в своей темнице. Заглянула туда, и ничего не увидела. Вдруг оттуда полился приглушенный свет, словно кто-то включил ночник. Она сунула в дырку палец, чтобы сделать ее побольше. Оказалось, что отверстие растягивается. Пиковая дама смогла из карты выбраться полностью.

Валентина оглядела комнату. По роскошному интерьеру поняла, что находится где-то в цыганском доме. Вдруг увидала того самого цыгана на кровати, который недавно приезжал к университету на нее посмотреть. Что-то в ней такое всколыхнулось и поползло по всему телу, злоба и ярость вспыхнули ярким светом и затмили ее разум.

Очнулась Валя только тогда, когда дело было сделано. Она даже на кровать смотреть не стала. Инстинктивно подобрала с пола карту, повертела в руках и сожгла. Как только картонка сгорела, так и Валя проснулась. Во рту все пересохло, по лбу катились крупные градины пота, не хватало воздуха, словно не спала она, а бежала стометровку на время.

Встала с постели, на фото даже смотреть не стала и побрела на кухню воды попить. Взглянула на время — четыре часа утра. За несколько глотков выпила стакан воды.

— Валя, иди спи, у тебя сегодня последний экзамен. Будешь сидеть за партой и сообразить ничего не сможешь, — прошептала она себе.

Вернулась в комнату и рухнула на свой диван. Валя долго ворочалась и никак не могла уснуть. Боялась взглянуть на соседнюю стену, страшилась фото. Пришел Аббадон и привалился своей теплой тушкой к ее боку, зафырчал, затарахтел. Только тогда девушка провалилась в сон.

Утром еле встала по звонку будильника. Не открывая глаз, нажала на отбой.

— Вставай, все закончилось, — услышала она голос Федора.

Валю словно ужалили, она подскочила со своего места.

— Что закончилось? — спросила она, широко распахнув глаза.

Федя на нее внимательно смотрел. В этот раз одет он был просто: футболка с принтом, синие джинсы и белые кеды.

— Я за эти несколько дней, чуть не поседел, — ответил он. — Все за нашей драгоценной Розой следил.

— Зачем?

— Так ее внучка Лиля выдернула у тебя волос. Хотел у нее сразу его изъять, вот только высшие силы не дали этого сделать, сказали — присматривай. Вот и присматривал. Все думал, куда она его использует. Думал приворот организует. Оказалось, что нет. Она тульпу соорудила и приговорила барона.

— Тульпу? — удивленно спросила Валя.

— Да, твой двойник, — криво усмехнулся Федя.

— Мой двойник?

Валя невольно кинула взгляд на стену, где по ночам висели фото, но там их утром уже не было. Она вспомнила про ночной кошмар.

— Не поняла, а что там с бароном?

— Тульпа уничтожила его, на тот свет отправила, — ответил Федя.

— То есть мой двойник пришил Алмаза?

— В общем да.

— Почему ты не остановил Розу? — спросила Валя с ужасом.

— Во-первых, мне запретили, а во-вторых, тебе ничего не угрожало. Там только внешность была твоя, но заказ выполняло мистическое существо, — отмахнулся Федор.

— Ага, вот только я все это видела, — с горечью ответила девушка. — И кажется я в этом участвовала. Как мне про это теперь забыть? Лучше бы ты мне об этом не рассказывал.

— Серьезно? — удивился хранитель.

— Да, мне кошмар приснился, что я пиковая дама, которая раздавила сердце барона собственными руками. Как мне теперь с этим жить?

— Но это была не ты, — помотал головой Федя. — Это был злобный дух. Просто принял твое обличие.

Валентина на него махнула рукой и пошла умываться. В голове творился какой-то сумбур из ночного кошмара, Фединого рассказа и страшной девицы за стеклом фото. Она несколько раз плеснула себе в лицо холодной водой.

— Валя, соберись, у тебя сегодня экзамен. Выкини все из головы, и открой шкаф со знаниями. Об этой всей мистике будешь думать после сдачи.

Она отбросила все непонятные воспоминания и ринулась на кухню варить кашу себе и бабушке, поставила чайник, и стала накрывать на стол.

— Валюшка, сегодня ночью кто-то на нас колдовал, — в дверях появилась бабулька.

— Да и черт с ними, пусть они провалятся в тар-тарары, — прорычала девушка. — У меня сегодня последний экзамен. Шиш им всем, я его все равно сдам, и буду свободной, как птица на все каникулы.

— Ой, Валюшка, нельзя так про людей говорить, это же самое настоящее проклятие, — покачала головой бабулька.

— А им значит всякое творить можно? — усмехнулась она. — Чужими руками жар загребать.

— Ты о чем, милая?

— Да так, о своем, о девичьем. Вы встали? Дуйте тогда в туалет, сейчас каша готова будет, — сердито сказала Валя.

— Ой какая ты сегодня с утра неприветливая, — покачала головой Клавдия Сергеевна.

— Будешь тут с вами доброй и пушистой, когда с утра пораньше такие новости.

Бабушка пошлепала в туалет ворча что-то себе под нос. Валюшка быстро разложила по тарелкам готовую кашу, соорудила бутерброды и налила чай. Быстро все это в себя закинула. Помыла за собой посуду. Чмокнула бабульку в морщинистую щеку и побежала в универ на последний экзамен.

— Ни пуха, ни пера, — крикнула ей вслед баба Клава.

— К черту, — ответила Валя, спускаясь вниз по лестнице.

О прошедшей ночи она старалась не думать. Когда зашла в аудиторию на экзамен, то все плохие мысли остались за дверью. Она взяла нужный билет, прочитала вопросы, решила задачу и самой первой сдала экзамен. Ей поставил в зачетку пятерку.

Ближе к обеду позвонил Тимофей и поделился ошеломительной новостью.

— Представляешь, ночью барон кони двинул. Говорят, сердце остановилось. Хотя особо приближенные сообщают, что последние несколько дней его мучала туалетная болезнь. Все же Розка, наверное, его спровадила на тот свет, — рассказывал он Валентине.

— Я уже знаю, что барон окочурился, — с тоской ответила девушка.

— Откуда? — удивился Тимоха.

— Так это мой двойник его на тот свет отправил.

— Не понял?

— Я даже не знаю, как тебе об этом рассказать, — вздохнула Валя.

— Давай, я к тебе приеду и мы поговорим?

— Приезжай, — кивнула она.

На этом разговор был окончен. Валентина положила трубку и стала ждать, когда подъедет Тимофей.