Глава 18. Супер-добрый или супер-злой?

— Наташ, садись ко мне, всё равно, похоже, кое-кто проспал, — до начала первой лекции оставалась буквально минутка, но напарник Вероники по парте отсутствовал.

— Нет, Ника, уговор, есть уговор. Тем более, возможно, Никита вот-вот явится.

Но вместе со звонком в аудиторию зашёл только преподаватель, Валентин Семёнович, а одногруппник девушек так и не появился.

— Доброе утро, молодые люди, — проскрипел профессор, — начнём с опроса по теме прошлого занятия: амулеты Древнего Египта. Надеюсь, Вы хорошо изучили материалы субботней лекции.

Валентин Семёнович, нацепил на нос пенсне и, с ехидцей обведя взглядом аудиторию, остановил его на Веронике.

— Двинская, расскажите нам про глаз Гора.

— Глаз Гора, или око Ра, или Уаджет — древнеегипетский символ, — уверенно начала Вероника. Она заранее знала, что Кощей начнёт опрос именно с неё и тщательно подготовилась. Ей не хотелось предоставлять злопамятному профессору повод позлорадствовать. — Левый соколиный глаз Гора был выбит в схватке. Исцелённый богом Тотом глаз стал могущественным амулетом…

— Достаточно, садитесь, — прервал Веронику Валентин Семёнович, раздражённо поправляя пенсне, сползшее на кончик носа.

Вероника обернулась назад и, обменявшись с Наташей торжествующей улыбкой, шепнула:

— Спасибо.

Если бы не подруга, то Ника, наверняка, схватила бы двойку. Ведь субботнюю лекцию она записала только наполовину из-за того, что отвлекалась на разговоры с Никитой. Но конспект подруги, проштудированный сегодняшней бессонной ночью, её здорово выручил. И, кстати, не смотря на то, что поспать у Вероники получилось всего несколько часов, она, тем не менее, добросовестно явилась на первую пару, в отличие от Никиты, который почему-то решил, что может забронировать место рядом с Вероникой, а потом не являться на занятия.

Хотя справедливости ради стоило предположить, что у него могла быть вполне уважительная причина, чтобы отсутствовать на парах. Он ведь мог, к примеру, заболеть. Носился вчера по морозу за кормом для Тимофея и простыл. Эта мысль заставила Веронику сосредоточиться на лекции. Ведь Никите понадобится конспект, чтобы подготовится к следующему занятию, потому что злопамятный Кощей, конечно, уже пометил у себя на листочке отсутствующих, а сегодня это был только Никита. Значит, на следующем занятии вредный профессор непременно начнёт опрос именно с него.

— Записываем новую тему: непроизвольное возникновение амулетов. Не путать с целенаправленным созданием, — начал лекцию Валентин Семёнович и, вытянув тощую шею, окинул студентов пристальным взглядом проверить, все ли прилежно склонились над конспектами. Заметив, что за одной из парт идёт оживлённая беседа, профессор с размаху стукнул ладонью по столу и гневно процедил:

— Шмелёва, видимо Вы лучше меня знаете, чем отличается возникновение амулетов от их создания?

Леночка смутилась. Быстро открыв тетрадь, она начала старательно записывать слова профессора.

— Возникновение амулетов процесс непроизвольный, можно сказать естественный, — продолжил лекцию Валентин Семёнович, который сегодня, видимо, был в не самом худшем расположении духа, потому что не стал отчитывать проштрафившуюся студентку. — Предметы неживой природы приобретают особые свойства в силу определённых обстоятельств. А создание амулетов, это целенаправленный процесс применения методик, когда мы умышленно наделяем некие предметы этими особыми свойствами. Понятно?

— Понятно, — с места ответил Егор. — Так давайте начнём с создания. Это интересней.

— Молодой человек, — резко бросил профессор, — попрошу раскрывать рот, только после того, как я дам Вам на это разрешение. Создание амулетов мы будем проходить в следующем семестре. Это очень сложная тема. Даже самый простой, самый слабенький индивидуальный оберег требует большого усердия и много времени. Сегодня мы рассмотрим случаи, когда амулеты возникают самопроизвольно без применения методик.

