глава 6

— И, наконец, последнее, без протокола, – Дар Скай устало потер лицо, а затем, слегка придвинулся ко мне поближе, – только честно ладно? Клянусь бабушкой это только между нами.

Когда дед клянется именем бабушки, это значит ничто и никогда не заставит его нарушить данное слово.  Бабушка вышла замуж поздно. Дед ухаживал красиво и настойчиво, его фантазии на романтические выдумки не было предела. Но все безрезультатно. Он тысячу раз получил отказ. Светлая целительница с даром обрекающим ее на бесплодие была непреклонна. Возможность работать с аурой и ее структурой редкий дар. Такие целители единичны и уникальны. Они гарантированно востребованы и богаты. И одиноки.

Дар Скай не опустил руки и в тысячу первый раз и доказал-таки строптивой светлой серьезность своих намерений. Все было чудесно, кроме одного - жена была на много старше своего супруга.

И если  Дар только недавно подошел к половине своего жизненного цикла, то его глубоко обожаемая Дора приближалась к его завершению. Он намеренно выглядел старше супруги, хотя мог щеголять с внешностью тридцатилетнего мужчины. Он боялся больше смерти потерять свою обожаемую Дору.  И уже давно решил для себя уйти в Бездну сразу же, как только не станет любимой. Оставался один пока не решенный вопрос. Она – то попадет гарантированно на Остров Снов, как им обрести друг друга после смерти? Так вот после подобных слов можно почти ничего не опасаться - дед теперь могила. Это наш личный секрет еще с детства.

— Спрашивай.

— Почему ты не хочешь окончить эту треклятую академию. На тебя это не похоже. Ректор согласна на наши условия, что не так?

— Не так, на самом деле все! Она лжет. Я ей не доверяю. Она согласилась на Ваши условия, только чтобы Вы отвязались. Сама же настаивает на как можно скорейшей моей инициации. И итоговую выпускную практику я не могу начать без нее же – инициации.

— Вот видишь, ты удивлен. Да, именно так. Вам сказала, что сделает исключение. А мне, что в ее заведении исключения нет и быть не может. Я могу начать обучение, так как есть. Но поверь мне, пройдет не много времени, и я даже не замечу, как меня инициируют. А данная процедура в первую очередь не устраивает меня. Это мое тело, моя жизнь и я сама хочу за себя решать. А во-вторых, очень любопытно, отчего это так моей девственностью озаботился император.

— Что вам надо?! – гневно прокричала я.

Ну все, настроение испортилось. Я расстроилась и разнервничалась. Плохой признак. Значит моя интуиция проснулась и подсказывает, что меня ждет еще один неприятный сюрприз.

— Успокойся, милая. Мы решим эту проблему. А на твой последний вопрос я не отвечу - не моя тайна.

Опекун сделал глубокий вдох и затем долго и шумно выдыхал. Он выглядел погрустневшим, его взгляд долго блуждал по мне, прежде чем он снова заговорил.

— Ты, выросла.

— Я заметила, не томи!

— Почему больше не называешь его отцом?

Смотрю прямо в глаза и упорно молчу. Я пока не готова говорить на эту тему или просто не готова говорить с ним- с личным советником ЕГО. Они больше чем император и советник - они лучшие друзья с детства. Они понимают друг друга без слов и, естественно у них совершенно нет тайн. Тут, подозреваю, даже наша детская клятва «на бабушке» не работает. Если  это и единственное исключение, то для меня оно является достаточным основанием не отвечать на вопрос. Поэтому нет, не отвечу. Сложно даже сформулировать маломальский достойный ответ. А от недостойных, которых я могу придумать несколько десятков, меня накажут и лишат прогулки к эльфам.

— М да, поговорили по душам. Все понятно. Что ж,  что нужно я от тебя услышал.

Дар Скай встал из-за стола, достал из походной сумки свиток, перевязанный зеленой ленточкой, и протянул мне со словами: « Приглашение в столицу. Отказ не принимается не в какой форме, смерть тоже не причина. Честь хранить, как и приказано и никаких новых выходок».

Ну вот и последний так ожидаемый неприятный сюрприз, собственной персоной, перекочевал в мои руки. Затем советник резко развернулся и вышел из дома.

 Совсем скоро он превратится из магистра проклятий, личного тайного советника и палача императора Некроса Адриана Тланторосса, снова в доброго и заботливого деду Дара. Только я, никак не могу так переключаться. Это как переключиться из одного человека в другого. Мое сознание не может это принять. По мне так это можно рассудить так: «вначале один другого мучает и пытает, а потом резко обнимает и целует и они дружно пошли на рыбалку, причем все друг друга теперь просто обожают». Мозгодробительно! Но ничего не поделаешь - это моя единственная семья, другой нет! И я очень люблю своих опекунов.

— Про еду в этом доме все уже забыли, и желудок лечить сама себе потом будешь,– зашла бабушка Дора ворча и недовольно поджав губы, грозно посмотрела на меня. Затем поставила поднос с тарелками на стол.

— Не обижайся на него, сама знаешь, работа такая, – примиряющим тоном сказала она.

— Из года в год я слышу от тебя одни и те же слова, пора что-то поменять в расстановке слов в предложении, не находишь?

— Он заботится о тебе глупой и бережет. Пока ты не поняла этого, но когда до тебя дойдет, тебе станет стыдно!

— Он подчиненный своего господина и неподвластен своим желаниям. Он сделает так, как ему скажут, и наступит время, я чувствую это, когда он по приказу забудет о любви и заботе обо мне и превратится…

— Не могу тебя больше слушать, – всплеснула руками Дора, – эти слова… ты страшные вещи говоришь…. Я не верю… они разрывают сердце!

В глазах пожилой женщины показались слезы. Мне стало тоже больно и тоскливо. От того что, она слепо доверяет супругу и не может понять, что я игрушка в чьих-то руках и он - самый чудесный человек на свете, когда-нибудь возьмет меня и положит на алтарь чьего-то тщеславия. А мне роль жертвы совсем не подходит - я боец!

Бабушку я люблю и не могу смотреть на ее слёзы. Поэтому нужно как можно скорее успокоиться и повысить настроение, хотя бы правдоподобно изобразить это. Дора обычно быстро приходит в себя. Все-таки светлая целительница, а они все сплошной позитив.