Глава 8

Олег

Провожаю Анютку в уборную, а сам, прислонясь к стенке проверяю свои активы.

Не густо: мобила с дебетовой карточкой в чехле, да и все.

Даже часы, подарок пацанов, на квартире забыл.

Ну ничего – пусть Шавкат себе оставит.

Все равно ничего от них мне не нужно – к чему эти подарки, когда в действительно сложной ситуации от меня все отвернулись?

На дебетовой карте – всего двадцатка валяется.

Не привык я копить и что-то там откладывать. К деньгам отношусь всегда легко – придут и уйдут.

И снова придут.

Только вот сейчас неприятный холодок все-таки ползет по коже – квартиру надо снять, поесть, да и вообще… На мне кроме спортивок нет ничего из имущества.

В тридцать семь начинать все сначала?

Мысли прерывает щелчок двери, и на пороге показывается Анютка.

– Руки, – говорю, – мыла?

– Ну, конечно, мыла.

И смотрит на меня с таким презрением, будто я ерунду какую спросил.

А я откуда знаю умеет она мыть руки или нет? Учила ее горе-мамочка этому или мне всему придется учить.

– Хорошо помыла? – не сдаюсь я, хоть и чувствую себя глуповато перед таким строгим взглядом.

– Холошо-холошо, – кивает Анютка и забирает у меня зайца, которого оставила на хранение.

Доверить мне зайца – это большой шаг с ее стороны, я считаю.

Огромный шаг в доверии друг к другу.

– Ну идем тогда.

Садимся за столик, официантка раскладывает меню.

Жрать хочу – слона бы съел, да, боюсь, не потяну финансово.

Поэтому скромненько: солянка, стейк и салат.

Официантка только успевает записывать.

– А ты что будешь? – спрашиваю Анютку.

Она смотрит на меня круглыми глазами.

– Не выбрала что ли еще?

– А как выбилать?

Простой вопрос вгоняет меня в ступор:

– В смысле, как выбирать? Смотришь меню и выбираешь…

И тут меня осеняет:

– Ты читать не умеешь?

Анютка кивает:

– Да, мы с зайчиком не умеем.

Кожей чувствую неодобрительный взгляд официантки. Надеюсь, она у меня хоть не будет документы требовать.

– Что детское есть? – поворачиваюсь к ней.

Вместо того, чтобы глазеть пусть поработает.

– Пюре, котлетки на пару, биточки, макароны с сыром.

– Макалоны хочу! – вскрикивает Анютка.

– С котлетой, – добавляю я.

А то, что это за еда такая – пустые макароны.

Остаемся ждать заказ.

Анютка глядит на меня огромными голубыми глазищами, стискивая зайца.

Под этим взглядом мне становится не по себе, и когда в кармане вибрирует телефон я облегченно выдыхаю.

Достаю трубу и вижу сообщение:

«Олег, здорово! Сколько лет, сколько зим! Рад, что ты объявился. К себе пригласить не смогу. Места маловато, но в гости заскакивай – что-нибудь обязательно придумаем».

Смотрю на отправителя и удивлено вскидываю брови: Артем Привалов.

Товарищ еще по педагогическому универу из далекого-далекого прошлого.

Мы дружили когда-то, а потом дорожки окончательно разошлись – он в школу пошел работать, а я чемпионские пояса брал.

Даже не знал, что у меня есть его контакт.

Видимо по ошибке случайно отправил, когда пацанам рассылал.

Из которых, кстати, никто так больше и не ответил.

А Тема… Тема хоть в гости позвал.

Следом прилетает еще одна сообщуха:

«У меня как раз соседка квартиру сдавать хочет – могу свести и слово замолвить».

Неожиданно.

И следом прилетает адрес – я таких даже улиц не знаю, наверное, где-то совсем на окраине.

Ну а где еще может учитель жить?

Раздумываю несколько секунд – а чего я теряю?

Да и не в том я положении, чтобы выбирать особо.

Пишу быстро:

«Спасибо, Темыч! Выезжаю».

Мы заканчиваем обед, и я расплачиваюсь по счету: три пятьсот – как с куста.

Теперь я как-то обращаю внимание на цифры в счете.

Ну а как тут не обратить если на кармане всего двадцатка?

Привычно тянусь вызвать такси и одергиваю себя – надо поэкономнее что ли как-то попробовать.

– Мы с тобой, малышка, сейчас на метро покатаемся, – говорю Анютке и беру ее за руку.

Чувствую – ладошка напряжена.

– Мы не любим метло.

Хмурюсь.

– Я тоже, но это самый быстрый и недорогой способ добраться до Темыча.

– Все равно не любим, – упрямо продолжает она. – Там поезда глохочут и много людей котолые мне не нлавятся...

Сразу видно – моя дочь. Я тоже примерно поэтому не люблю метро.

Гораздо удобнее перемещаться за рулем комфортной тачки или, на крайняк, на такси бизнес-класса…

Но, что имеем, то имеем.

– Ну, у нас вариантов других нет – придется на метро.

Большие глазищи становятся еще больше, а ротик сжимается в точку.

Она смотрит на меня пронзительно и словно прилипает к месту.

Вскипаю раздражением:

– Давай-ка не капризничай!

Мало того, что мне нянчиться приходиться, так я еще и не знаю точно – моя ли это на самом деле дочь!

Будто своих проблем мало!

И, не глядя, тяну девочку за руку.

Через усилие она двигается с места – куда ребенку против чемпиона?

Так-то лучше, а то мамаша, поди, разбаловала ее – потакала всем капризам…

Слышу хлюпанье, и этот звук словно ножом режет по сердцу.

Застываю и вместо раздражения – ледяная испарина – как душ.

Что же ты творишь, Олег?

Анютка шмыгает носом, но не плачет, только зайца своего сильнее сжимает.

Присаживаюсь на корточки…

Что говорить-то – понятия не имею…

– Послушай, прости меня, пожалуйста, – искренне произношу я.

На душе гадко так и паршиво.

По морде себе бы съездил.

Справился с маленькой девочкой силой – тоже мне, герой.

Анютка не смотрит мне в глаза, только звонче хлюпает.

– Анют, – тяну ее легонько за руку, – прости. Я был неправ.

Поднимает глаза и смотрит исподлобья. В глазах – отблески слезинок.

– Хочешь – не поедем на метро. Поедем на автобусе… но с пересадкой.

Автобусы – это что-то вообще из голодного детства и юности.

Если я не люблю метро, то автобусы просто ненавижу.

Анютка кивает и… улыбается.

Словно солнышко выходит из-за туч.

Вздыхаю: эх, чего только не сделаешь ради такой улыбки.

– Мир? – говорю, протягивая руку.

– Мил, – кивает она и озорно хлопает меня по ладони.

***

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в новинку нашего литмоба "Папа может все" от

Ланы Гриц

"Отдам папу в хорошие руки"

https:// /shrt/7-K9