Глава 18

Спустя 2 месяца.

– Владислава, сегодня у Вас выходной. Герберт Альбертович будет под моим присмотром! Можете съездить в город, развеяться.

Эльза вошла в кухню и села во главе стола. Это было место Герберта и Владислава, увидев ее сидящей на месте своего брата, удивилась, но сказать ничего не успела, потому что услышала приближающийся стук костылей Герберта.

– Доброе утро, дамы! Эльза, во-первых, будь добра, освободи мое место. Ты прекрасно знаешь, что оно мое, как и то, что я не люблю, когда его занимают.

Эльза кинула быстрый взгляд на Владу, но та, на свое счастье, стояла у кофемашины и делала вид, будто не слышала слов Герберта из-за тарахтения аппарата.

– Благодарю! Сестренка, ты знаешь, мои привычки! Не обижайся! – услышала Владислава голос Герберта, из чего сделала вывод, что Эльза уступила брату, освободив его место. – И, во-вторых, Эльза, командовать будешь у себя на работе, а здесь, в своем доме, я сам буду решать, когда и кому давать выходные. Впрочем, ты, однако, права, Владислава еще ни разу полноценно не отдыхала.

– Ты же сам не позволял мне приезжать! – фыркнула Эльза. – Владислава, будьте добры, сделайте и мне, пожалуйста, кофе. Если можно, то капучино. Не умею я пользоваться этой шайтан-машиной!

– Эльза Альбертовна, с каким молоком сделать для Вас кофе? Есть обычное молоко и есть овсяное.

Эльза приехала вчера рано утром и довольно странно реагировала на присутствие в доме брата его новой личной помощницы. Как минимум это вызывало удивление у самой Влады. Герберт это совершенно точно тоже заметил, но пока никак не реагировал на поведение сестры. Вот и сейчас Эльза, услышав это, скривилась и обратилась к брату, несмотря на то, что ответа от нее ждала Владислава:

– Это то, которое «не молоко»? Гера, с каких это пор ты пьешь этот суррогат?

– Это не он его пьет, а я. На сырое молоко у меня аллергия.

– Попросту несварение желудка. Ясно, – прокомментировала Эльза, – нет, мне, если можно, все-таки с настоящим молоком.

Владислава кивнула и шагнула к холодильнику, а потому не видела того, каким взглядом Герберт сейчас сверлил свою сестру. А вот голос самой Эльзы она слышала:

– Гера, что?

– Эльза, а можно без медицинских подробностей? Вообще-то, мы тут завтракаем. Кстати, если уж ты так соскучилась по ухаживанию за своим братом, то положи, будь добра, мне кашу.

Эльза, поспешив исполнить просьбу брата, шагнула к плите, а открыв кастрюлю, озвучила увиденное:

– Герберт, с каких это пор ты ешь кашу на молоке?

– Примерно с месяц уже, а почему ты спрашиваешь?

– И что же послужило тому, что ты поменял свои вкусовые предпочтения? Или надо спрашивать, КТО послужил? – продолжала гнуть свою линию Эльза, явно намекая на Владу.

– Да, Эльза, ты права в своей догадке: Владислава тому причиной. Она предложила попробовать, и мне неожиданно понравилось. Что не так? Не ты ли меня всю мою сознательную жизнь убеждала в том, что каша на молоке вкуснее? – голос Герберта звучал ровно.

– Меня ты всю свою, как ты говоришь, сознательную жизнь игнорировал, а тут так легко согласился? – в голосе Эльзы, кроме удивления, звучало что-то еще, но Владислава никак не могла понять, что именно.

Владислава сделала капучино Эльзе, тут же, не отходя от аппарата, сделала двойную порцию кофе для Герберта, выбрав его любимую кружку. За эти 1,5 месяца, что они жили бок о бок в его доме, она уже изучила привычки шефа.

Владислава прекрасно слышала все, о чем говорили брат с сестрой. Она слышала спокойный голос Герберта и слышала вопросы Эльзы с двойным подтекстом. И вот вопросы сестры Владе все больше и больше не нравились. Можно сказать, что Владислава, стоя сейчас у кофейного аппарата, давала себе время успокоиться и не встревать в разговор брата и сестры. Она не имела на это права. Да, Эльза не ее работодатель, но она сестра ее шефа. И, как успела уже понять Владислава, брат с сестрой довольно близки, несмотря на свою разницу в возрасте.

Владислава поставила кофе сначала перед Гербертом, потом поставила свой кофе перед своей тарелкой, а уже потом, вернувшись к кофемашине, взяла чашку для Эльзы. Владислава сделала так не специально, просто Герберт сидел ближе, по ходу движения, так сказать, потом шло ее место и лишь потом, с другой стороны стола, сидела Эльза.

