Глава 5

Альфа открыл перед Амелией заднюю дверь своего автомобиля и приказал сесть, девушка подчинилась. Рядом чинно расположилась бабушка Амирхана, которую представили ранее как Варду, она подходила поздравлять и даже скупо обняла. Брат Сайран тоже поздравил, но на словах, а вот Амирхана он похлопал по плечу. Сейчас этот молодой мужчина сидел впереди. Девушка подумала, что Амирхан не заморачивался со свадьбой, родственников минимум. Почему его родители не пришли? – А можно спросить? – подала голос девушка, когда машина тронулась в путь. – Нет. Помолчи, – резким тоном ответил Амирхан. – Не стоит так обращаться с женой, Амир, не дай боги, она сбежит от тебя, как твоя мама от нашего отца, – хохотнул Сайран. – Сайран! – рявкнула бабушка. – Что я такого сказал, ба? Если бы не эта проклятая проститутка, наш отец был бы жив. И вообще, птенчик должна знать, в какую семью попала, – совершенно спокойно ответил Сайран. – Когда ты женишься, братец, будешь указывать своей паре. В мою семью не лезь, руки оторву, – в голосе Амирхана было столько злости, что Амелия невольно вздрогнула. Оставшуюся дорогу до дома все молчали. Девушка смотрела в окно сквозь вуаль с вышивкой. Было неудобно, но накидку снять почему-то не разрешили. Возможно, нельзя показывать лицо перед братом мужа, но ведь тот теперь тоже родственник. А если вся семья живёт в одном доме, ей теперь приклеить накидку к голове и даже кушать в ней? – Подъезжаем. Слушай правила, Амелия, – неожиданно начала говорить бабушка. – Слуги в доме только женщины, поэтому накидку дома можно не носить. Сайран – теперь твой близкий родственник, он тоже живёт в особняке. Гости в этой стране неожиданные визиты не наносят, либо их приглашают, либо они предупреждают о приходе. Другая родня или друзья Амирхана могут в течение недели приехать и поздравить, я предупрежу тебя, если будут визиты. – Я поняла, бабушка, – с облегчением вздохнула Амелия. – Для тебя, госпожа Варда, – строгим тоном заявила старушка. – Запомни, я старшая женщина в семье, все слуги и невестки подчиняются мне беспрекословно. Всё было так странно, она привыкла жить там, где свободные нравы, где до свадьбы ходят на свидания, некоторые даже спят друг с другом и это считается незазорным. Многие женщины строят карьеру и только к тридцати годам решаются создать семью. Здесь всё не так, как объяснила Надима, выдают замуж в восемнадцать, а уж супруг решает, будет его пара учиться дальше, или останется сидеть дома, под замком. Лето было в самом разгаре, Амелия собиралась подавать заявление на дальнейшее обучение. Учитель говорил, что у неё хорошие шансы пройти прослушивание, но теперь всё зависит от Амирхана. Надиме повезло, её муж разрешил окончить институт, и теперь та работает врачом. Амелия надеялась, что и ей повезёт. Показались большие железные ворота и высоченный кирпичный забор, с острыми пиками на конце. Даже если захочешь, то ничего за этим сооружением не разглядеть. Создавалось впечатление, что Амелия приехала в неприступную крепость. Ворота отъехали, а за ними показалась огромная территория. Машина плавно подрулила прямо к входу. Девушка вышла из салона и уставилась на величественное двухэтажное здание. Наверх вела небольшая лестница, потому что имелось полуподвальное помещение с маленькими окнами. На втором этаже два балкона, по обеим сторонам от входа. Амелия посмотрела на мраморные колонны и навес, невольно представила, что в дождь Амирхан выходит на лестницу и только под этим навесом раскрывает зонт. – Ты долго зевать у входа будешь? – раздался недовольный голос супруга. Амелия встрепенулась и увидела, что служанки уже заносят её сумки в дом. Ещё одна странность, это не сделали мужчины, вещи же тяжёлые. Девушка зашла в дом последней и оказалась в огромном холле. Сразу стало понятно, насколько богата семья Вайрани. Пол был из натурального гранита, сверкала бликами огромная хрустальная люстра под потолком. Наверх вели две мраморные лестницы полукругом, отделанные коваными золочёными перилами с причудливым орнаментом. Там, где ступени встречались, площадка поддерживалась четырьмя колоннами, а за ними виднелась большая столовая и рояль. Обувь у порога никто не снимал, все сразу пошли наверх. Амирхан велел следовать