17

Эвелин сделала глоток шампанского и уставилась на молодую блондинку, которая, стоя рядом со своим мужем, флиртовала с Алексом. Неслыханная наглость.

Злость растворялась в крови как алкоголь, который она вливала в себя уже полчаса. После ужина, Алекса окружили партнеры и он пропал, оставив ее одну. Точнее со своим дедом.

— Эвелин, скажи мне, Алекс что-то говорил насчет того, куда вы поедите в свадебное путешествие?

— Что? — удивленно переспросила Эвелин, совершенно не слыша его вопроса.

— Свадебное путешествие?

— Алекс ничего не говорил.

— Тогда советую наш скромный домик в горах. Там очень красиво и можно покататься на лыжах.

— Думаю мы не сможем..., - она вдруг запнулась и заметив, как блондинка что-то шепчет ее мужу, быстро отдала бокал Кристоферу и направилась к ним.

— Кому-то сейчас не поздоровится, — усмехнулся Кристофер и сделал глоток из бокала, наблюдая за невесткой.

Он не слышал, что именно сказала Эвелин, но то, как удивленно вскинул голову внук и что еще важнее, как быстро отскочила леди Кроуфорд, могло означать только одно, она хороша.

— Великолепно!

Пожав плечами, Кристофер нашел взглядом Френки и улыбнулся.

— Как долго нам еще нужно здесь находиться? — спросила Эвелин, желая стереть с лица блондинки эту наглую ухмылку.

— Можем уйти, если хочешь, — улыбнулся Алекс, поняв, что Эвелин приревновала его. — Дедушка ничего не сказал тебе?

— Нет. Только спрашивал куда мы поедем в свадебное путешествие.

— И что ты ответила?

— Сказала, что мы не сможем уехать надолго.

— Почему? — удивленно спросил Алекс и Эвелин поняла, что нужно придумать вескую причину.

Он еще не знал, что после свадьбы она привезет девочек к ним и оставить их надолго будет просто невозможно.

— Я думала, что у тебя дела.

— Нет ничего важнее, чем моя жена, — он вдруг склонился к ней и поцеловал в губы, заставив вспыхнуть от смущения.

— Алекс?

— Да, милая? — он наслаждался ее румянцем и нежно поглаживал скулу.

— Все смотрят.

— И пусть. Ты моя невеста, — пожал он плечами.

— Мне неловко, — она подняла на него глаза, и он едва не утонул в этой зелени.

— Эви, пора привыкать к тому, что я буду целовать и обнимать тебя, где и когда захочу.

Прижавшись головой к его плечу, она почувствовала легкий поцелуй у виска, а затем крепкие объятия. Он предвидел, что вызывающее поведение леди Кроуфорд вызовет реакцию, и намеренно избегал вмешательства, желая понаблюдать за тем, как Эвелин поведет себя, когда другие женщины попытаются приблизиться к нему.

Пусть это выглядело неподобающе с его стороны, он испытывал удовольствие от проявления ее ревности. Ведь он сам склонен к подобному чувству — они оказались удивительно совместимы.

Заметив, что Френки внимательно следит за Эвелин, он покачал головой, зная, что именно дед попросил приглядывать за ней. И в данном случае, чтобы никто не посмел обидеть ее.

Попрощавшись с гостями и дедом, они покинули особняк Кристофера и вернулись домой после полуночи. Алекс уговорил Эвелин посидеть с ним в гостиной и выпить немного. Но когда она сказала, что уже выпила у Кристофера почти два бокала шампанского, он попросил Стенли приготовить им чай.

— Думаю, выпивки на сегодня достаточно.

— А где Эштон?

— Эштон? — голос Алекса звучал настороженно.

— Твой кузен, — улыбнулась Эвелин.

— Возможно уже спит. Хотя не удивлюсь, если он забыл о времени в объятиях какой-нибудь вдовы.

— Алекс?! — Эвелин пыталась сдержать улыбку, но ей это с трудом удавалось, и они оба рассмеялись.

— Надеюсь, твой интерес носит исключительно вежливый характер?

— А что еще это может быть? — удивилась Эвелин.

— Может он нравится тебе? — спросил настороженно Алекс. — Вдруг ты поняла, что не на того поставила? Он молод, хорош собой…

— Алекс, — рассмеялась Эвелин, выставив руку. — Ты ошибаешься. Ты все, что мне нужно!

Возникшая тишина и напряжение вдруг заставило ее осознать, что она произнесла эти слова вслух.

— То есть, я хотела сказать, — она махнула рукой, показав на него, — ты меня устраиваешь.

— Правда? — улыбка Алекса была обворожительной и чересчур самодовольной.

Он точно понял, что именно она хотела сказать на самом деле. Покраснев от своих слов, Эвелин молча взяла чашку и сделав пару глотков отставила ее и поднялась.

— Если ты не против, я бы хотела подняться в комнату. Слишком насыщенный вечер.

