Глава 10.

Утром мне привезли разные платья. Вчера на сайте я не знала, какое выбрать, и заказала разные модели и разные размеры. В итоге выбрала очень миленькое, с блестящим коралловым лифом и пышной юбкой на тон светлее. Даже пришлось созваниваться с Дашей и просить ее совета. Спасибо ей, что она не отказала. Правда, было очень неловко, но репетитор ни словом не обмолвилась, что ей неудобно, хотя сама была в салоне красоты в это время. И вообще сказала, что совершенно не против, если я буду ей звонить и просто так. В салоне сперва подумали, что она моя мама. Все вместе посмеялись, и стало как-то легко, а то на душе было нехорошее чувство.

Вчера, когда я выбирала вечером платье, я поняла, насколько я поступила глупо и тянула так долго с приглашением Валеры. Все же я избалованная и о таких житейских вещах не подумала. Снова вспомнилась Юлька. Интересно, а она вспоминает обо мне? Сама удивилась, но поняла, что я на нее не обижаюсь совершенно. Дурочка она просто. Отец все время говорит, что нужно отпускать тех людей из своей жизни легко, кто тянет тебя вниз. Вот, к сожалению, таким человеком была Юля.

Краситься я особо не стала. Во-первых, я не умела этого делать. Во-вторых, не захотела. И волосы уложила по совету Даши, легкими волнами. Мне даже девушка из салона показала, как это сделать. В общем, к четырем часам я была готова и ко мне заглянул Никита.

– О-о-о-о, привет, пропащий. Я не знала, что ты дома, – я радостно бросилась к брату, но остановилась на полпути, так как побоялась помять платье. Мне его домработница отпаривателем наутюжила, ни одной складочки нигде не было.

– Привет, красотка. Ты такая нарядная, – оценил старший брат мой наряд. – Валере понравиться, – от последних слов Никиты я залилась краской смущения.

– А твоя девушка придет? – я покрутилась перед зеркалом и потому не заметила заминку Ника.

– Вот сейчас переоденусь и поеду за ней. Вы ж меня подбросите до моей квартиры? – брат смотрел на меня с каким-то странным выражением, и я уставилась на него озадаченно.

– Папа час назад уже уехал в ресторан, так что я поеду с Колей и думаю, что без проблем подбросим. Никит, что-то не так? Ты специально так поздно приехал, чтобы с ним не пересекаться? – я заметила усмешку на лице брата.

– Все нормально, Лисенок, не переживай, – Никита уходит от прямого ответа, я это вижу. Чувствую, что он не хочет обсуждать со мной отношения с отцом.

– Ник, я не хочу, чтобы вы ругались, – не знаю, как донести до брата, что мне важен и он, и отец. А то, что между ними тяжелые отношения, я чувствую особенно остро. Они все, что у меня есть. Они моя семья.

– Все нормально, не переживай, – и грустная улыбка такая.

– А дедуля приедет? – хочу перевести разговор, и Никита явно оживляется при упоминании деда Саши. Это родитель нашего отца, и он дедуля только для меня и Ник, но Никита давно называет его Александр Савельевич. Не прижилось на устах у Никиты ласковое обращение “дедуля” , поэтому просто “дед”. Строгий, сдержанный и навешает по шее отцу, несмотря на возраст. Живет отдельно в своей квартире и терпеть не может, когда отец пытается проявить о нем заботу. Все делает сам: убирает, готовит кушать и ходит за продуктами.

– Да, сказал, что пока в состоянии вызвать себе такси и доехать до ресторана, и нянька ему не нужна, – тепло улыбаясь, ответил брат. – Ладно, я пошел собираться. Я быстро.

Никита ушел, а я представила, как дед будет ворчать про нерациональную трату денег отцом. Он всегда его журил, и неважно из-за чего. Повод и причину он всегда находил. Я смотрела на это с улыбкой, а вот отец порой заводился не на шутку.