Владислава опустилась на свое место и поняла, что находится под прицелом сразу двух пар глаз – Герберта и его сестры Эльзы. Глаза у брата и сестры были одинакового цвета. Пожалуй, это было единственное их сходство между собой. Герберт опять смотрел на нее странным, нечитаемым взглядом, а вот Эльза откровенно злым. С чего бы, интересно знать? Почему она так странно вообще себя ведет?

– Всем приятного аппетита! – Владислава перевела взгляд с Эльзы на Герберта и опустила ложку в кашу.

– Спасибо!

– И тебе приятного!

За столом наступила неловкая тишина. Слышно было, как где-то в глубине дома Нина говорит с Геной.

– Ну, так что, Владислава, готова сегодня отдохнуть от меня? Съездить в город, пройтись по магазинам? – услышала Владислава голос Герберта. – Кстати, Нина тоже сегодня в город собиралась.

То, что Нина, экономка Герберта, сегодня выходная, Владислава знала. Они, несмотря на разницу в возрасте в 15 лет, легко с ней сошлись и даже уже подружились. Нина как раз вот вчера вечером и звала Владу с собой в город.

– Да, я знаю, она говорила, – Владислава не видела смысла скрывать того, что они общаются с Ниной, – ну, значит, поедем в город с ней вдвоем.

Владислава несколькими минутами ранее положила себе в кашу кусочек сливочного масла и изюм с орехами, не задумываясь, придвинула все это в сторону Герберта. Он благодарно кивнул и положил себе все то же самое. Проделали они с ним все это молча, как делают супруги, прожившие не один год бок о бок. Молча, потому что, как правило, Герберт в это время проверял в телефоне почту, а Владислава молчала, не желая его отвлекать. Казалось, их обоих эта тишина не тяготила, но явно не сегодня. Владислава не смотрела в это время на Эльзу, а потому не видела удивления и злости на ее лице.

– Герберт, до которого часа у меня сегодня увольнительная?

Герберт расхохотался, оценив шутку, а вот Эльза лишь плотнее сжала губы, и это Владислава уже заметила. “Да что с ней такое? Ревнует она своего брата ко мне, что ли?” – промелькнула шальная мысль в ее голове.

– Владислава, увольнительная до вечера. Сегодня у меня ведь нет ничего нового в расписании, верно? – Герберт продолжал улыбаться, глядя на свою помощницу.

– Нет, Герберт, сегодня у Вас все по плану. Расписание у Вас на почте, но все в штатном порядке, – Владислава глянула на часы, – через час у Вас онлайн-совещание с Вашими подчиненными, в 13 часов у Вас массажист и потом, уже в 18-00, тренировка в реабилитационном центре. Звонки в режиме онлайн. Свой рабочий телефон я, естественно, возьму с собой, так что буду на связи.

Они решили отказаться от отчеств в обращении друг к другу, но на «ты» Владислава так и не перешла. Как оказалось, правильно сделала. Она была уверена, что Эльзе такое панибратство в обращении к ее брату точно бы не понравилось. Не то чтобы Владислава очень хотела угодить Эльзе, но и нагнетать атмосферу тоже не хотелось.

«Нет, хорошо, что у меня будет сегодня выходной. Эльза насладится обществом брата, а я сама сменю обстановку и развеюсь. К тому же Новый год скоро, надо и подарки купить, ну, и так, кое-что по мелочи» – Владислава задумалась, а потому не сразу услышала, что говорил Герберт.

– Я скажу Гене, чтобы он отвез вас с Ниной в город. Если вы еще не нагуляетесь к тому моменту, когда у меня закончится тренировка, то можем вас подобрать на обратной дороге. Согласна?

Герберт спросил, а Эльза, услышав этот его вопрос, опять сжала губы.

– Спасибо, мы это учтем. Хорошего всем дня! – Владислава убрала со стола грязную посуду в посудомойку и поспешила выйти. Нет, определенно, она почему-то не нравится Эльзе. Знать бы еще, почему.

Владислава вышла из кухни и направилась к комнате Нины, надеясь, что та еще не уехала в город. О том, что из этого элитного поселка транспорт в город ходил по странному расписанию, она знала со слов самой Нины. Женщину, как и следовало ожидать, Владислава застала уже полностью одетой и даже готовой к выходу. Новость, что она тоже сегодня выходная, а в город их отвезет Гена, личный шофер Герберта, Нину обрадовала:

– Ну, хоть не одной мне по магазинам болтаться. Я вот решила уже подарками к предстоящему Новому году заняться.

– Отлично. Я тоже. Значит, по одним магазинам будем болтаться, – улыбнулась Владислава, – я быстро. Только переоденусь.

