Глава VIII. Неудачный день

Весь день Фрезия провела в хлопотах.

Убиралась, мыла, чистила и готовила.

В прихожей ей пришлось перемыть всю обувь и начистить ее до блеска, а в кухне отмыть грязную печь до сверкающей белизны. Потом ее рвение переместилось в гостиную, и девушка почти час хлопала на улице пыльный ковер, благо ее магия позволяла поднимать такую тяжесть, и водружать пыльную большую вещь на высокие перекладины столбов во дворе.

Затем она принялась за уборку в мрачном кабинете, где ее напугала белая птица в клетке, которая едва Фрезия запела веселую песенку, начала вдруг заливаться трелями, а потом и вовсе выкрикнула пару непонятных слов, окончательно обескуражив девушку. После обеда она переместилась на лестницу и спальни для дальнейшей уборки. Естественно, что ей помогала ее магия, и порой вторая метла, мела с нею рядом, а вторая тряпка так же мыла пол, следуя за девушкой, в тех местах, где Фрезия уже прошлась своей тряпкой. Только благодаря волшебству, которым она была одарена с детства, ей удалось отмыть до блеска весь большой дом, который не убирался наверное пару месяцев или даже больше.

Немного отдохнув в кресле, к вечеру, она задумала приготовить вкусный ужин, и с рвением принялась за дело, предварительно вновь посетив лавку мясника и молочника.

Руслан появился на кухне в самый разгар приготовления некоего ароматного блюда, в тот миг Фрезия что-то быстро мешала в большой шипящей сковороде. Даже не оборачиваясь к нему, она почувствовала его присутствие сзади и произнесла:

– Как хорошо, что вы уже вернулись, господин Мрачный, я как раз готовлю ужин.

Он лишь усмехнулся, понимая, что ее магия явно способствовала тому, чтобы распознать его приближение.

– Вкусно пахнет, Фрезия, – отозвался он, отмечая малейшие жесты ее проворных рук.

Подперев плечом косяк и скрестив руки на груди, он остался у входа, наблюдая за ней. Девушка перемещалась от сковороды до бурлящей кастрюли, к миске с овощами и обратно к плите. Он чувствовал, что ему нравится на нее смотреть. Как она хлопотала по кухне. Но это «нравится» ему совсем не нравилось.

– Может накрыть ужин в столовой? – поинтересовалась она, обернувшись к нему на миг.

– Почему бы и нет, – ответил он безразлично.

– Вижу, вы расстроены, – сказала она, доставая из-за овощей пузатую банку со сливками и кидая в его сторону изучающие взоры. – Вас не взяли?

– Вы правы, – вздохнул он. – Оказывается министерство постаралось, как следует, все в курсе, что я царев изменник. Оттого все бояться брать меня на службу.

– И как же быть? – спросила она, пытаясь открыть тугую крышку у банки.

– Завтра пойду снова, в другой конец города, может, не все настолько осведомлены о моей персоне.

– Верно. Не надо опускать руки, – кивнула она, согласившись с ним. Она быстро подошла к нему и протянула банку со сливками. – Откройте, пожалуйста.

Он помог ей, протягивая и банку и крышку.

– О, как бы я без вас обошлась, вы очень сильный, – начала она.

– Фрезия, – пробубнил он, строго взглянув на нее, пресекая ее речь с комплементом.

– Я ничего такого не сказала, – она кокетливо улыбнулась и заправила темно-рыжий локон за ушко. Когда она так улыбалась, у Руслана начинало что-то сжиматься в животе и это его раздражало. А она продолжала: – Пожалуйста, посмотрите камин в столовой, а то я не смогла его включить. Там что-то сломалось, наверное. Ужин будет готов через четверть часа.

– Хорошо, – кивнул он облегченно, довольный, что она сама отправила его с кухни, так он не мог заставить себя уйти из ее притягательного общества.

Он прошел в столовую, включил верхние лампы и остановился. Все вокруг было так чисто, что даже люстра на потолке сияла. Полы блестели, пыли не было, а шторы даже позеленели, потому что их выстирали и высушили. Он быстро покинул столовую и прошелся по гостиной и коридору. Везде была идеальная чистота, которой уже давно не было в его доме. Он выдохнул и нахмурился. И как она успела за день все вычистить, помыть и еще и приготовить ужин? Ведь в доме было пятнадцать комнат. Наверняка опять применяла свою магию, для уборки. И как она не боялась лишиться лицензии? Если бы он Руслан мог применять свое волшебство повсеместно, он был бы уже богатейшим из людей. Но условия выдаваемые каждые пять лет лицензии четко дозировали применение магии.

