Глава 10

Прикинув, что и сама она в данный момент выглядит где-то также как и продавец сенсации, Екатерина Алексеевна достала из-за пазухи кошель и заглянула в него. В нём оказались поблескивающие золотистым и серебристым блеском монеты.

Нет, газета ей была не нужна. А вот информация очень даже. И так как подобное притягивается к подобному, то, пока она одета, как одета — лучшего информатора, чем этот мальчонка ей просто не найти!

— Я правильно понимаю, что те, которые серебристые, менее ценные, чем золотистые? — обратилась женщина за консультацией к своему воротнику.

— Само собой разумеется! Как и в любом другом мире! — высокомерно фыркнул воротник.

— А поконкретней можно? — невозмутимо вопросила бизнес-леди и уточнила запрос. — Номинал, название валюты?

— Один златник — 25 сребников! Один сребник — 100 медников, — с одолжением возвестила наплечная информационная справка, прежде чем с запозданием сообразила, что для праздного вопроса, этот был слишком уж конкретным. — А зачем тебе?

— Десять секунд терпения и ты всё узнаешь, — загадочно усмехнулась беглянка. Вслед за чем, тютелька в тютельку вложившись в заявленные ею десять секунд, преодолела последние несколько метров, отделявшие её от продавца газет. — И почём нынче сенсации? — обратилась она к парнишке.

— Два медника! — звонко отрапортовал тот.

— Что ж два медника, так два медника, — со вздохом проговорила Екатерина Алексеевна и протянула мальцу сребник.

— Ого! — воскликнул парнишка, шмыгнув носом. — А помельче не будет?! Утро ж! — последнюю фразу он добавил таким тоном, словно она всё и всем моментально и исчерпывающе объясняла.

— К сожалению, помельче нет, — виновато улыбнулась покупательница. — И пятьдесят газет, как ты сам понимаешь, мне тоже не нужны…

— Понимаю, — грустно вздохнул мальчишка, пряча озябшие руки в рукава.

— Что торговля не очень? — с искренним сочувствием поинтересовалась Екатерина Алексеевна.

— Не очень, — пожаловался мальчонка, в очередной раз шмыгнув покрасневшим носом.

— Замёрз?

Сердце доброй женщины, которая изначально лишь планировала изобразить сочувствие, обливалось кровью, настолько жалко ей было похожего на сосульку десятилетнего, максимум двенадцатилетнего, пацаненка. На ней-то тулупчик хоть и грубый, но добротный, да и воротник… Хоть и сварливый и цены себе не сложит, но греет очень неплохо! Тулупчик же, который был на мальчонке, лишь издали казался толстым. А вблизи выяснилось, что эта довольно-таки тонкая для зимней одежонка просто на пять или шесть размеров больше нужного.

— Ага, — посетовал паренёк.

— А я, представляешь, заблудилась… — поделилась своим «горем» покупательница.

— Неместная?.. — одновременно и уточнил и констатировал продавец сенсаций.

— Ага, — кивнула неместная. — Решила сэкономить, добиралась на попутках… — вдохновенно сочиняла дитя двадцать первого века, очень стараясь выражаться как можно нейтральнее.

— И так сэкономила, что еле ноги живой унесла? — «догадался» мальчонка, явно хорошо знакомый с жестокими реалиями «экономной» жизни.

— Ага, — грустно вздохнув, закивала Екатерина Алексеевна. — Мне вообще-то в Нибелунгидскую Академию Магии надо. Не знаешь, это очень далеко отсюда?

— Пешком, пожалуй, далековато будет, а если на извозчике, то пару часов езды, не больше! — в очередной раз шмыгнув носом, ответил паренек.

Кивнув на монету, которую она всё ещё продолжала держать в руках, начинающая вербовщица информаторов решилась наконец перейти к заключительной стадии переговоров.

— Слушай, а ты не хочешь сегодня поработать моим охранником и провожатым? — предложила она. — Плачу сребник! Вот этот сребник! — ещё раз кивнув на монету, многозначительно подчеркнула искусительница.

— Хочу! Ещё как хочу! — загорелись у мальчонки глаза. — Но пока не распродам все сенсации, не могу… — грустно объяснил он. — Да и не нужен тебе охранник, тебе всего лишь изво…

— И сколько их у тебя? — не дав совестливому парнишке договорить, спросила Екатерина Алексеевна.

Ею руководило не столько желание поскорее двинуться в путь, сколько сострадание к уже замерзшему мальцу, рабочие часы которого только начались.

— Пятьдесят, — с тяжелым вздохом кивнул он на кипу газет.

— Держи, — протянула она сребник. — И ещё один такой же получишь, когда мы расстанемся с тобой у ворот академии. — Идёт?

— А то! — счастливо ухмыльнулся малец, однако сребник брать не спешил. — Надо же, как тебе досталось барышня, что ты аж настолько больше не решаешься экономить… Сочувствую! Но я тебя не подведу!

