101

Тася

Я прекрасно понимала: Князь чего-то ждёт. Подозревала, что какой-то подставы, иначе он не вёл бы себя столь подчёркнуто нейтрально, стараясь мне даже почти не улыбаться. По-видимому, он поставил на карту очень многое и стремился по максимум обезопасить… нет, даже не себя — меня.

Я осознавала, что у Влада грядут семейные разборки, но он хотел оградить меня от них. Сделать так, чтобы никто из его близких не догадался, что я приложила ручку к его стремлению развестись с Долотовой. Хотя дело не только в разводе, скорее всего. Причин много, и вряд ли я, девочка, выросшая только с бабушкой, смогу их в полной мере осознать.

Мне бы на самом деле хотелось не отсиживаться где-то в уголке, а поддерживать его. Разговаривать с ним, отвечать что-то позитивное, обнимать, не говоря о большем. И если бы Влад хоть один раз позвал меня к себе в кабинет в эти дни, я бы, наверное, не выдержала и полезла к нему — и с вопросами, и с поцелуями.

Но он не звал.

Мне хотелось, чтобы всё сдвинулось с мёртвой точки. Хоть как-то. Пусть Долотова опять попытается меня подставить! Или пусть Влад позвонит и скажет: «Железнова, я тебя увольняю». Или вообще самый лучший вариант: если Князь сообщит, что разводится, Ирина увольняется из «Логаэда» и мы наконец можем быть вместе, не скрываясь.

Конечно, я предпочла бы что-то мирное и спокойное, однако закон подлости не дремлет. Я отлично понимала, что всё пойдёт по самому неблагоприятному сценарию. Чтобы там, наверху, кому-то было веселее — не иначе!

В выходные бабушка интересовалась, как у меня дела с Владом, насколько мы часто видимся, и так далее. И смотрела ещё хитренько так, сразу понятно, о чём думала.

— Слушай, ба, — сказала я в тот момент, накалывая на вилку солёный огурец, — как думаешь, я дура?

— Почему? — подняла брови бабуля. — Вроде нет. По крайней мере я за тобой такого недостатка не замечала. Других полно, да…

— Бабушка!

— Скажешь, что нет? Полно-полно.

Я вздохнула и закатила глаза.

— Я серьёзно спрашиваю! Просто… почему я верю Князю? — я посмотрела на бабулю столь пытливо, будто пыталась прочесть её мысли. — Вот он сказал: я хочу стать твоим единственным. И мне бы усомниться… Но я ему почему-то верю.

— О-о-о! — протянула ба, расплываясь в улыбке. — Ну наконец-то! Я уж думала, не доживу.

— Только не издевайся! — взмолилась я. — Ну серьёзно, это же нелогично. Мы во время учёбы враждовали, спорили постоянно друг с другом. Сейчас… он вообще женат! Да, сказал, что разведётся. Но ведь они все так говорят, разве нет? И мне бы задуматься: может, он обманывает. А я верю. Почему?

— Тась, — мягко сказала бабуля и погладила меня по руке, — я могла бы сказать: ты веришь, потому что любишь его, и это было бы правдой. Но дело не только в любви. Можно любить, но не верить. Ты веришь своему Князю, потому что он тебя никогда не обманывал. Это же очень просто, внученька. И именно на этом доверии, скорее всего, и выросла твоя любовь. Не будь этого факта — ты бы уж давно разочаровалась, а не пронесла с собой своё чувство сквозь годы. И он, видимо, тоже пронёс, раз подобными словами разбрасывается.

Я хотела ответить, что бабуля, наверное, права, но не успела.

— В гости его приводи, — вдруг припечатала ба, и мне пришлось вновь закатывать глаза. — Хоть посмотрю на этого героя. Заодно скажу, заслуживает ли он тебя!

— А вдруг наоборот — я его не заслуживаю?

— Вот ещё! — фыркнула бабушка, и я рассмеялась.