Вернувшись в столовую, он уселся на чистый ковер, который даже пах свежестью и улыбнулся. Такой запах ковер имел только в те времена, когда была жива его матушка. Засунувшись наполовину в камин, он принялся изучать, что с ним не так и почему не срабатывает электрический розжиг, а на его лице появилась глупая довольная улыбка. В следующий миг он подумал об этой рыжей девице, о том, что она чистоплотна и хозяйственна. А еще она была весьма красива и стройна, и ее ягодицы весьма аппетитно смотрятся в ее зеленом обтягивающем платье до пола, а ее глаза…

Усилием воли он остановил свои мысли и напрягся. У него была невеста, и он любил Розу и не должен был думать об этой пронырливой девице, которая хитростью пробралась в его дом, и теперь видимо задабривала его, чем могла, ужинами, уборкой и улыбками, только бы он ее не выгнал.

Эти выводы вызвали недовольство в его душе, и быстро разобравшись, что приключилось с камином, включил его и вышел в коридор. Подойдя к голофону он набрал нужную комбинацию цифровых кнопок и услышал в ракушке знакомый голос дворецкого. На его удивление Роза подошла к ракушке-воронке быстро, едва слуга позвал ее.

– Здравствуй, милая, – тихо сказал Руслан в голофон.

– Руслан я немного занята.

– Я хотел бы увидеться и все тебе объяснить, Роза.

– Зачем? Что ты мне скажешь нового? Что с тебя сняли обвинения или у тебя появились деньги?

– Нет. Но ты должна выслушать меня! – громко прорычал он.

– Я не желаю ничего слушать!

– Ты больше не любишь меня, Роза?

– Я же тебе сказала, что все кончено! – услышал он ее низковатый недовольный голос. – И прекрати меня донимать!

Фрезия, напевая песенку, уже направилась в столовую, как нечаянно услышала возмущенный голос Мрачного. Он с кем-то говорил по голофону. Девушка замерла с салатной тарелкой прямо на пороге коридора и чуть спряталась за косяк, прислушиваясь. Она отчетливо поняла с кем он говорил, ведь имя Розы она хорошо расслышала. Поджав губы, Фрезия отметила, как он со звоном повесил ракушку. Затем она услышала его тяжелые шаги, и как он направился в столовую. Обождав пять минут, она последовала туда же.

– Сейчас принесу ужин, – произнесла Фрезия радостно, заходя в комнату, но тут же остановилась.

Столовая была пуста. Она прошла в комнату и поставила на стол тарелку с салатом, не понимая, куда делся Руслан. В следующий миг он появился из боковой двери с бутылкой в руках.

Даже не взглянув на девушку, которая обернулась к нему, он уселся за накрытый стол и начал откупоривать бутылку с настойкой. Нахмурившись, Фрезия следила за тем, как он отпил прямо из горла и быстро приблизившись к нему, пододвинула стеклянный фужер.

– Так будет удобнее, господин Руслан, – улыбнулась она ему.

Подняв на нее тяжелый взор, он задиристо произнес:

– Удобнее для кого? Для вас? Боитесь, дорогуша, что я нарушу ваш чертов этикет?

Улыбка исчезла с лица девушки, и она спокойно ответила:

– Нет, вы можете облиться и испачкать одежду. Мне же придется стирать.

– Опять начали меня опекать, как мальчишку? – процедил он уже зло.

В этот момент в столовую прискакал Лис. Он деловито взобрался на один из стульев, на котором уже возвышались пара подушек, положенных заботливой рукой Фрезии.

– Вы опять не в духе, господин Мрачный? – осведомился Лис таким царственным тоном, словно они были во дворце и обернувшись к девушке ласково спросил: – Что у нас на ужин, милая Фри, запах просто огонь!

– О! Это фрикасе из кролика и запеченный картофель с бергунским сыром, – ответила вежливо улыбаясь та и быстро открыла крышку у большой супницы. Она бросила взор на молодого человека, который даже не смотрел в ее сторону и тихо спросила: – Вам положить кролика, господин Руслан?

– Нет, – отрезал он недовольно, наливая в фужер настойку и почти залпом осушая бокал.

– Мне положи дорогая, ему не к спеху, – съерничал Лис.

Фрезия положила еду себе и Лису, и уселась напротив хозяина дома.