— Верю, — улыбнулась женщина и, дабы это доказать, практически насильно вложила пареньку в ладошку сребник.

И она действительно верила. Тот, кто в столь раннем возрасте за пяток медников, а она была уверена, что больше мальчонке за распространение газет не платят, стоит на таком морозе — не может быть вором или мошенником. Будь он тем или другим — и одет бы был получше и свой рабочий день начинал бы попозже, когда улицы заполнятся.

— Меня Кейт зовут, — улыбнулась «заблудившаяся неместная», прислушиваясь к ощущениям, которые вызвало в ней её «новое» имя.

— А меня Марик, — сообщил паренек, перекидывая через плечо сумку с газетами. — Пойдёмте кольцевая площадь, на которой обычно тусуются извозчики тут совсем недалеко.

Проследовав за своим новоприобретенным проводником буквально пару минут, Екатерина Алексеевна удивленно приподняла брови.

— Хммм, странно… — пробормотала она себе под нос. И остановилась, оглядываясь по сторонам.

— Ты чего? — удивился Марик.

— Мне просто кажется, что я здесь уже была…

— А-ааа, это! — махнул рукой паренек и усмехнулся. — Если ты всё время шла по самой широкой улице, никуда не сворачивая, то не переживай, ничего тебе не кажется! Ты просто, как и все неместные, навернула круг вокруг площади! — торжественно объявил он.

— Прям таки и все? — поддела своего гида незадачливая туристка.

— Угу, — кивнул мальчонка. Вслед за чем с важным видом и наставническим тоном объяснил. — Потому что такая идеально круговая торговая улица есть только у нас в Лунгдии! И больше нигде! Вообще, вообще нигде! — гордо объявил он.

— Ого, надо же! — дабы польстить своему гиду преувеличенно восторженно воскликнула туристка, отметив про себя знакомый поворот, с которого началось её путешествие по городу.

Взгляд обзорно скользнул по дороге, ведущей в лес, и завис… Ибо по заснеженной проселочной дороге из лесу несся… табун запряженных в карету скакунов. Сколько именно было скакунов, пока не позволяло определить расстояние. Однако Екатерина Алексеевна была уверена, что снова никак не меньше шести.

«А вот, вероятней всего, и разгадка того, что делала «моя» карета в лесу в такую рань», — предположила Екатерина Алексеевна, останавливаясь и дожидаясь, пока карета приблизится к ней достаточно, чтобы рассмотреть герб на её двери.

Если тысячи прочитанных ею детективных и шпионских романов её чему и научили, то это тому, что совпадений не бывает. Тем более, таких! И раз уж её мозг каким-то образом загрузили в некую компьютерную игру, то почему бы не играть так, чтобы обязательно выиграть?!

Разумеется, у бывшей главы мультимиллиардной империи и в мыслях не было — смириться и плыть по течению. Она планировала лишь сделать вид, что смирилась и согласна играть по навязанным ей правилам. Она планировала присоединиться, чтобы изучить слабые стороны противника. Она смогла это сделать однажды. Сможет и дважды.

Новоявленный двойной агент понимала, что ночное рандеву двух знатных особ в лесу вполне возможно не имеет никакого отношения к её игровому заданию. Однако игра, ставкой в которой была свобода воли и выбора, её свобода воли и выбора, была слишком серьёзной, чтобы хоть что-то оставлять на авось. Посему она решила перебдеть, чем не добдеть. Тем более, что цена «бдения» была всего-то каких-то пять минут.

— Марик, я, кажется, подвернула ногу, — схватив парнишку за руку и тем самым затормозив его, солгала всё более и более входившая во вкус агент. Вслед за чем, принялась растирать сквозь сапог якобы больную лодыжку.

— Неудачно поскользнулась? Что ж ты так неосторожно? — сочувственно пожурил её провожатый. — Слушай, а давай я за извозчиком сам сбегаю, а ты тут подожди?

— А не боишься, что сбегу? Всё же мы пять минут как знакомы? — удивилась Екатерина Алексеевна.

— Так газеты вот, — похлопал Марик висящую на его боку сумку. — И один сребник уже у меня! Так что я в любом случае не в накладе! — резонно заметил он и насмешливо добавил. — Это ты должна бояться, Кейт!

— Уел! — усмехнулась женщина. — Ладно, давай дуй за извозчиком!

Табун меж тем приближался к городской черте.

«Хммм… Даже восемь, а не шесть! Интересно, означает ли большое количество вороных в упряжи более высокое социальное положение? Или же владелец кареты просто-напросто любитель выпендриться?» — мысленно прикидывала она, в то время как изучала герб, выгравированный на дверях кареты.