Никита действительно быстро собрался и спустя минут двадцать зашел ко мне уже при параде. Костюм, белая рубашка, начищенные туфли. Красавчик.

– Твоя девушка будет от тебя без ума, – меня распирало от любопытства. Кто же эта таинственная незнакомка?

– Будем надеяться, – как-то слишком загадочно ответил Никита, и усмешка такая странная.

– Я что, ее знаю? – у меня закрались нехорошие подозрения. Уже не Юлька там охмурила моего брата? Вот не зря она все хвостом перед ним крутила. То дверь забудет закрыть, когда мы переодеваемся перед сном, то специально в лифчике перед ним щеголяла, то невзначай нагнется так, что грудь из выреза готова выскочить. Она почему-то уверена, что всем парням нравиться ее грудь, и она с удовольствием ее демонстрировала.

– Алис, ты что мне допрос устроила? – Ник рассмеялся, помогая мне облачиться в верхнюю одежду, но на вопрос так и не ответил.

– Мне же любопытно. Ты ее так старательно скрываешь, даже имени не говоришь, – мы вышли из дома и сели в машину.

– Всему свое время, – и снова такая загадочная улыбочка.

Всю дорогу я его пытала о девушке, но он был кремень, а когда мы подъехали к многоэтажке, то мне даже показалось, что брат облегченно выдохнул.

– Слушай, а мы можем подождать твою девушку и все вместе поедем. Вы живете уже вместе? – я похлопала глазками, изображаю праздное любопытство.

– Нет, Алис, мы не живем вместе. Вот сейчас ты так похожа на отца, – и шел к подъезду, а я так и не поняла, комплимент это был или …?

– Будем ждать? – с водительского места активизировался Коля, который всю дорогу слушал нашу пикировку и усмехался.

– Нет, поехали в ресторан, – Ник, конечно, не испортил мне настроение, но вот это его замечание о сходстве с отцом немного отрезвило. Видимо, я действительно лезла не в свое дело, раз он так сказал. Надо будет извиниться.

В ресторан мы приехали быстро, вот что значит отсутствие пробок. Отец реально не поскупился. А по суете и сосредоточенным лица персонала, который носится взад и вперед, можно сделать вывод, что он уже все проверил и раздал ценные указания. Отец любит тотальный контроль во всем, и проведение юбилея не исключение. Хотя вот та миловидная девушка в брючном костюме, явно организатор мероприятия, но и на ней лица уже нет, так отец извел всех своими замечаниями. Они так похожи с дедом, но папа в упор этого не замечает, потому, наверно, и реагирует так болезненно на замечания деда Саши.

Меня сразу проводили в служебную комнату, где я расположилась на удобном диванчике и достала телефон. Отец тоже что-то ковырялся в своем телефоне и лишь удовлетворенно кивнул мне, одобрив внешний вид. Так хотелось позвонить, узнать, где Валера и когда он приедет, но при отце не решилась, потому написала сообщение. Хотела бы познакомить его с отцом до того, как приедут все основные гости.

Сижу и дергаюсь. Позвонить? Не позвонить? Сообщение, как назло, висит непрочитанным. Но вот появились две синие галочки, и сразу же карандашик сверху сигнализирует о том, что Валера пишет мне ответ.

– «Мы уже едем», – как обычно лаконично пишет парень. – «Не очень удобно писать, но у меня сногсшибательная новость», – следом приходит еще одно сообщение, и я облегченно выдыхаю. Я уже извелась вся, но теперь меня разъедает любопытство. Что там за новость?

– «Ок. Жду тебя и новость», – хочу расспросить обо всем, но боюсь показаться навязчивой. Пока думала, как сформулировать вопрос, от Валеры приходит еще одно сообщение.

– «Ты будешь в шоке», – звучит многозначительно, но и пугает одновременно.

– «Расскажи сейчас», – не могу я корчить из себя благородную леди и делать вид, что мне не интересно.

– «Как приедем, сама увидишь», – и смайлики в конце. Сейчас стало и любопытно и страшно, и я с еще большим нетерпением жду своего парня.

