21. Олимпиада

Есения.

Сон был сладкий, крепкий, тягучий как патока. Проспала. Я проспала в понедельник. Последний раз такое случалось, разве что, в детстве. Я не ставила будильник, потому что всегда. ВСЕГДА просыпалась заранее сама.

А сегодня открыла глаза ровно за десять минут до звонка на урок.

Влетела в ванную комнату, наспех почистила зубы, натянула вчерашнее платье, нацепила солнцезащитные очки и вылетела из подъезда.

Пролетела вихрем мимо охранника, и вошла в класс ровно спустя пять секунд после звонка на урок.

11 «А», ну, конечно.

- Доброе утро! – Так, журнал, перекличка. – Багдасарян?

- Здесь. – Даже не подняла глаз, и так видела, что здесь. Дальше.

- Васнецова?

- Здесь.

Как, здесь? Не было её на месте. Подняла глаза, не сразу поняла, что изменилось. На месте Миланы сидел Иван Смирнов, который с готовностью подарил мне приветственную улыбку и показал пальцем направо. Я перевела глаза. Милана привстала с места и помахала рукой. Она сидела за одной партой с Багдасаряном. Рука последнего лежала на спинке стула девочки.

- Милана. Ты пересела?

- Да, - сладкая улыбка и взгляд на соседа из-под ресниц, - сегодня утром.

- Что ж. – Скользнула взглядом по Тиграну, расплывшемуся в довольной улыбке. – Отличный выбор. Надеюсь, ваш тандем скажется на успеваемости Багдасаряна самым положительным образом.

И продолжила дальше, как ни в чём ни бывало.

Как показало время, мои ожидания не оправдались. Багдасарян топтался на месте. Успеваемость Миланы начала падать. Моя любимая ученица явно думала не о том. Русский язык и литература перестали быть её главными увлечениями. Их место занял мальчик.

Они стали неразлучны. Вместе приезжали на уроки на его машине. Вместе уезжали. Если Милана оставалась у меня на дополнительные занятия, Тигран ждал её на улице. Мы с ним свели общение к минимуму. Только холодная вежливость, официоз и субординация. Всё так, как я и хотела с самого начала.

Моего бывшего бригадира задержать по горячим следам так и не удалось. Он словно сквозь землю провалился. Спустя какое-то время приходили обрывочные сведения о том, что мужчина схожей наружности попал в объективы дорожных камер на подъезде к Салехарду, но взять его не получилось.

- И что думаешь делать теперь? – Аида отпила крепкий кофе, который только что сварила. Мы сидели у неё на кухне. Был выходной, но всех детей удалось отправить в гости к свекрови.

- Не знаю. – Я сделала глоток и поморщилась – слишком тёмная обжарка, горчит.

- Это были все твои деньги, да? – Не люблю, когда меня жалеют, а взгляд подруги сейчас был слишком красноречив.

- Да. Если Виктор узнает…

- Можешь не продолжать. И как таких гнилых людей земля носит? Вот почему, почему именно ты?

Я махнула рукой, и это могло означать что угодно, от «я не знаю, как носит» до «почему бы и не я, нормальная кандидатура на роль неудачницы».

В этот момент хлопнула дверь, и к нам из своего домашнего кабинета вышел Карим с телефонной трубкой в руке:

- Еся! Это знак!

- Чего? – Аида скептически посмотрела на мужа.

- Только что один из заказчиков отказался от строительства. А это значит, что место освободилось. Я могу взять тебя на ремонт!

- Ага, молодец, вовремя очнулся. Только у неё теперь ремонт под вопросом из-за говнюка-бригадира.

- Ничего! – Я даже приподнялась со стула. – Я что-нибудь придумаю. Я… Я продам машину!

- Свой новенький Мерс? С ума сошла?

- Ведь этого хватит? Хватит сделать ремонт?

Карим кивнул:

- Главное, чтобы хватило на стройматериалы, а уж за работы я договорюсь по отсрочке до продажи дома.

- Тогда решено! Сейчас же выставлю его на продажу.

Аида покачала головой и тут же сказала:

- Продавать будешь только со мной. Довольно с тебя дурежа.

- Как скажешь.

Время шло. Близился конец второй четверти и олимпиада по русскому языку. Нам с Тиграном снова представился случай пересечься в неформальной обстановке, пока мы ждали во дворе одной из городских школ, где проходила олимпиада. Он – свою девушку. Я – своих учеников.