за ним. Амелия поспешила на второй этаж, который был частично полукругом с таким же ограждением, как и лестница. Здесь были арки без дверей. В середине здания большой вход в прямоугольное помещение с множеством дверей. Амирхан завёл в одну из арок, за ней оказались три двери. – Слева уборная, справа гардеробная. Впереди наша спальня, – Амирхан указал на двери, а потом втолкнул в спальню. Амелия чуть не упала, запутавшись в дурацкой накидке, еле удержав равновесие, она встала посреди комнаты и вздрогнула, когда дверь с громким стуком хлопнула. *** Амирхан подошёл к супруге и схватил за вуаль, вместо того чтобы аккуратно снять её, разорвал в клочья. Его не волновало, что свадебный наряд положено хранить всю жизнь, он вообще не планировал жениться. Никто не запрещал встречаться с какой-нибудь вдовушкой и зачать с ней ребёнка, хотя никто так не делал. Амирхан планировал заплатить за рождение малыша, и позволить матери видеть сына или дочь, если она захочет. Всё же пришлось жениться, злости не было предела, поэтому мужчина не стал разглядывать девушку в храме через вуаль, не попросил снять её в машине. Теперь не терпелось посмотреть на жену, если бы та оказалась уродиной, Амир был бы счастлив. Ему досталась красивая девушка, волосы пшеничного оттенка, глаза небесно-голубые, обрамлённые густыми, длинными ресницами. Брови почему-то чёрные, Амирхан даже провёл по ним пальцем, желая убедиться, что их не покрасили. – Брови мне достались от мамы. Это натуральный цвет, – сказала девушка дрожащим голосом. Видно, как супруга напугана, но ему было плевать на это, он не собирался церемониться и сюсюкаться с женой. Амирхан заплатил за неё столько, сколько никто не даёт за невесту. Впрочем, он выигрывал гораздо больше, огромную корпорацию. – Скоро ужин. Иди в гардероб и переоденься. Твои вещи уже занесли и развесят потом, приказал Амирхан. Девушка поспешила уйти. Амир вышел следом, но заметил, что супруга сначала юркнула в уборную. «Ничего, в трёх комнатах не заблудится», – подумал мужчина и пошёл переодеваться. В гардеробной он застал бабушку, та рылась в сумках Амелии. – Ба, ты чего здесь делаешь? – удивился Амир, подходя к ней. – Так и знала. Вот, посмотри, – бабушка потрясла перед его лицом развёрнутым платьем. Ей даже вещи приличные не удосужились купить. Всё такое дешёвое, что вот-вот по швам разлезется. Часть одежды застирана едва не до дыр. Её родня хотя бы пару новых нормальных вещей купить могла? Девушка вошла в богатый дом, а не в хлев к быкам. – Я куплю ей всё сам, не нужно нервничать, бабушка, у тебя давление поднимется, – примирительным тоном ответил Амирхан. – У меня скорее сердце остановится, если невестка окажется такой же никчёмной, как и её родня. Я говорила, внучек, нужно выбирать жену из приличной семьи с хорошей родословной. Что сделал ты? Купил себе невесту на помойке. Её мама опозорила свою семью, а ты подобрал её отродье. Амирхан увидел, как Амелия подбежала к ним и встала перед бабушкой. Вероятно, часть разговора девушка успела услышать. – Не смейте оскорблять мою маму! Она была самой лучшей и любящей, ясно?! Я хотела уехать на родину, между прочим, а вашему внуку понадобилось купить именно меня! Сами виноваты, что притащили меня в этот дом, я не просила! – заорала Амелия. – Ах ты, поганка, ты ещё смеешь голос на меня повышать! – бабушка размахнулась и хотела ударить девушку. Амирхан перехватил её руку за запястье и поцеловал пальцы. – Не нужно, бабушка. Что сделано, то сделано. Я готов признать, что сам её купил, поэтому и вправду не стоит оскорблять её мать, тем более та уже умерла. – Я никогда не смирюсь с твоим выбором, Амир, никогда, – резко сказала бабушка и пошла на выход. – Спасибо за поддержку, – тихо сказала девушка. – Извиняться за неё не буду. Переодевайся пока в то, что у тебя есть. Завтра придётся взять выходной и купить тебе новый гардероб. В этом ты будешь похожа на служанку, а не на невестку этого дома, такое недопустимо. Амирхан развернулся на пятках и направился в уборную. Там он начал плескать на лицо водой, пытаясь успокоиться. Он сделал правильно, поставив бабушку перед фактом за несколько часов до венчания, иначе она бы сделала всё что угодно, но не дала этой свадьбе свершиться.