Прикидываю, через сколько они будут, и понимаю, что до начало официальной части не успею познакомить Валеру с отцом, а значит, придется знакомить его при всех. Надеюсь, отец ничего не выкинет, из-за чего мне будет стыдно перед Валерой и Дашей. Я так понимаю, они приедут вместе. Еще и Никита со своей девушкой.

– Пап? – отвлекаю отца от его телефона.

– Что? – отец вскидывает на меня усталый взгляд. Не похож он на радостного юбиляра. Очень уставший и какой-то встревоженный.

– У тебя все нормально? – в последний момент меняю вопрос, который хочу задать.

– Да, дочь. Все хорошо. Не беспокойся обо мне, – и улыбка такая усталая, и тени под глазами.

– Ты нормально себя чувствуешь? Кстати, ты давно не был в отпуске, – подкидываю я идею для отдыха родителю.

– Давно. Вот в октябре мы с тобой поедем куда-нибудь, – выдает отец, а я сперва радостно вспыхиваю, а потом подозрительно кошусь на отца.

– Ты что-то задумал? – и по тому, как дрогнули уголки губ отца в улыбке, я понимаю, что моя догадка верна. Но мысль не дает развить ворчливый голос за дверью, а потом обладатель этого голоса врывается в нашу комнату отдыха.

– Деда!?! – я радостная, бросаюсь к своему дедуле на шею и меня крепко обнимают.

– Лисенок, какая ты большая. Надо чаще вас проведывать, а то в следующий раз не узнаю свою внучку. Женихов, поди, вагон. А Никита не женился? А то, может, я и это пропустил? – дед Саша энергично прошел к дивану, крепко держа меня за руку. Вот не скажешь, что ему под семьдесят. Крепкий, энергичный, я от него всегда получала заряд энергии, вот только отца он всегда пилил. Потому папа старался редко контактировать со своим собственным отцом. Я не знаю причину таких отношений, и ни один из них не говорил.

– Нет, Никита не женился. На это мероприятие мы б тебя позвали, пап, – слова отца прозвучали суховато и уже недовольно. Хотя, казалось бы, дедуля ничего плохого и не сказал, но отец будто ждал, что вот он сейчас его за что-то обязательно пожурит. Упреждающе-агрессивно реагировал на своего отца и тем самым порождал агрессию в ответ.

– Ох, сынок, я ничего не удивлюсь. Хотя нет, я удивлен, что ты решил отметить свой юбилей. Что в лесу померло? – отец и дедушка обменялись крепкими рукопожатиями и на этом как бы и все проявления родительских чувств. Ни объятий, ни других проявлений нежности или признаков, что хоть один из них скучал по другому.

– Решил начать новый этап в жизни и посчитал, что возраст в сорок пять лет идеально для этого подходит, – огрызнулся отец. А я прям увидела в нем Никиту, и диалог до жути похож на то, как общается отец и Ник.

– Бабу, что ли, завел? – дед Саша никогда не был тактичным, а сейчас даже я смутилась от прямолинейного вопроса.

– Пап, здесь же Алиса, – попытался призвать к порядку отец дедушку.

– А что я такого спросил? Вот именно, подумай ты об Алисе. Если сам перебиваешься одноразовыми девками, то хоть о дочери подумал бы. Ей давно мать нужна, – начал свою шарманку дедушка, и я увидела, как отец плотно сжал губы. Он всегда так делал, когда начиналась неудобная тема для разговора.

– Пап, обсудим это потом, – отец старался всем своим тоном дать понять, что не намерен сейчас это обсуждать.

– А Никита как? – внял словам сына дедушка.

– Нормально. Живет отдельно, съехал месяц назад. Говорит, до Института ближе, – отвечает отец, а дедушка хмыкает своим мыслям.

– Деда, он с девушкой будет сегодня, – я не выдержала и вклинилась в разговор, а отец неодобрительно свернул на меня глазами, но замечание не сделал.