— Тебя проводить?

— Не нужно. Ты можешь выпить, — она улыбнулась и уже хотела уйти, но Алекс вдруг остановил ее, схватив за руку.

— Спокойной ночи, Эви, — с улыбкой произнес Алекс, и коснулся ее губ в собственническом жесте, запуская руку в волосы и сильнее прижимая к себе.

Потеряв ориентацию в пространстве, Эвелин не сразу поняла, куда она идет и зачем, и лишь помощь Стенли помогла ей найти выход из гостиной. Всю дорогу, что она поднималась по лестнице и шла в комнату, прижимала руку к губам, все еще чувствуя вкус его поцелуя.

Если он продолжит в том же духе, она падет к его ногам и признается в чувствах. Разве можно оставаться безучастной, когда он так сладко целует?

Чего не хватало Скарлетт Виндзор?

Да он же настоящий дьявол, с прекрасными, чувственными губами и телом. Алекс Оливер Кинкейд мог похвастаться всем. Умный, образованный, красивый, богатый, внимательный и добрый.

Что еще нужно для счастья?

Любви? — прошептал внутренний голос, и сердце Эвелин сжалось.

Всю ночь она проворочалась, споря с собой и своим внутренним голосом, защищая Алекса в том, что он ничего не обещал ей. Она осознанно пошла на этот шаг, зная, что он не любит ее.

Ее чувства ей известны, но это не значит, что и Алекс воспылает к ней такими же. Да, он может быть милым и заботливым, но это не значит, что он влюбится в нее и будет боготворить до конца своих дней.

И это он еще не знает про девочек.

Как только она вспоминала об этом, тут же зарывалась лицом в подушку и отчаянно стонала, боясь его реакции.

Отказаться он не мог, договор обязывал его помочь ей. Но он мог вести себя грубо с девочками. А этого она не пережила бы. Пусть он будет груб с ней, только не с девочками, которым и так не сладко. И если так случится, она попросит его отпустить их.

Они могут быть в браке, но жить раздельно. Не встречаться.

И все же в глубине души, она лелеяла надежду, что он простит ее, и проявит к ним сострадание и заботу. Их невозможно не любить. Оливия и Элла милые крошки, которые могут очаровать кого угодно. Даже такого человека как Алекс.

Так и проворочавшись до утра, Эвелин задремала буквально на час, а когда прозвенел будильник, ее голова так сильно раскалывалась, что она, отключив его, снова провалилась в сон.

Стук в дверь она не слышала, как и тихих шагов Алекса. А также она не почувствовала, как его губы прикоснулись к ее губам и что-то прошептали.

Как только он спустился, застав Стенли у стола, отдал распоряжение не будить Эвелин.

— Как только она спустится, дай мне знать. Я буду в кабинете. И сделай так, чтобы Эштон не рыскал в ее поисках.

— В чьих поисках я должен рыскать? — кузен появился вовремя, давая возможность Алексу объяснить все самому.

— Эвелин вчера выпила лишнего и все еще спит, поэтому не ходи рядом с ее комнатой. Она спустится, когда будет готова.

— Я следил за ней вчера, — сказал он, присаживаясь на поздний завтрак и давай знак Стенли обслужить его. — Она выпила всего бокал. А второй едва пригубила, когда женушка Генри Кроуфорда решила пофлиртовать с тобой.

— И ей этого хватило. Она вообще не пьет.

— Правда? — улыбнулся Эштон, вонзая вилку в бекон. — Настоящая удача, найти такое сокровище, не так ли?

Алекс сжал кулаки и закрыл глаза считая до пяти.

— Ты прав. Мне невероятно повезло с Эвелин.

— Я буду с нетерпением ждать, когда ты облажаешься и она окажется свободна, — проговорил с улыбкой Эштон, но в его глазах мелькнула холодная расчетливость. — Такая женщина, как Эвелин, достойна настоящего мужчины. А не того, кто женится на ней только ради наследства.

Алекс напрягся. Он знал, что кузен не просто так задерживается в его доме. Эштон всегда охотился за тем, что принадлежало другим. И теперь его цель была очевидна — Эвелин.

— Она никогда не будет твоей, — тихо, но жестко сказал Алекс.

— Посмотрим, — усмехнулся Эштон, откидываясь на спинку стула. — Ты же знаешь, я умею ждать. Какого черта?! — неожиданно воскликнул он, смотря на мокрую и обожжённую руку.

— Прошу прощения, лорд Эштон, — хладнокровно проговорил Стенли. — Рука дрогнула.

Поняв, что это был всего лишь маневр, чтобы отвлечь его, Эштон злобно уставился на слугу и схватив салфетку стал оттирать рукав и кожу, которая уже покраснела.

— Стенли будь внимательнее к нашим гостям, — проговорил Алекс, в словах которого сквозила улыбка. — Мы же не хотим, чтобы они покинули нас так быстро, сообщив о своем недовольстве дедушке, верно?