Глава 24

Надия была счастлива, когда младший брат предложил ей сходить на свадьбу к его другу. Она тут же согласилась. Её никуда не звали, кроме редких семейных праздников, подруг вообще не было. В школе только и делали, что издевались над ней из-за её изъяна, обзывали калекой. В институт отец не разрешил поступать, сказал, чтобы Надия окончила какие-то курсы, он их оплатит. Девушка полгода училась парикмахерскому делу, была счастлива, что у неё будет достаточно востребованная профессия, но её мечты развеялись как дым. Салоны красоты говорили, что хромоножка будет отпугивать своим видом посетителей. Простые парикмахерские, где стриглись за небольшие деньги, имели наплыв клиентов, но везде заявляли, что она не сможет долго стоять у кресла, да и вообще, калеки им тут не нужны. Зато домочадцы и слуги экономили, потому что Надия стригла их бесплатно. Сайран поведал брату, что у Амирхана жене девятнадцать лет, она очень добрая и чуткая, поэтому Тагир уговорил отца отпустить её с собой на свадьбу. Брат надеялся, что Надия подружится с женой Амира. Так и случилось. Амелия оказалась очень доброй, они обменялись номерами телефона. Девушка сказала, что Надия может приезжать в гости. Она и ещё несколько женщин договорились дружить между собой. Остальные поглядывали на Надию и Амелию с пренебрежением, но было всё равно, девушка давно привыкла, что её ни во что не ставят. Все вышли во двор танцевать, Надия тоже любила, но делала это тайком от всех, в тишине своей спальни. В круг танцующих она не вышла, чтобы над ней не стали смеяться. Возле Сайрана кружила его невеста в накидке. Надия почувствовала, как по щекам струятся слёзы. Даже вдова смогла обрести свою пару, а ей тридцать лет и она одинока. Отец пытался искать ей мужа, но никто не желал брать в семью калеку. Многие говорили, что опасаются за здоровье внуков, вдруг они родятся такими же. Врач заверил, что болезнь Надии не передаётся по наследству. Собственно, это и не было заболеванием, просто в утробе матери что-то пошло не так и она родилась с разными ногами. Частично помогала обувь, но не скрывала хромоту. В других странах кости выращивали с помощью какой-то конструкции. В Файдже запрещено проводить манипуляции над своим телом, если болезнь не угрожает жизни и здоровью. Надия перевела взгляд на мужчину, который танцевал со всеми. Амелия сказала, что это её отец, который приехал из Лайдена, чтобы повидаться. Он ещё не стар, всего сорок четыре года, выглядит подтянутым, симпатичным, двигается хорошо в такт музыке. Надия невольно залюбовалась им и снова заплакала. Тони женат, у него есть женщина, а она вынуждена до конца своих дней терпеть боли каждый месяц. Внезапно Надия почувствовала, что пришли кровавые дни. В последние три года они появлялись вне графика, как организм сам захочет. Иногда бывало, что в начале месяца и в конце мучили. Врачи разводили руками: нужен мужчина. С её синдромом только так. Тагир уловил аромат крови, подбежал и поспешил проводить в машину. Они быстро уехали, даже не попрощались ни с кем. Надия, уже сидя в машине, обернулась и посмотрела на красавца Тони, который стоял рядом с Амелией. Домой примчались быстро. Тагир сразу же повёл в подвал, в специальную комнату. Это место оборудовали больше десяти лет назад. Обшили стены звукоизоляционными материалами, чтобы в доме не было слышно её криков. Месячные девственницы проходили болезненно, особенно при синдроме. Всё тело скручивало судорогами, каждая клеточка кожи пылала будто в пламени. Пользоваться искусственными фаллосами, которые производили в других странах, запрещалось. Девственность девушки, это честь семьи. – Утром принесу поесть. Чистая вода в бутылке на столе. Там же пачка печенья на перекус. – Хорошо. Брат ушёл, Надия знала, что его отпустят только тогда, когда всё закончиться. Она бы хотела, чтобы её отпустили раньше, возможно, прямо сейчас. Проблема в том, что она была слишком труслива, чтобы закончить всё раз и навсегда. Придётся мучиться до конца своих дней. Можно сбежать в Лайден, но тогда отец собственноручно всадит ей пулю в лоб, когда найдёт. До утра ещё было терпимо, а потом началось. Надия ходила по помещению в одних трусиках, тело горело, каждая клеточка кожи казалась обожжённой. Живот скручивало спазмами, обезболивающие уже не помогали. В комнату зашёл Тагир, поставил на стол тарелку. – Твоя каша, Надия. Девушка подскочила к Тагиру, начала тискать его. – Помоги мне, брат! Помоги, пожалуйста, я так больше не могу! – закричала девушка. – Чем я тебе помогу? – Тагир с силой отпихнул её, и Надия чуть не упала. – Ты же мужчина. – Да, и что? Ты сейчас сама сказала, что я твой брат. Я не виноват, что тебя никто не захотел в жёны. Неожиданно в комнату зашёл отец, Надия схватила покрывало с кровати и прикрылась, постанывая от боли. – Пап, я устал смотреть на её страдания, – заявил Тагир. – Что ты мне можешь предложить, сын? Я даже бесплатно готов был её отдать, но никто не взял. Одна семья соглашалась, но там парень калека после