Валентин Семёнович ещё раз просканировал пристальным взглядом аудиторию, чтобы убедиться, что желающие перебивать его речь закончились, и продолжил:

— Итак, записывайте, практически любой предмет неживой природы может стать амулетом. Но процесс это не быстрый. Предмет, должен перенасытиться информацией, впитать её в себя больше некоего предела.

— Это как? — теперь уже от реплики с места не удержался Тимур.

Вероника зажмурилась, ожидая, что Кощей снова бахнет рукой по столу, чтобы выразить свой гнев. Но профессор, видимо, действительно пребывал сегодня в распрекрасном настроении, потому что отреагировал на реплику с места только злобным взглядом.

— Полагаю, многие из Вас слышали про намоленные иконы, — Валентин Семёнович брезгливо поморщился от того, что вынужден разжёвывать прописные истины непонятливым студентам, — это и есть пример того, как предмет, подвергшийся массовому информационному воздействию, приобретает особые свойства. Рядом с обыкновенным рисунком произнесены сотни тысяч и миллионы исступлённых фраз, проникнутых сильными чувствами и страстными желаниями, кто-то молился об исцелении, кто-то каялся, кто-то взывал о помощи. И вот напитанная этими терабайтами информации икона приобретает особые свойства. Не в состоянии больше удерживать информацию, она начинает излучать её вовне. Надеюсь, теперь понятно.

Вероника старательно строчила конспект, мысленно проклиная Кощея с его отсталыми методами преподавания и нежеланием предоставить студентам электронный вариант своих лекций. Пыталась не упустить ни единого слова, когда одно из них вдруг сильно резануло ей слух. Надо же! Профессору в доисторическом пенсне известно о терабайтах. Видимо, он не столько отсталый, сколько зловредный — ему доставляет удовольствие изводить студентов необходимостью писать лекции под диктовку. Прозвеневший звонок вызвал вздох облегчения — он оповестил об окончании этой пытки.

— Ты сегодня как-то особенно усердно конспектировала Кощея, — подтрунила Веронику Наташа, когда девушки направились в аудиторию, где должна была проходить вторая пара. — Удивительно, даже ни разу за лекцию ко мне не обернулась, чтобы возмутиться, какой наш «пенсненосец» отсталый. Я поняла — тебе, чтобы стать отличницей надо сидеть за партой одной. Что со мной, что с Никитой ты умудряешься пол-лекции проболтать.

— Да уж, одной по любому лучше, чем с Никитой, — фыркнула Вероника. — Вот чего это он первую пару прогулял?

— Может, заболел.

— Скорее — проспал, — возразила Вероника с иронией, хотя сама несколько минут назад сокрушалась, что Никита мог простудиться.

— Егор, — окликнула Наташа проходящего мимо одногруппника, — не знаешь, почему сегодня Никиты в Универе нет? Он случайно не заболел?

— Не знаю. Видел его вчера вечером — был в порядке.

— Вот, стоило парню от меня пересесть, как он уже прогуливает, — хихикнула Леночка, которая теперь часто находилась поблизости от Егора, а потом уже серьёзно добавила, — ой, девочки, а вдруг Никиточка и вправду заболел. Надо ему позвонить.

Достав из сумочки розовый смартфон, Лена коснулась красивым длинным пальчиком экрана пару раз и прислонила гаджет к уху.

— Не доступен, — развела она руками. — Надо будет к нему после занятий заскочить. Егорушка, пойдёшь со мной?

— Само собой, — кивнул Егор с таким выражением лица, что было понятно — он пойдёт с Леночкой не то что к одногруппнику, а хоть на край света.

— Ника, слушай, может, пойдём навестим Никиту? — предложила Наташа, когда Егор с Леной зашли в аудиторию и подруги остались перед входом вдвоём. — Сейчас лекция по физике, мы её вполне можем пропустить. Потом почитаешь электронный конспект, разберёшься сама и мне заодно объяснишь.

— Наташ, ну, что за паника на корабле? — возмутилась Вероника. — Бывает, первую пару полгруппы прогуливает. И что? Ходить, всех навещать?