Ужин проходил в тишине, которую нарушали только причмокивания Лиса и цокот вилочки и ножа Фрезии. Гробовое молчание Мрачного, который ничего не ел, а только изрядно отпивал из своего фужера настойку и смотрел в одну точку, действовало на нервы другим, сидящим за столом.

Первый не выдержал Лис, который уже прикончил половину своего куска кролика и как то хмуро заявил:

– И что вы там говорили о том, что редко пьете, милостивый государь? Второй день мы у вас в гостях и второй день вы пьете как сапожник.

– Это не ваше дело, – огрызнулся Руслан, кинув угрожающий взор на фенека.

– Ох-ох, молодой человек. Как же не наше? Думаете, нам с Фри приятно сидеть за столом с горьким пьяницей, который жалеет свою никчемную жизнь.

– Я не горький пьяница и не жалею.

– Да ну! – возмутился Лис. – Именно жалеете себя. Оттого и пьете. Вы страшный эгоист молодой человек и дальше своего носа не видите ничего!

– Я не эгоист! – воскликнул возмущенно Руслан.

– Нет, эгоист. Вы даже не поблагодарили Фри, что она прибрала в вашем грязном доме. В котором даже мыши дохлые в кладовой валяются! А еще игнорируете ее ужин. А она так старалась!

– Прошу, господин Лис, не надо так говорить, – попросила тихо Фрезия. – Просто господин Руслан очень расстроен, оттого у него нет аппетита.

– И чем же он расстроен, позвольте осведомиться? – поднял мохнатые уши Лис, засовывая в свою пасть сырную картошку.

– Меня не взяли на работу ни в одной конторе сегодня, – пророкотал Мрачный в сторону Лиса. – Оттого что это проклятое министерство уже оповестило все закоулки, что мое имя вне закона! Все опасаются меня брать на службу!

– И что же? – хмыкнул безразлично светлый зверек.

– А еще меня бросила невеста, глупое ты животное! Что скажешь мне надо радоваться от всего этого?

Лис очень медленно отложил вилку, а Фрезия не на шутку напряглась, понимая, что нельзя было говорить подобное фенеку. Лис уже выпрямился на своих лапках, готовый к прыжку и прошипел:

– А что вы имеете против животных, господин Мрачный?

– Ни-че-го! – процедил угрожающе Руслан и выставил перед собой вилку, показывая что он готов к нападению.

– О господа, господа, вы что?! – заволновалась девушка. – Я испекла на десерт пирог с клюквой, принести?

Эта ее фраза чуть остудила пыл и Лиса и молодого человека и они даже немного успокоились.

– А вы не думали о том, что ваша невеста никогда вас и не любила, раз бросила так скоро? – спросил вдруг Лис, медленно садясь на лапки и вновь взяв миниатюрную вилку с ножом.

Эта фраза явно вызвала в Руслана заминку и он задумался. Через минуту он поднял глаза на Фрезию и на удивление всех очень вежливо попросил:

– Я бы съел вашего пирога, Фрезия.

– О, я сейчас! – она тут же поднялась с места и убежала в кухню.

Едва Лис и Мрачный остались наедине, молодой человек обратил свой взор на Лиса и сказал:

– Надеюсь, что вы ошибаетесь на счет Розы.

– Запомните, молодой человек, я никогда ни в чем не ошибаюсь, – ответил важно Лис, продолжая невозмутимо резать картофель на своей небольшой тарелочке. – И советую вам забыть эту вашу Розу, у которой шипов оказалось больше, чем аромата. И еще дам вам совет. Завтра отправляйтесь в квартал Картежников. Там много лавок и мастерских, которые вне закона. Они наверняка возьмут вас на службу, ведь им далеко наплевать на указы царя и министерство Правопорядка.

– Думаете они не побояться связываться с человеком вне закона и под арестом?

– Скорее всего. Но все же уведомить их, что вы под надзором полиции следует, чтобы для них не было сюрпризов. На улице Шулеров есть лавка жестянщика, он торгует всякими металлическими штуковинами. Скажите, что вы от Лиса Опасного, он возьмет вас без лишних расспросов.

Оба замолчали, и спустя пару минут Руслан тихо поблагодарил:

– Спасибо вам, Лис.

– Не за что. Что ж вы думаете у меня не было трудных ситуаций? – усмехнулся зубастым ртом фенек. Это разительное различие между его милой внешностью пушистого безобидного маленького лисенка, и внутренним матерым характером хищника было просто невыносимо. Лис добавил: – Мне тоже помогали. Только не подведите меня, молодой человек, я этого совсем не люблю…