Карета с табуном пронеслись мимо, не оставив после себя ничего, кроме намертво врезавшегося в память художницы фамильного герба и… неудовлетворенного любопытства. Посмотрев на свой мало того, что уютно устроившийся на её шее, так ещё и посапывающий сквозь дремоту воротник, Екатерина Алексеевна мстительно усмехнулась…

«Ну хоть какая-то польза должна же быть от этого так называемого консультанта?! А то где они, он не знает. Куда идти, тоже не знает. Всё сама, да сама!» — праведно вознегодовала она и открыла было рот, дабы поинтересоваться мнением песца по заинтересовавшему её вопросу.

Однако именно в этот момент её окликнул, спрыгнувший с козлов Марик.

— Кейт, давай быстрей! Я помогу! — скомандовал он и, подхватив её под руки, в буквальном смысле запихнул в карету. Кто бы знал, что малец столь тщедушной конституции способен аж на такие подвиги!

Плюхнувшись на противоположное сиденье и выдохнув, паренёк объяснил неместной туристке своё поведение. — Чтобы не перекрывать подход к витринам, здесь каретам запрещено останавливаться. Но я уболтал возницу! Кстати, вознице я уже заплатил, так что с тебя сребник, — деловито сообщил он.

Отвернувшись к стенке кареты типа для того, чтобы нырнуть в своё декольте (на самом деле, для того, чтобы скрыть улыбку), Екатерина Алексеевна достала из мешочка сребник и вручила горе-коммерсанту.

— Держи. И спасибо!

— Да ладно, — махнул рукой паренёк.

Карета оказалась добротной. Мягкие сиденья. Сложенные высокой горкой четыре овчинных пледа для гостей.

— Не изображай из себя героя, — улыбнулась она мальцу и, указав на пледы, скомандовала. — Дорога не близкая, а у тебя одежонка тоненькая, поэтому разбирай эту гору и кутайся.

— А ты?

— Можешь дать и мне один, чтобы ноги прикрыть, а овчинка у меня и своя есть! И ещё воротник, видишь какой! — щёлкнула она по носу песцу. Рисковала, конечно. Мало того, что зверёк мог спросонья за палец цапнуть, он ведь мог ещё и послать… И если то, почему она таскает на шее неведомую живую зверушку она смогла бы ещё объяснить (она же неместная всё таки!), то вот то, как так получилось, что зверушка умеет материться — вряд ли.

Екатерина Алексеевна понимала это и, тем не менее, всё равно не смогла себя остановить. До такой степени её раздражала узурпировавшая её шею и всю дорогу беззаботно дрыхнувшая пушистая зараза.

Впрочем, волновалась она напрасно. Песец не только ухом, но и даже получившим шелбана носом не повёл!

«Вот зараза! А ладно…» — мысленно махнула она рукой и перевела взгляд на Марика, дабы воспользоваться услугами своего новоприобретенного гида.

Однако и тут тоже её поджидал облом.

Укутавшись в пледы и согревшись, малец сладко спал.

— Ладно, посплю и я! — решила Екатерина Алексеевна. — И будь что будет!

Для разнообразия в этот раз пробуждение не принесло с собой ничего неожиданного. Лишь приятное удивление. Казалось бы она только и успела, что закрыть глаза, а когда открыла — они уже на месте.

— Что?! Что?! Что случилось?! — недоуменно заглядывался разбуженный резкой остановкой кареты Марик.

Екатерина Алексеевна по-матерински улыбнулась ему.

— Всё хорошо, мы просто уже приехали…

— Ух ты! Ничего себе! — виновато усмехнулся парнишка и озадаченно почесал затылок.

— Если хочешь, я заплачу извозчику, чтобы он отвёз тебя назад? — предложила она.

— Ты что, думаешь, я сюда только ради тебя приехал?! Ничего подобного! — гордо вздёрнул подбородок парнишка. — Я приехал сюда потому, что здесь я свои сенсации смогу продать не по два медника за штуку, а по четыре! Или даже по пять! А может даже и по шесть! Посмотрю, насколько бойко торговля пойдёт и решу! Адепты ведь тоже люди! Им тоже интересно! Поняла, мою мысль?! — хитро подмигнул «великий коммерсант».

— Поняла, — с улыбкой кивнула женщина.

— Ну ты иди, что ли?.. — разрешили ей.

— Я пойду, — часто закивав головой, пообещала Екатерина Алексеевна. — Я просто знаешь, о чём тут подумала, — замялась она. — Мне ведь уже завтра вот этот тулуп, — указала она на себя, — уже будет не нужен. А тебе бы он очень пригодился, я так думаю… — она просительно заглянула в глаза своему провожатому.

— Ну в общем, да, — серьёзно кивнул парнишка. — Правильно, я имею в виду, ты думаешь.

— Я бы могла тебя на…

— Давай просто договоримся встретиться здесь же завтра в это же время? — недослушав, выдвинул встречную инициативу паренёк.

— Тогда до завтра, Марик.

— До завтра, Кейт, — помахал рукой паренёк и бодро зашагал вдоль высокого кованого забора академии.