– Да ты что? Хотя правильно, пора, пора уже. Я бы хотел правнуков дождаться, завещание на них оформлю, – посмеивается дедушка, а отец закатывает глаза. – Хочу познакомиться с его девушкой, мы же все за одним столом сидим?

А вот тут я растерянно посмотрела на отца. Я понятия не имела, кто с кем сидит и где. Столики стоят так, что есть центральный, где по идее будем сидеть мы с отцом, дедом и Никитой. Но я не видела, чтобы там были карточки Даши, Валеры и девушки Ника. Все остальные столики были расставлены так, чтобы видеть юбиляра и сцену, оттуда как раз начала раздаваться музыка.

– Алиса, сходи, пожалуйста, скажи распорядителю, чтобы она все организовала. Это девушка, что тебя сюда проводила, пусть она карточки переставит. Валеру своего тоже сажай за наш столик, – последняя фраза смутила меня, и я покраснела, заметив, как дедушка посмотрел в мою сторону.

– Ты тоже с кавалером? – дед не упустил возможности и меня допросить.

– Да, – я опустила глаза и не знала, что отвечать. Так неловко стало.

– Сходи, Алисочка, сходи, деточка. Я хочу познакомиться с твоим Валерой, – меня бесцеремонно выпроваживали, а я покосилась на отца.

– Да, Лисенок, нам надо с дедом парой фраз перекинуться, – отец кивнул мне, и я вышла из комнаты отдыха и поскорее прикрыла дверь, так как разговор между отцом и сыном обещал быть жарким.

Я вышла в общий зал и сразу же поймала взглядом компанию во главе с Ником. Они усаживались за один из столиком в зале. Точно, отец хотел усадить их у черта на куличках.

Я не смогла сдержать эмоций и радостно взвизгнула, когда увидела Валеру. Он был невероятно красив, просто шикарен, в песочного цвета костюме. Я ответила, что он подстригся и выглядел старше. И вообще, я только сейчас поняла, как же сильно соскучилась. И хотела его обнять нестерпимо, до зуда в кончиках пальцев. Но там Даша и почему-то мама Валеры – Катя. Я решила потом у них все спросить, а сейчас выполнить просьбу отца и деда.

Все, что дальше происходило, было похоже на дурной сон. Оказывается, Катя, мама Валеры, встречается с Никитой, а Даша – это подруга Кати. Отец говорил ужасные вещи, и по реакции всех присутствующих видно, они в шоке от происходящего. Дедушка пытался вмешать, сделал замечание отцу, но тот как с цепи сорвался и продолжал оскорблять Катю и Дашу. Мне с Валерой тоже досталось ведро грязи. Все закончилось, когда все встали и хотели уже уйти, а Никита сказал, что у него нет больше отца. Я бы с радостью ушла с ними, но отец строго посмотрел на меня, и я приросла к стулу. Перед тем, как покинуть столик, Даша выплеснула отцу в лицо бокал с шампанским, и он вскочил со своего места. Обтер салфеткой лицо и направился в сторону служебных помещений. К нам подскочила организатор, которой дед велел продолжать праздник и делать вид, что ничего не произошло. Девушка удалилась, пытаясь перетянуть внимание гостей на себя и артистов, а дед, взяв меня за руку, вывел из зала.

Мы нашли отца в комнате, которую нам выделили для отдыха. Он уже привел себя в порядок и метался по комнате, как лев в клетке. Уставившись на меня, отец изменился в лице.

– Чтобы я никогда больше не видел этого сопляка рядом с тобой, – он направил в меня палец, а увидев, как я шарахнулась, убрал руку, но выражение лица не изменил.

– Но, пап…, – я пыталась возразить, но меня никто не хотел слушать.

– Я всё сказал, – отец смотрел на меня как никогда строго. – Этот парень тебе не подходит! Не смей с ним больше видеться!

– Но почему? – я не понимала категоричный настрой отца. – Ты его не знаешь совсем!

