28. Планы

Опушка возле мелкого ручья среди многовековых деревьев показалась мне самым лучшим местом под строительство вольера. И даже не одного, а целых двух, потому что Уголька нужно было отселить от Труляля и Траляля. Да, у меня оказалось специфическое чувство юмора, я просто не знала, как обозвать этих двух шебутных дракончиков, которые внешне были копией друг друга. Ещё бедные существа боялись почти всего, страшно подумать, что они пережили в том подземелье. Гораздо позже, изучая этих драконят, я заметила порезы и странные шрамы у них под крыльями. Словно у них если не кровь брали, то делали какую-то пункцию. Но в этом времени разве слышали про такое? Или я крупно ошибаюсь?

Справочник доктора Гибсона пришёлся как раз кстати, когда я решила изучить золоторогих императорских драконов. Эти маджестики были самыми миролюбивыми среди драконов. К удивлению, ментальных способностей или чего-то такого у них не было. Этот вид драконов гнездился возле больших водоёмов, питался преимущественно рыбой. Вся ценность их была именно в крови, которая наделяла драконов усиленной регенерацией и сопротивляемостью к ядам и болезням. Такая защита от других драконов и хищников. 

— Так, для Уголька строим там! — я ткнула пальцем в сторону раскидистого дуба. — Делаем искусственную горку из камней. И… что-то наподобие небольшой пещеры, — я достала сложенный лист бумаги и показала свой набросок местному прорабу. Невысокий коренастый мужчина с густыми пшеничными усами довольно фыркнул и поесал затылок. — Только не из кирпича, а из камня! Я видела неподалёку отсюда целый овраг такого добра. 

— Хорошо, — мужчина кивнул.

— Сверху делаем купол из тонкой металлической сетки, — я показала вторую заготовку. — Металла в поместье предостаточно. Сможете?

— На это уйдёт какое-то время, мисс Смит.

— Ничего страшного, — вторила кивком, а затем развернулась на сто восемьдесят градусов. — Для Труляля и Траляля нужно сделать вольер возле ручья. Эти ребятки миролюбивые, поэтому берём вот те кусты, делаем насыпь и что-то вроде лисьей норы вот в тех цветущих зарослях. Нужно будет выкопать канавку, чтобы вода была и в вольере. Небольшую такую запруду, в которую могла бы заплывать рыба. Сверху купол из той же металлической сетки.

— Могу я забрать ваши наброски?

— Конечно! — я сунула мужчине в руки исписанные листы бумаги, на которые я старательно перенесла рисунки из справочника. — Вот тут нужно будет сделать дорожку. И расположить вольеры таким образом, чтобы те кроны деревьев закрывали их. 

— А дорожка?

— Дорожку замаскировать, она должна сливаться с травой и окружающей местностью. Наверное, подойдёт дерево, трава и камень. Не знаю, тут у меня идей почти нет. 

— Это хорошая идея!

Мы с прорабом обернулись на голос. Я даже юбки светлого платья отпустила, потому что вовсе не ожидала услышать здесь доктора Гибсона. Он вернулся!

Мужчина ещё не успел сменить дорожный костюм, весь запылённый и припорошённый мелким песком. А ещё доктор выглядел измождённым. Очень измождённым. Моя радость даже притухла чуть, когда я увидела мужчину таким.

— Что-то случилось? — подобрав поспешно оброненные юбки, я поспешила к усталому археологу.

— Они прикрыли мои раскопки. Всё, они отобрали у меня почти всё.

— Это из-за меня! — поджав губы, я виновато посмотрела доктору Гибсону в глаза.

— Нет. Это всё из-за меня! Я вступился и поплатился за это. Остаётся ещё шанс повоевать за раскопки, но это будет бумажная битва, сражение кляузников, доносчиков и простых шпионов.

— Я… я могу что-то сделать?

— Вы? — мужчина вдруг улыбнулся. — Нет, ничего, к сожалению. Я вижу, то вы зря времени не теряли! — мужчина подошёл ко мне и осторожно коснулся моего локтя, разворачивая нас к подготовленной опушке. — Прекрасное место для вольеров!

— Знаете про Генри?

— О! Всё знаю. Единственное, чего я точно не знаю, так это того, на кого больше злиться: на вас или на Генри?

— На меня! — я сжала кулак и потрясла им в воздухе. — Я виновата! Моя идея. Генри пытался вас спасти, и только. Это уже я его граблями огрела и заставила стать соучастником поимки возможного шантажиста.

— Какая похвальная пылкость!

— Доктор Гибсон, если говорить серьёзно, то у нас очень большие проблемы. 

— Больше, чем неудобства из-за трёх драконов, горгульи, совокота и феникса? — мужчина улыбнулся ещё шире, укоризненно сведя брови к переносице. — Неужели?

— Генри вам не рассказал, что я там видела?

Мой серьёзный тон убил всякое ехидство. Теперь археолог чётко прислушивался к моим словам. Настороженная мина состарила мужчину сразу на десяток лет. Я подметила это, когда с лица доктора Гибсона исчезла привычная улыбка.

— Нет, не рассказал.

— Там были десятки, если не сотни маджестиков. Разных. Я… я половины из них не знаю. Оставлять их там нельзя! 

— Согласен. Только как мы найдём их и спасём?

— Там был Загонщик. Роберт Барнс. Мы можем… как-то повоздействовать на него? 

— На открытую и кровопролитную войну с Инспекцией я не готов.

— А на шпионскую? Мстительную и очень осторожную? — хитро улыбнулась. — Нужно ещё узнать, кто строил этот дом и подземелья для почившего Мэйса.

— Так? А это зачем? — мужчина склонил голову. 

— Готова поклясться, что то подземелье и это — дело рук одного человека. Узнаем, кто это, поймём, где искать маджестиков. И нужно что-то делать с охраной и барьером. Чувствую, у нас будет много гостей.

— Это поправимо!

Доктор Гибсон отпустил мою руку, потом странно посмотрел на меня. Я поняла, что он хочет что-то сделать, но боится или стесняется. А мне хотелось успокоиться и почувствовать дружеское плечо. Я, в отличие от мужчины, не была обременена этикетом, благородным воспитанием и правилами приличия. Поэтому сделала шаг и крепко обняла мужчину, довольно фыркнув. Тот не сразу ответил подобным, смущённо кашлянув.

— Я рада, что вы вернулись. Теперь я могу выдохнуть.

— А мне кажется, что это зря. Планы у вас далекоидущие!

— Но с друзьями… — я отстранилась и, опустив руки, широко улыбнулась, — осуществить их гораздо легче!