Девушки зашли в аудиторию, и Наташа, несмотря на уговоры подруги, всё равно заняла парту сзади. Пустующее рядом с Вероникой место на протяжении всей лекции по физике не давало ей покоя. Ника испытывала жуткую смесь раздражения и тревоги. Она злилась на Лену и Наташу, которые почему-то решили, что Никита заболел, хотя совершенно очевидно, что он просто прогуливает. А даже если и заболел, это ещё не повод разводить панику. Разумеется, Веронике самой не нравилось, что телефон Никиты отключен, но она не собиралась делать из этого скоропалительные выводы. Чтобы не уподобляться одногруппницам, она представила себе Никиту мирно спящим в своей кровати рядом с отключенным телефоном, и эта картинка на мгновение подавила поток противоречивых мыслей в голове Вероники, и до её сознания начали пробиваться слова лектора.

— … а лучше всех на этот раз справился с контрольной Никита Беляев, — преподаватель проводил разбор работ студентов. — К одной из задач он придумал оригинальное решение, которое показалось мне более изящным, чем стандартное. Никита, будьте добры, расскажите нам его у доски.

— Аристарх Вениаминович, а Никиты сегодня нет. Он заболел, — оповестил профессора Егор.

«Ну вот, и этот туда же!» — с раздражением подумала Вероника. — «Сам же рассказывал, что видел его вчера вечером абсолютно здоровым». И любимый преподаватель тоже сегодня действовал Нике на нервы — взялся хвалить Никиту, как будто специально напоминая ей, какой тот супер-добросовестный. Слова Аристарха Вениаминовича вызвали у Вероники целую цепочку воспоминаний о том, как поначалу Никите тяжело давалась квантовая физика, как Нику распирало от желания его подтрунить, как они заключили пари, что он сдаст предмет на пятёрку, и как он таки добился своего. Да знает она, какой этот зануда — прилежный, не обязательно ей об этом напоминать. Знает она, что должна была быть какая-то веская причина, чтобы Никита пропустил занятия.

Мысли, одна беспокойнее другой, прочно засели у Вероники в голове. Теперь уже вызвать в воображении картину мирно посапывающего Никиты у неё не получалось, вместо этого она видела его корчащимся от боли в животе. И хотя познаний Вероники в области медицины вполне хватало, чтобы понимать, что воспаление аппендикса — болезнь не заразная, и не могла передастся Никите от Димы, но это ей не помогало прогнать навязчивые образы из головы.

Перед началом третьей пары Вероника беспокойно крутилась на стуле, не отводя взгляда от входа в аудиторию в надежде увидеть там Никиту. Когда до звонка оставалось несколько минут, она не выдержала — обернулась к Наташе и прошептала:

— Нат, пойдём к Никите. Надо разбудить этого прогульщика.

— Ладно, — понимающе качнула головой подруга и начала собирать вещи с парты.

— Наташ, вот только не делай такого лица…

— Какого?

— Типа — тебе всё про меня ясно.

— Ладно-ладно, — улыбнулась Наташа, — это только мы с Леночкой за Никиту переживаем. А ты хочешь его навестить чисто ради того, чтобы высказать ему, какой он несносный зануда и прогульщик.

Вероника невольно хохотнула — подруга видит её насквозь.

— Да, Наташ, почему-то тоже разволновалась, — созналась она, — наверно, от вас с Леной заразилась.

Девушки уже готовы были идти, как вдруг заметили, что в аудиторию влетел Никита и бодрой рысцой направился в их сторону. Никаких признаков болезни в его внешнем виде не наблюдалось.

— Ну вот, всё в порядке, — обрадовалась Наташа и начала снова выкладывать тетрадки на парту.

Вероника наблюдала, как Никита приближается к ним, и ей стало радостно и легко. Вот он — здесь, здоровый бодрый и… выпрямленный, а не беспомощный и скорчившийся от боли один в своей комнате в общаге, как рисовало её воображение несколько минут назад. Стоп! Значит, здоровый… Чего же он тогда заставил волноваться сразу трёх девушек. Вероника ощутила, как радость начала трансформироваться в другое чувство, больше похожее на праведное негодование.

— Девочки, привет! — Никита плюхнулся на стул рядом с Вероникой. — Надеюсь, я ничего интересного не пропустил.

— Значит, решил прогулять, проспать пары и даже мобильный выключил, чтобы тебя никто не беспокоил?! — Ника постаралась сверкнуть глазами так, чтобы прогульщика проняло до костей.