– Зато я знаю его мать, – в глазах отца странное выражение, которое я не смогла понять.

Он рвано потянул за галстук, ослабляя его, словно ему не хватало воздуха.

– Его мать? – повторила я, совершенно не понимая, при чем здесь мама Валеры и почему отец так разозлился, едва упомянул её.

– Она встречается с твоим старшим братом.

– Ну и что? – я не понимала его логику.

– Ты слышала все, что я сказал за столом? Им от нас нужны только деньги! Когда ты уже научишься разбираться в людях, – отец посмотрел так пренебрежительно. Мне стало невыносимо больно от этого взгляда, даже больнее, чем когда он оскорблял нас с Валерой за столом. Чувствую приближающийся приступ и учащающееся дыхание. Пытаюсь отрешиться от слов отца и успокоиться, но он, словно не замечая моего состояния, продолжает гнуть свою линию.

– Он втерся к тебе в доверие. Они с матерью все обстряпали так, чтобы одурачить тебя. Тобою сперва пользовалась твоя Юлька, а теперь они. Только по сравнению с этой пираньей Юля с Натальей – аквариумные рыбки.

– Пап, ты не прав. Ты же их не знаешь, – я не могу унять приступ, но и молча слушать, как отец втаптывает в грязь хороших людей, не в силах.

– А ты, можно подумать, знаешь? Вот почему они уехали из своего города? Как так вышло, что Даша помогла тебе? А Катя как познакомилась с Никитой? – вопросы звучали как обвинения. – Да и вопрос: сколько лет Кате, что у нее сыну уже четырнадцать. Она его что, в школе на свет произвела?

– Катя родила Валеру на первом курсе института. Мне Валера рассказал. А еще он рассказал, что уехали они, потому что дедушка и бабушка умерли, а мама Валеры очень переживала, и потому они решили так кардинально сменить город. А Валере я сама написала, так что здесь вообще не может быть никакой подставы и…, – я не смогла закончить фразу, так как вдохнуть уже не было сил. На лицах мужчин появилось беспокойство, и они оба подскочили ко мне. Я закрыла глаза и пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Грудную клетку сдавило, на висках выступил пот. Дышала часто-часто и рвано, но казалось, что задыхаюсь.      Вспомнила, что недавно Валера прочитал мне статью, что если дыхательные упражнения при панических атаках не помогают, надо попробовать задержать воздух, как при икоте. Я так и сделала, и спустя пару мгновений спазм отпустил, и я смогла вдохнуть полной грудью.

– Как ты? – дедушка усадил меня на диван и дал воды, а отец растерянно потирал подбородок и смотрел на меня. Он будто понял все, что здесь только что происходило.

– Нормально, – я схватила стакан и постаралась сделать пару глотков.

– Так, сынок, слушай меня: Алиса права. Ты их не знаешь, но облил грязью с головы до ног. С твоими связями и возможностями тебе не составит труда проверить их и собрать досье. Только потом не забудь поехать и извиниться, если окажется, что ты не прав. Когда-то давно я сказал, что ты выбрал себе не правильную девушку, и оказался не прав. И не смог признать свою ошибку. За это я корю себя по сей день. Я испортил отношения с тобой и многие годы был лишен возможности общения с внуками. Я сам себя лишил этого, – дед говорил тихо, но его слова звенели в тишине комнаты. – Алиса поедет и поживет пока у меня. Приходи в себя и приезжай ко мне, если адрес квартиры не забыл, и мы обсудим все на холодную голову.

– Может, Алиса не хочет к тебе в гости, – слова отца звучали как-то растерянно, будто он не ожидал такого исхода.

– Хочу, – я сразу же вклинилась в диалог и отвела глаза в сторону, заметив тяжелый взгляд отца.

– Алиса? – отец удивленно смотрел на меня.

– Пап, дедушка прав, – я пыталась сгладить острые угла, и отец кивнул, соглашаясь.