аварии, сидит в инвалидном кресле, детей зачать не может, у него всё – от стоп до пояса атрофировалось. Выдал бы я её замуж, и она бы при живом супруге мучилась так же. – Давай отправим её жить в Лайден? Там более свободные нравы, Надия найдёт себе если не мужа, то любовника точно. На лицо она у нас миленькая, да и телом изящная, только ноги подвели. Или я поговорю с кем-то из друзей, он переспит тайком с сестрой, и мы никому не скажем. – Соображаешь, что несёшь?! – взревел отец и выписал Тагиру подзатыльник. – В Лайден она не поедет, мне дочь – шлюха не нужна. Второй вариант тоже не годится. Вдруг ты в какой-то момент поссоришься с другом, а тот потом ляпнет посторонним, что у него с Надиёй было. Наша семья лишится чести. Я говорил и готов повторить. Из этого дома Надия выйдет только замуж, в противном случае пусть мучается. Умудрилась же Ида родить такую девушку, хорошо хоть ты у меня нормальный. Пошли, нечего тут торчать. Отец и брат ушли, Надия села за стол и начала есть. Её вырвало с пары ложек. Она знала, что как минимум три дня не сможет нормально питаться. Легла на кровать и почувствовала, что тело скручивает сильной судорогой, комнату огласили крики, было нереально больно. Плохо, что таблетки против такого не помогали. Тут одно спасение – секс. *** В это же время Амелия лежала на кровати с мужем и целовалась. В голове плыл туман, и было одно желание поскорее кончить. Амирхан не торопился, сминал её губы своими, потом прошёлся поцелуями по всему телу. Неожиданно он остановился на бритом паху и вдруг лизнул, потом словно решился и продолжил ласкать её клитор. Девушка не стала это комментировать, чтобы не спугнуть, она наслаждалась моментом и была безумно счастлива. Возможно, это будет единственный куни от Амира, но он решился на такой шаг, что говорило о многом. – Остановись, я сейчас, – простонала девушка. Амир не отстранился, помог кончить, потом полез целоваться. К удивлению, девушка не отстранилась, а приняла этот поцелуй с не меньшим пылом. Амелия ласкала его член чуть ранее, и Амир решил попробовать подарить ей запретную ласку, таким образом, он отблагодарит её, за то, что не бросила и не улетела с отцом. К удивлению, противно вовсе не было, наоборот, он почувствовал, что ещё больше возбуждается. Супруга протяжно застонала прямо в губы, Амир отстранился и тут же принялся лизать её соски, которые сейчас были ещё чувствительней. Руку он просунул между её ног. – У тебя уже много смазки и вход приоткрылся. – Пора? – всхлипнула девушка и начала отползать. – Иди сюда, пугливый зайчонок, – муж подтянул её к себе, схватив за ноги. – Я ещё девственница, что ты от меня хочешь? – снова всхлипнула девушка и тут же застонала. – Давай уже, сил нет, как там всё зачесалось. – Я медленно и аккуратно. Ничего не бойся. Амир начал входить в супругу, останавливался, давал ей привыкнуть и снова продвигался. Так будет только в первый раз, потом тело научится принимать мужчину, сейчас нужно быть осторожным, что он и делал. Амелия слегка поморщилась, но сказала, что ей вовсе не больно, просила продолжать. Потом она и сама стала в нетерпении насаживаться на член. Амирхан встал на колени, положил её ноги к себе на плечи, а под попу подушку, снова вошёл и принялся рукой ласкать её клитор. Супруга быстро кончила, сотрясаясь всем телом, Амир последовал за ней, но не успел вынуть член. – Сцепились. Теперь точно детей не избежать. Полежи так пять минут, сейчас меня отпустит. – А я снова хочу. Вопрос. Когда это всё кончится? – Думаю, завтра будет полегче немного. Это реакция на отмену сдерживающих таблеток. Сегодня мало еды и море секса. Если я не помру на тебе, будет здорово, не юноша уже, – усмехнулся муж. – Эй, я тебе помру. Трахать меня кто будет? Двигайся уже, кажется, узел ослаб. – Как скажешь. Из постели удалось выбраться только через пару часов. Они сходили вместе в душ, потом ели плов, который принесли с собой. Бабушка надавала им много еды. Амелия улыбалась, поглядывая на супруга. – Ты выглядишь счастливой. Всё в порядке? – спросил Амирхан. – Да. Мне было хорошо с тобой и совсем не больно. Немного в самом начале, но это терпимо. Я рада, что мы с тобой вдвоём. Я могу пить чай, и любоваться твоим голым телом, – мечтательно сказала Амелия. – А мне было хорошо с тобой. Открою тебе тайну, ты тоже у меня первая. Я с девственницами никогда не спал. У меня была вдова, к которой ходил не только я, – ответил Амирхан. – Девушкам тоже разрешили принимать мужчин? – удивилась Амелия. – Ты же понимаешь, что только вдовам. Если женщина теряет мужа, она обучает молодых мужчин искусству секса, а тот дарит подарки или покупает продукты. Амелия села к нему на колени, потом начала целовать. Она снова возбудилась, на этот раз сильнее, и ей не терпелось. Амирхан подложил ладони под её ягодицы, потом насадил на себя. – Двигайся, милая, – сказал Амир хрипло. Девушка не дала себя уговаривать, начала действовать, их любовь вышла на новый уровень, теперь они настоящие супруги и единое целое.