Глава 50.

Глава 50

Свадьба. Сама по себе — событие. Но двойная свадьба, да ещё и в поместье де Бревиль, куда пригласили не только аристократок, но и городских дам, — это уже явление, которое обсуждают за чаем, при свечах, и ещё лет двадцать после.

Сюзанна стояла перед зеркалом в своей комнате, а Жанетта поправляла последние складки на лифе платья. Наряд получился лёгким, струящимся — шёлк сливочного оттенка, без излишнего блеска, с глубоким квадратным вырезом, подчёркивающим изящную линию плеч и ключиц. Тонкие кружевные рукава доходили до локтя, а спина открывалась едва, вуалируя смелость вуалью из тончайшего фатина.

— Это не платье, — прошептала Камилла, входя в комнату. — Это вызов. И пощечина всем пышным курицам столицы.

Она сама была одета в подобное платье, но голубоватого оттенка, с вышитыми вручную лилиями по подолу. На ней было ожерелье, подаренное Сюзанной, — изысканное стекло с отблеском сапфира, выдутое мастерами завода. Волосы были уложены в пышный, но строгий пучок, скреплённый заколкой в виде листка лавра.

— Ну, я старалась, — скромно ответила Сюзанна, поправляя серьги. — Хотя главным украшением сегодня будет лицо мачехи.

---

Когда невесты вошли в банкетный зал, гости притихли. Даже оркестранты на миг забыли вступить в вальс. Всё внимание было приковано к силуэтам, мягко скользящим по мозаичному полу.

— Боже, это не платье, а поэзия, — выдохнула баронесса де Ла Монт.

— Кто шьёт такие чудеса? Откуда этот крой? Он будто бы делает фигуру… сказочной.

— Это Жанетта, — с улыбкой сообщила Камилла, не забыв добавить, — и немного земной фантазии…

Гостям были вручены подарочные комплекты: пары цветных бокалов с тонкой росписью, фарфоровые тарелки с золотой каймой и флаконы с ароматным мылом и кремами. На крышках коробочек — тонкая гравировка: «De Bréville». Инициалами нового бренда, который уже начали перешёптываться в торговых лавках.

— Вы слышали, мадам? — прошептала одна из гостей подруге. — Эти мыла делают из трав, которые выращивают тут же, в теплицах! И говорят, умыться им — всё равно что искупаться в лепестках.

Сюзанна услышала этот шёпот и едва сдержала довольную улыбку. Мачеха сидела рядом с ней — в платье благородного винного цвета, украшенном скромной вышивкой. Выглядела… почти сдержанно. И даже немного тронуто, глядя, как одна из дам гладит по руке Камиллу и что-то восторженно шепчет.

— Не ожидала, что этот день будет… настолько красивым, — пробормотала Розетт. — Даже я чувствую себя… не как мачеха Золушки.

— Возможно, это потому, что мы сегодня не в сказке, а в деле. А в деле — каждый получает по заслугам, — ответила Сюзанна с мягкой иронией.

---

Лука подошёл ближе, когда зазвучала медленная музыка. Он протянул руку:

— Разрешите пригласить на танец даму, которая сегодня выиграла не только сердце города, но и битву вкуса?

— Только если вы не наступите мне на платье. Оно — последняя линия обороны между мной и обществом.

— Я танцую аккуратно. И восхищаюсь дерзостью тех, кто шьёт не платье — а легенду.

Когда они закружились в танце, гости расступились, аплодируя. Сюзанна поймала взгляд Розетт — и впервые увидела в нём не вызов, а что-то похожее на уважение.

Пусть маленькая месть была кружевной, но эффект от неё — грандиозный.