Глава 7. Ларс

Четвертый день первой декады осени. Фрейнаар

Храм Светлой Праматери располагался в самом центре города, примыкая оградой к ограде здания Высочайшего Совета. Странно, но на воротах не было охраны, только пара Деревьев любви переплетали свои ветви над входом. Ларс зашел туда вместе с Грейром, но на территории храма помощник исчез. Как и сам выход. Ларс оказался среди пустынного сада, впереди виднелся сам храм.

Ларс пожал плечами и, списав все на магию, отправился в сторону здания. Стоило подойти ближе, как стали видны многочисленные барельефы, украшающие храм. На них вполне безобидные картины природы перемежались настолько развратными сценами, что Ларс почувствовал, как его щеки начинают пылать. Это все было так искушающе, заманчиво, хотя и кое в чем трудновыполнимо с точки зрения физических возможностей. Кто бы мог подумать, что для того, чтобы предаваться разврату, нужно еще специально тренироваться. Но у него оба раза и без всякой подготовки получалось неплохо. С другой стороны, а с чем ему сравнивать?

Ларс задумался над обоими своими преступлениями против законов империи. Раньше, до того, как пострадала его татуировка, он наивно полагал, что блуд подобен наркотику: разрушает человека изнутри, взамен принося лишь кратковременное удовольствие. И что пьянящее послевкусие от него всегда одинаково. Но на деле все было совсем не так. Да, теперь его одолевали развратные мысли, но стоило утолить этот «голод», как все становилось как прежде. Стал ли он другим после того, как познал любовь? Снова – да. Но этот другой Ларс не был хуже прежнего Ларса. Он был мудрее и старше, научился лучше понимать своих извечных соседей-конкурентов фрейинцев.

А еще – женщины, подарившие ему радость физической любви, были до невозможности разными. Бескорыстная и деликатная, немного растерянная Рэна, что показала ему незабываемое цветение Деревьев любви, и сама походила на такой цветок, начинающий сиять от его ласки и любви.

И Мирна – опытная женщина, которой настолько приелись плотские радости, что она готова была поступиться политическими взглядами, лишь бы вновь ощутить радость наполнения тела магией. Да и внешне женщины разнились: Мирна подкупала своей зрелой красотой, Рэна – очарованием молодости.

Если бы Ларс мог выбирать в данный момент то, не задумываясь, предпочел бы Рэну всем другим женщинам. Он хотел бы проводить с ней все время: разговаривать обо всем на свете или просто прогуливаться по саду императорского дворца, взявшись за руки, а затем, возможно, любить друг друга, так, как они умели, или испробовать все эти загадочные позы с барельефов храма. Надо думать, что после долгой практики они перестанут казаться такими сложными.

Ларс вздохнул, отвлекшись от созерцания этих фигур, и решительно зашел внутрь храма. Удивительно, но стоило ему только переступить порог, как его накрыла абсолютная темнота и тишина. Страха не было, только некоторая растерянность. И беспокойство: куда же подевался Грейр?

– С твоим помощником все в порядке. В доме Светлой Праматери каждый находит то, в чем нуждается.

Нельзя было разобрать, откуда доносится этот голос, более всего походило, что он звучит лишь в голове Ларса. Вместе со звуками до него донесся тонкий аромат, похожий на запах духов Рэны.

– Надеюсь, мой помощник не превратился в каменный валун? – Ларс вспомнил легенду, услышанную от Желии.

– Это не принесло бы ему душевного покоя. Грейр еще не полностью потерян для Праматери, так что не стоит за него волноваться, поверь, в данный момент ему хорошо: наконец он избавится от мучений и познает правильный путь насыщения магией.

Ларс кивнул, в таком случае волноваться за помощника действительно не стоит. Бездна океанская! Ларс даже ему немного завидовал.

– Не стоит жадничать. Две женщины ждут твоего внимания. Нужно ли просить о ласках еще одной?

И снова ему нечего было возразить невидимому собеседнику. Хорошо, что ждут, но только чего? Ларс не был искушен в любви.

– Пока что ты неплохо справлялся. Остальное достигается опытом. Главное – каждую минуту помнить об удовольствии женщины и не бояться сказать о своих пожеланиях. Праматерь и так дала людям высочайшую подсказку, позволив чувствовать магию в теле партнера, ориентируйся на нее и ни одна женщина не останется тобой разочарована.

Как все у них просто! Для него же все эти ласки как шаги по тонкому канату: одно неловкое движение – и Ларс позорно упадет.

– Если в чем-то не уверен, всегда можно спросить или же передать инициативу в руки женщине. Здесь, в Фрейина, такое только поощряется.

На мгновение показалось, что голос радостно расхохотался. После чего тьма расступилась, и Ларс увидел, что стоит посреди пустого храма, рядом со статуей Праматери. Он поклонился божеству, бросил пару золотых монет в чашу для подаяний и направился к выходу. Обратная дорога через сад показалась ему короче, чем в храм, и менее чем через минуту, Ларс вышел из ворот.

На улице его ждала охрана и Грейр, со странным умиротворением на лице. Впрочем, Ларс и сам ощущал ровно тоже самое: татуировка не доставляла беспокойств, как и противозаконные мысли о блуде. Определенно, его решение посетить храм было мудрым.