— Ого, ты мне звонила? — иронично улыбнулся Никита, на которого атака взглядом, похоже, не произвела никакого впечатления. — Нудно лекции одной слушать? Не с кем поболтать? Или просто по мне соскучилась?

— Нет, Наташ, я не выдержу две недели за одной партой с этим самовлюблённым ослом. Нет, ну, ты видишь, какой он?! Мы тут переживаем, что он заболел, я ради него Кощея конспектирую слово в слово, а он является совершенно здоровый и ещё сыплет тупыми остротами!

— Ника, ты для меня конспект по амулетам писала? — переспросил удивлённо Никита. — Спасибо.

В словах парня уже не было иронии. Скорее, они были пропитаны искренней благодарностью. И даже не столько благодарностью, сколько нежностью. И это сильно смутило Веронику. Вторая часть гневной тирады была забыта. Ника посмотрела на Никиту внимательно, и теперь, когда на его губах уже не было ироничной улыбки, заметила, что он выглядит уставшим — тёмные круги под глазами и, кажется, даже однодневная щетина. «Он не спал!» — мелькнула догадка, — «Неужели всё-таки заболел?»

— Никит, так почему тебя с утра не было? — опередила Веронику Наташа. — Действительно проспал?

— Нет. Ездил навестить Димку.

— В областную? — удивилась Вероника. — Туда же часа четыре пилить.

— Ну вот, поэтому на первые две пары и опоздал. Вчера вечером поехал, передал Диме вещи кое-какие и учебники — его же экстренно госпитализировали, он толком ничего с собой не взял. А утром сел на шестичасовой автобус, и вот я здесь.

Никите даже и врать-то практически не пришлось. По крайней мере, учебники одногруппнику он действительно передал — пусть к сессии готовится, меньше глупых мыслей в голову будет лезть.

— Молодец! — похвалила Наташа. — А как там Дима?

— Хорошо. Его уже прооперировали. Но решили пока не выписывать, чтобы осложнений избежать.

— Здорово! — улыбнулась Наташа. — И с Димой всё нормально и ты оказался здоров. Зря мы переживали. Да и неплохо, что ты хотя бы к третьей паре успел.

Третьей парой была лекция по предмету Ko0, который вёл ректор. Поэтому Никите очень не хотелось пропускать это занятие. Не потому, конечно, что он боялся самостоятельно не усвоить новый материал, а потому, что ему нельзя было привлекать к себе внимание человека, который находился в списке подозреваемых, составленном пару дней назад.

— Никиточка, привет! — радостно завизжала Леночка, когда заметила, что её бывший сосед по парте уже занял своё новое место. — А мы боялись, что ты заболел.

— Привет! — присоединился Егор. — Значит, прогулял?

И, подмигнув одногруппнику, спросил:

— Ставки делать будешь?

— Думаю, сегодня «супер-добрый», — отозвался Никита. — Вроде бы за выходные никаких ЧП в Универе не произошло.

— А мы с Леночкой поставили на «супер-злой». Она видела, как ректор утром повздорил с Колобком.

— А что проигравшие будут должны выигравшим?

— Завтра идём на каток. Проигравшие платят.

— Договорились, — кивнул Никита.

— А вы девочки, будете ставки делать? — обратился Егор к девушкам, ещё не охваченным традиционной забавой.

— Раз ругался с Колобком, я ставлю на «супер-злой», — ответила Вероника, — хотя не представляю, как может наш доброжелательный Колобок кого-то разозлить.

— А я не буду в пари участвовать, — улыбнулась Наташа, — они мне уже оскомину набили.

— Ну, ты что, Наточка, — протянула Лена, — не хочешь, что ли, на каток со всей группой пойти?

— На каток обязательно пойду, — опять улыбнулась Наташа. — Только заплачу сама за себя.

Пётр Иванович зашёл в аудиторию минут на пять позже звонка и как обычно был подвергнут любопытному взгляду пятнадцати пар глаз. Остатки волос аккуратненько причёсаны, пиджак застёгнут на все три пуговицы, на губах улыбка — те, кто поставили на «супер-доброе» состояние профессора могли мысленно себя поздравить.