Декабрьское солнышко грело совсем слабо. Я поёжилась, закутываясь в пальто, и продолжила мерять шагами внутренний двор школы. Подула на ладони и растёрла их, согревая.

- Есения Даниловна!

Обернулась и увидела его. Тигран стоял, сложив руки в карманы джинсов. Чёрная кожаная куртка была распахнута на накачанной груди.

Мы встретились глазами и оба отвели их, смутившись. Парень продолжил:

- Холодно. Вы без машины?

- Да. – Я не смотрела на него. Сунула замёрзшие ладони в карманы и переступила с ноги на ногу.

- Зачем же? – Парень нахмурился. – Пойдёмте в мою, погрейтесь. Пожалуйста.

Пожала плечами и кивнула. Почему бы и нет. Пока шли со школьного двора, он сказал:

- Здесь есть кофе с собой, совсем рядом. Я схожу. Хотите?

- Да, если тебе не сложно. Аме…

- Американо без сахара. Я помню. – Громко пикнули ключи, и машина открылась.

Я с облегчением плюхнулась в знакомый салон. Как тепло, и приятно пахнет знакомым парфюмом! Снова подула на ладошки, согревая их.

Открылась соседняя дверь, и Тигран аккуратно опустился на сиденье, удерживая в одной руке картонную подставку с двумя стаканчиками. Я спросила:

- Ты ведь не любишь кофе?

- Себе я взял чай, вот ваш американо, - он протянул мне один из стаканчиков.

Когда я принимала его, наши ладони чуть соприкоснулись. По телу сразу пробежало стадо мурашек. Да что такое со мной? Обхватила стакан двумя озябшими руками, открыла в пластиковой крышке дырочку и с наслаждением вдохнула аромат кофе.

Тигран включил радио и добавил горячего воздуха. Мы оба молчали и старались не смотреть друг на друга. Я отогрелась и буквально растеклась по сиденью – так было хорошо. Вскоре из школы потянулись первые ученики.

Завидев Милану, я тут же вышла из машины. Тигран тоже. Девочка выглядела грустной. Я спросила:

- Ну, как? Всё сделала?

Милана неуверенно кивнула:

- Вроде бы. Но было сложно, правда.

- Ничего, уверена, ты справилась!

Мы стояли втроём и чувствовали неловкость. Милана подошла к Тиграну и выразительно кивнула на машину. Я отвернулась:

- А вон и Марк!

Мы дождались рыжеволосого ботаника и узнали его впечатления:

- Я всё сделал. Думаю, я справился.

- Отлично! Что ж, теперь остаётся ждать результатов! Вы оба большие молодцы! – Перевела взгляд с одного на другую. – Хотите, отметим это дело? Скажем, в кафе-мороженом или пиццерии? Я угощаю!

Марк с готовностью кивнул. Милана скривилась и покосилась на Тиграна:

- Вообще-то, у нас другие планы.

Тигран нахмурился:

- Да? И какие?

- Какие-какие? – Передразнила его блондинка. – Другие!

- Первый раз слышу, - парень посмотрел мне прямо в глаза. – Я за!

Я не смогла сдержать улыбки, но Милана театрально закатила глаза:

- Нееет! Без нас, Есения Даниловна, окей? Нам, правда, пора!

Я пожала плечами и сказала:

- Конечно! Никаких проблем! Пойдём, Марк.

- Стойте! – Тигран шагнул ближе и едва не схватил меня за запястье. – Вы куда сейчас?

Я пожала плечами и ответила:

- На остановку, для начала.

- Зачем на остановку? Мы отвезём вас обратно!

Я даже не успела открыть рот, чтобы вежливо отказаться, как Милана меня снова опередила:

- Блин! Как – отвезём? Нам же в другую сторону!

- Затк… замолчи, пожалуйста, – Тигран процедил сквозь зубы, едва слышно, но Милана вздрогнула.

- О! Ничего страшного! – Я посмотрела на Тиграна, который сейчас готов был сжечь взглядом свою подружку. – Правда! Мы без проблем доберёмся, остановка совсем рядом! Пойдём, Марк, до свидания, ребята!

Семейные разборки – без нас, пожалуйста. И мы с будущим медалистом пошли в сторону проспекта. Я погладила его по спине и спросила:

- Какие попались задания? Расскажешь?