– Хорошо, будь по-вашему, но через пару дней я приеду и тебя заберу. Как только разберусь со скандалом, – последние слова он произнес еле слышно, глядя в окно. А там был мужчина, который, не стесняясь, фотографировал нас, но заметив, что его обнаружили, ухмыльнулся и скрылся из окна.

– Да, сынок, скандал ты устроил знатный. Начал жизнь с чистого листа, так сказать, – дед уколол отца, но тот лишь поджал недовольно губы, осознавая, что дедушка говорит правду.

Как мы доехали до дома, я особо и не помню. Словно в тумане я все прокручиваю события из ресторана. Помню, что отец позвонил домработнице, и она собрала мне сумку, которую должен привезти водитель в дедушке на квартиру. Мы же с дедушкой поехали на такси.

Разговаривать с отцом не хотелось. В горле стоит горький ком обиды, несправедливых обвинений, а еще это чувство, которому я не могу найти название. Что-то сродни разочарованию, наверно. Для меня отец был эталоном во многом. Я брала с него пример, равнялась на него, а после этих гадких слов он предстал передо мной совсем в ином свете. Обиженного человека, который от горечи и желчи оскорбляет окружающих. Я была, конечно, удивлена, что Катя с Никитой встречаются, но не шокирована. Я видела, как брат смотрит на мать Валеры, но думала – это восхищение. На мой взгляд, разница в возрасте невероятно большая, но ведь Катя не выглядит на свой возраст. Она будто ровесница Никиты, и нет этого смущения, когда находишься с ней в одной компании. Не чувствуешь, что на тебя смотрят оценивающе или строго. Она даже с Валерой общается на равных. Даже тот факт, что она прислушалась к нему в вопросе переезда, говорит о многом. Мне с ней легко и комфортно, как и с Дашей. Хочется снова плакать, так как предстоящие перспективы туманны и неопределенны. Но я точно знаю, что хочу встречаться с Валерой, что он мне очень нравится. Сама себе боюсь сказать, что влюблена в парня, так как стоит мне это начать говорить себе, как сразу же захочется это сказать и ему. А признаваться парню в любви, да еще и первой, я не буду. Пусть я и восхищаюсь девушками, которые говорят, что чувствуют и думают, но сама пока до такого не доросла. Это только в книгах это легко и просто, а в жизни начинается тахикардия, и язык прирастает к небу, а во рту становиться так сухо, что даже слюну сглотнуть не получается.

– О чем задумалась? – дедушка некоторое время уже посматривает на меня, и я ждала, что он начнет разговор. – Как ты себя чувствуешь?

– Все нормально, дедуль. Как отец согласился на то, чтобы я побыла у тебя какое-то время? – я отвлеклась от вида за окном и с любопытством смотрела на деда.

– Я так думаю, что твой отец уже жалеет о том, что наговорил, но гордость не позволяет ему это признать, – дед Саша улыбнулся и подмигнул мне, как часто делал в детстве, когда говорил что-то под видом большого секрета.

– Почему ты так думаешь? – я сомневалась, что отец о чем-то сожалеет. Он даже когда не прав, всегда вел себя будто бы прав.

– Ну, потому что я знаю своего сына, он до безобразия похож на меня, – а вот сейчас на губах дедушки заиграла грустная улыбка. Увидев сомнение на моем лице, дедушка тяжело вздохнул и добавил. – Это сейчас я такой, каким ты меня видишь, а в годы твоего отца я был еще похлеще него.

– Хорошо, что ты изменился, – я погладила деда Сашу по руке. – А мы-то что будем делать?

– Ну, для начала поужинаем, – и дед кивнул на бумажный пакет с эмблемой ресторана.

– А потом? Никита никогда не простит отца. У них давно уже натянутые отношения, а сейчас они окончательно испортились, – мне стало грустно.

– Простит, усмирит свою гордыню и простит. А из-за чего испортились отношения? Никита ничего не рассказывает, все тихушничает, – дедуля глянул в окно и, увидев, что мы подъезжаем, добавил. – За ужином мне все расскажешь, мы уже приехали.