— Молодые люди, здравствуйте! Хотел сегодня начать лекцию с разбора контрольной, которую Вы писали на прошлом занятии. Но, увы, все справились — разбирать нечего. Поздравляю!

— Поздравь и ты меня, — шепнул Никита Веронике. — Похоже, пари я выиграл. Сегодня наш профессор супер-добрый.

— Ну и ладно, — улыбнулась соседка по парте, — заплачу за тебя на катке.

Вероника не стала язвить Никите по двум причинам. Во-первых, она решила поощрить его геройский поступок: ночь не спать, ехать за тридевять земель в областную больницу, и всё это, чтобы навестить прооперированного одногруппника, а, во-вторых, катание на коньках, пусть даже бесплатное, было настоящим испытанием для Никиты. Вероника знала, что всё детство парень жил где-то на югах и о зимних развлечениях имел только чисто теоретическое представление, поэтому держаться на льду его пришлось учить в прошлом году всей группой. Никита набил не одну шишку, пока у него стало немного получаться. А чтобы научиться выделывать такие же финты, какие умеет Вероника, придётся набить ещё несколько.

— Итак, раз прошлая тема про работу с дублями информации усвоена Вами хорошо, сегодня мы можем приступить к новой, — радостно сообщил Пётр Иванович. — Сегодня поговорим про искажённые дубли информации и их свойства.

— Кто может привести пример искажённого дубля? — профессор обвёл аудиторию взглядом. — Егор, пожалуйста.

— Отражение в воде.

— Молодец! Хороший пример! — похвалил Пётр Иванович. — А почему именно в воде? Как Вы считаете, отражение в зеркале — это правильный или искажённый дубль?

— Думаю, всё-таки искажённый. Ведь там «право» и «лево» поменяно местами, — предположил Егор.

— Правильно, — кивнул профессор. — Вы верно уловили суть. Искажённый дубль — это, во-первых, всё-таки дубль, а не самостоятельная информация. Ведь пока Вы не подойдёте к зеркалу, Вашего отражения там не появится. Зеркало только копирует, но не создаёт. Но копирует не точно, с искажениями — может вытянуть изображение или, наоборот приплюснуть и так далее. А раз это дубль, то закон неуничтожимости информации на него не распространяется, и, значит, мы можем применять по отношению к таким искажённым дублям методики. Уничтожать, создавать, тиражировать и так далее. Но методики здесь нужно задействовать особые. Искажённые дубли могут быть слабенькими бледными копиями своих оригиналов, а могут, наоборот, превосходить их по своей значимости. Важно уметь это правильно оценить. Кто приведёт пример, когда искажённый дубль может превзойти оригинал? Наташа, пожалуйста.

— Пересказ.

— Хорошо. Поясните.

— Допустим, я прочла научную статью и сделала по ней презентацию, которая хоть и просто копирует идеи статьи, но представляет их более креативно.

— Замечательный пример. Спасибо. Ещё? Лена, у Вас есть какой-нибудь вариант?

— Ну, не знаю… э… близнецы, — нашлась, наконец, девушка. — Скажем, один талантливее другого.

— Что? — взвизгнул Пётр Иванович. — Шмелёва, ты лекцию слушала?!

Профессор соскочил со стула и начал носиться по аудитории.

— Ты хоть понимаешь, что ты сейчас ляпнула, Шмелёва?!

Волосы ректора стали дыбом, на лысине выступила испарина, лицо побагровело.

— Сейчас же, покиньте аудиторию! Слышите, выйдите вон! — не своим голосом заорал ректор и указал рукой на дверь.

Бледная Леночка дрожащими руками начала складывать в сумочку вещи.

— Пётр Иванович, но это же новая тема, — попытался заступиться за соседку по парте Егор.

Профессор между тем продолжал кричать:

— Позор! Какой позор! Прошу всех покинуть аудиторию!

Студенты, не дожидаясь новый волны гнева, один за другим спешно вышли из лекционного зала. Несмотря на то, что они давно уже перестали удивляться резкой смене настроения ректора, сегодня были шокированы тем, какая малость вывела Петра Ивановича из себя.

— Один-один, — растерянно развёл руками Егор, проходя мимо Никиты, — каждый платит за себя.

Он даже покрутил пальцем у виска, пытаясь продемонстрировать, насколько сегодня профессор был неадекватным.