Стрельцов с готовностью кивнул и принялся подробно описывать упражнения с олимпиады. Я внимательно его слушала и изредка кивала.

Тигран.

Едва они отошли, подошёл вплотную к Васнецовой и прошипел:

- Ты что несёшь?

- А в чём дело? – Хлопает своими нарощенными коровьими ресницами, словно и в самом деле не понимает.

- Какого хрена ты мне перечишь на каждом слове? Что, сложно довезти их до дома?

- Сами доберутся, она же сказала! – Смотрит своими тупыми глазами, а я едва сдерживаюсь, чтобы не встряхнуть её, как следует, и не выбить из её пустой башки всю тупость. Сжал и разжал кулаки. Мысленно сосчитал до десяти.

- Я. Сказал. Что. Хочу. Отвезти. Их. Сам. – Проговорил тихо, но отчётливо.

- Я не понимаю, зачем?

Нет, она реально хочет меня довести. Сжал её плечи и процедил:

- Тебе не надо понимать. Просто заткнись, улыбайся и соглашайся со мной. Иначе – пойдёшь отсюда пешком. Ты меня услышала?

- Да. Пусти, мне больно. Псих.

Отпустил её плечи, чуть толкнув в сторону. Затем открыл пассажирскую дверь. Васнецова молча села и надулась. Так даже лучше. Когда молчит, хотя бы не бесит. Вжал педаль газа, глядя на удаляющуюся цель.

Есения.

Рядом резко остановилась машина. Я оглянулась. Снова Багдасарян. Водитель даже вышел из авто:

- Есения Даниловна! Пожалуйста, разрешите довезти вас и Стрельцова до дома. Мы с Миланой настаиваем.

Я перевела растерянный взгляд на Васнецову, которая кивнула, пряча покрасневшие глаза.

- Даже не знаю, - я перехватила сумку и посмотрела снова на Тиграна. Тот кивнул Марку и сказал:

- Сел в машину, Стрельцов! Быстро, я сказал!

Марк послушно открыл заднюю дверь и исчез в салоне.

- Прошу, Есения Даниловна. – Тигран обошёл машину и придержал дверь. Обволакивающие бархатные интонации предназначались мне одной. Спорить дальше было глупо.

- Хорошо.

Внутри было тихо. Когда мы подъезжали к богатым коттеджам, Милана сказала сквозь зубы:

- Останови.

Тигран сбросил скорость и встал параллельно тротуару. Милана бросила быстрый взгляд на заднее сиденье и сказала:

- До свидания, Есения Даниловна. Пока, Марк.

- Пока! – Сказали мы хором.

Своего парня Васнецова проигнорировала, и я поняла, что они всё-таки поссорились. После девушки Тигран завёз одноклассника, и мы снова остались вдвоём. Я задумчиво смотрела в окно, потом спросила:

- Зачем ты с ней так?

- Как? – Даже не повернул головы.

Я пожала плечами:

- Ты очень груб с Миланой. Почему? Ведь она хорошая девочка.

Заметила, как раздражённо дёрнулся уголок его рта, затем Тигран ответил:

- Пусть не бесит меня. Она нарочно это делает.

- Это не так. – Я покачала головой. – Сегодня она не сделала и не сказала ничего особенного. Ведь ты знал, с кем заводишь отношения. Она капризна, своевольна, но в том и её прелесть. Она не заслуживает такого отношения.

Тигран дёрнул плечом, не отрываясь от дороги:

- Если не уходит, значит, её всё устраивает. Некоторые по-хорошему не понимают, а только так

Я упрямо покачала головой:

- Никто не заслуживает грубости. Милана сегодня была очень расстроена. Я не думала, что ты такой жестокий, Тигран.

Тем временем мы подъехали к моему подъезду. Я перехватила сумку поудобнее и взялась за дверную ручку. Левое запястье обожгло чужим прикосновением и парень наклонился ко мне:

- Не сравнивай себя с этой пустышкой. Ты – совсем другое дело.

Скользнул взглядом по моим глазам и опустился ниже, на губы. Тело обдало жаром. Я моргнула и выскочила прочь из машины, затем наклонилась и сказала:

- Не стоит прикрывать своё хамство недостатками девушки. Что касается меня, в твоих оценках я и вовсе не нуждаюсь.

Легко хлопнула дверцей и пошла прочь. Стоя у подъезда, обернулась. Чёрная машина оставалась на месте.