Квартира дедушки встретила тишиной и темнотой. Дед выключил свет, и я осмотрелась. Я, наверно, около года не была у деда в гостях. Казалось бы, живем в одном городе, а отец с таким неудовольствием всегда реагировал на предложения дедушки забрать нас с Никитой на выходные или погулять в парке, что мы перестали проситься. Квартира старая, но очень большая. С высокими потолками и лепниной. Три комнаты. Спальня, гостиная и кабинет, а еще большая кухня. По габаритам она не уступала нашему загородному дому. Я прошлась по комнатам, пока дедушка распаковывал пакет из ресторана. Трелью запел дверной звонок, и я поспешила посмотреть, кто пожаловал. Это водитель привез сумку и школьный рюкзак с книгами. Этакий тонкий намек, что, несмотря на то, что я гощу у дедушки, про уроки я не забывала. Поблагодарила Колю и отнесла вещи в кабинет. Быстро переоделась и пошла на кухню. На столе меня уже ждал ароматный ужин.

– Рассказывай, – дед пододвинул ко мне поближе тарелку, а я с сомнением посмотрела на объемы порции. Заметив мое выражение лица, дед сразу же добавил. – Сколько съешь, я не заставляю.

– Никита программу придумал, попросил у отца денег на то, чтоб ее реализовать и там еще на что-то. Я толком не знаю. Он даже презентацию подготовил, все как положено, но отец отказал, – я развела руками. – Я особо-то и не знаю, на что там нужны деньги, но Ник сказал, что у отца такие деньги есть, и проект должен выгореть и принесет в десять раз больше, чем в него вложено. Но папа сказал, что не даст, и пусть Никита сам их заработает. В общем, они разругались. Это еще летом было, а вот недавно он съехал и живет в одном доме с Валерой и его мамой. Представляешь?

Дедушка внимательно слушал и не перебивал меня. Он задумчиво смотрел в тарелку, потом снова на меня.

– А если я дам эти деньги, Никита возьмет?

– Не знаю. У него надо спрашивать. Хочешь, я ему напишу? – предложила я.

– Нет, пока не спрашивай. Просто спроси, как они добрались и вообще как дела? Намекни, чтобы неплохо бы нормально познакомиться. В общем, скажи, что я зову их в гости всех завтра, будем знакомиться с невестой Никиты и твоим женихом, – дед придумал какой-то план, а я больше смутилась от слова «жених».

– Он мне не жених, мы просто…, – я запнулась и не знала, что сказать. Кто он мне просто? Просто друг? Нет. Если бы Валера сказал, что мы просто друзья, я бы очень сильно расстроилась. Парень? Да. Но сказать это слово деду я не решилась. Было неловко и стыдно. Вроде бы ничего плохого не делаю, но чувствую, как краска приливает к лицу, даже уши покраснели.

– Ешь, Лисенок, ешь, – не дал мне договорить дедуля, делая вид, что не понимает, из-за чего я покраснела, словно маков цвет. Я тебе на диване в кабинете постелю, хорошо?

– Да, конечно, – я буркнула и уткнулась в тарелку, усиленно делая вид, что меня невероятно сильно интересует ужин.

Дед ушел, а я написала Никите и Валере. Никита ответил, что завтра наберет деду сам и поговорит, что сейчас уже поздно и Катя перенервничала и уснула. Валера же долго не отвечал, и я начала уже переживать и волноваться, стараясь не надумать себе невероятных причин его молчания.

– «У меня все нормально. Не переживай. Я за маму волнуюсь», – наконец-то ответил Валера.

– «Ты извини меня за отца», – я не представляла, как буду смотреть в глаза парню.

– «Не переживай из-за этого. Ты как?», – я поняла, что разговор не клеился, мы оба думаем о словах отца.

– «Тоже нормально. Готовлюсь ко сну»

– «Добрых снов тогда. Я завтра напишу».