По магазинам Владислава с Ниной ходили до обеда. Обессиленные и обвешанные пакетами, решили зайти в один из ресторанчиков, находящихся тут же в торговом центре.

Сказано – сделано. Выбрали столик в углу, заказали обед и даже, по такому случаю, по бокалу вина.

– Гулять, так гулять! Бокал красного вина нам только на пользу будет! – решила Нина и заказала им вино. – Совсем тебя наш Киборг заездил! Первый выходной за 1,5 месяца!

– Киборг? Потому что сустав титановый? – рассмеялась Владислава.

– Ай, не знаю! Слышала только, что так его друзья называют! – Нина отмахнулась, – точнее, сейчас-то только один у него близкий друг остался.

– Павла имеешь в виду? – уточнила Владислава.

– Да, его. Они служили вместе, вот с тех пор и дружат, – пояснила Нина, – вообще, их три друга было, но какая-то там не очень хорошая история с третьим другом связана. Дело еще в процессе. Кажется, он как раз вот на деньги Павла позарился, вроде даже убийство его заказал, дочку пытался похитить. Ой, тогда весь город гудел обсуждая!

– Серьезно? – Владислава удивленно смотрела на Нину.

– Все забываю, что ты не местная, а потому не знаешь! – махнула рукой Нина и продолжила:

– Вот что деньги с людьми делают. Я не отслеживала всю эту историю. Так, краем уха слышала, что Герберт помог вычислить дружка. Вот тебе и армейская дружба!

– Да уж, – Владислава кивнула.

– Павел-то у них из богатых, а Герберт и тот, Александр, сами себе дорогу в жизни пробивали. Про Александра ничего не знаю, не скажу, а то, что у Герберта никого, кроме сестры, нет – это точно. Ты не смотри, что она такая суровая. Это она от любви к брату такая, – Нина замялась, подыскивая слово.

– Ревностно оберегающая, – подсказала Владислава подходящее определение и усмехнулась.

– В точку! – кивнула Нина. – Ему ведь всего 7 годков было, когда их родители погибли, а Эльзе аккурат 18 исполнилось. Она только-только поступила в свой мединститут, но опеку ей над братом не дали. Тетка нарисовалась. Родная сестра их отца. Они в глаза ее никогда не видели. Та еще стервь, как Эльза рассказывала. Своих детей у тетки не было, она и племянникам не очень обрадовалась, а малолетнему пацану так и подавно. Сама ж, поди-ка, помнишь, какие они в этом возрасте.

– Да, мой сын тоже чудил. Родной, единственный, а тоже иногда руки к ремню тянулись, – согласилась Владислава и грустно улыбнулась.

– Вот-вот! А у тетушки руки не только к нему тянулись, а и держали этот самый ремень не выпуская. Да не один раз! – Нина вздохнула. – Эльза говорит, что не сразу узнала о том, что тетка бьет пацана. Герберт всегда таким закрытым был. Умный, башковитый, учился на одни пятерки, а по поведению сплошные «неуды».

– И это нам знакомо! – усмехнулась Владислава кивнув.

– Эльза говорит, что пыталась забрать брата, когда узнала о побоях. Да только куда? В студенческую общагу? Кто ж ей даст? У тетки-то своя отдельная квартира была, она там вроде даже заслуженный учитель была, что ли. Тогда Эльза пригрозила тетке в полицию пойти, заявление на нее написать, в газету сообщить, ну та только после этого и поутихла. Испугалась огласки. Но видно, нашла она другие методы воспитания. Не знаю. Знаю только, что на могилу к тетке Герберт не ездит и о детстве своем не вспоминает. Никогда.

Владислава молча кивнула и сделала глоток вина. Потом вдруг достала телефон из сумки и, покопавшись в нем, повернула к Нине со словами:

– Это мой сын и внучка.

– Ой, а внучка на тебя похожа! – заулыбалась Нина, увидев фото в телефоне.

– Да, похожа, – Владислава грустно улыбнулась, – два раза всего ее на руках держала. Сын не принял нашего с мужем развода. Не захотел. Встал вдруг на сторону отца.

Владислава замолчала, молчала и Нина, уважая ее. Потом все-таки протянула руку, погладила ладонь Влады и тихо проговорила:

– Влада, ты расскажи, отпусти боль. Легче будет. Ты ж знаешь, что у меня и нет никого, с кем бы я могла поделиться. Тебе вот о Герберте рассказала только для того, чтоб ты на сестру его не обижалась.

Владислава сделала глоток вина, кивнула явно своим мыслям, и произнесла:

– Знаешь, наверное, ты права. Надо уже отпустить…