Глава 3

Ни разу не прыгал с парашютом, но бьюсь об заклад, ощущения, которые я испытал, были сродни свободному падению.

Я не чувствовал своего тела, не ощущал пульса, даже ветер и тот нисколечко не беспокоил, хоть и дул прямо в глаза. Или, хе-хе, в глаз?

Единственное, что я ощущал — тысячи бабочек, порхающих в районе несуществующего живота.

Хотелось орать от ужаса и в то же самое время кричать от восторга.

Я мог парить словно орел или коршуном падать вниз. Мог дотянуться взором до любой точки пространства. Мог подслушать любой разговор!

И это ощущение власти и абсолютного всезнания пьянило покрепче браги.

Более того, я знал, что реши я обратить свой взгляд в сторону, то обязательно увижу землю и другие миры. И если бы не чувство долга, то, скорей всего я бы не удержался.

Но в памяти ещё были свежи слова Денебери про Ваджру, а по спине до сих пор бежал холодок от зловещего «Время пошло».

Поэтому я усилием воли погасил захлестывающие рассудок эмоции и сконцентрировался на сине-зеленом шарике.

По Порогу, а это был именно он, пролегали сотни энергетических линий, и светились тысячи огоньков. Какие-то из них были тусклыми, какие-то то и дело мерцали.

Но больше всего в глаза бросались пять огоньков, которые полыхали, словно маленькие звездочки.

От одной так и веяло огнем и теплом, от второй уверенностью и сталью, от третьей интересом и любопытством, от четвертой диким миксом спокойствия и сомнений, а пятая больше походила на черно-белую кляксу.

Пообещав себе обязательно присмотреться к этим одаренным в следующий раз, я нашел взглядом Лютики и нисколько не удивился, заметив в городе «кляксу».

Не нужно было быть гением, чтобы понять — так выглядит моя аура со стороны.

Впрочем, смотреть на себя мне быстро наскучило и я, почувствовав сильный зов, посмотрел налево — на соседний желто-коричневый мир.

Видимо Глаз Смерти сам имел представление, что стоит мне показать в первую очередь, и я, доверившись его выбору, ослабил стальные тиски контроля.

Желто-коричневый мир тут же начал стремительно приближаться, меня замутило, и я только было захотел оборвать контакт, как увидел…

Интерлюдия. Мир песьеголовых. Расположение Пятнадцатого легиона, находящегося под командованием старшего легата Ахраниса

Высокий песьеголовый в мантии легата со скукой наблюдал за убытием высоких гостей.

Несколько часов назад у него состоялись переговоры с кланом Степного волка.

И то, что Волки прислали не просто легата Ахрокриса, но даже старшего сына главы клана Ахрониса, наводило на определенные мысли.

Степные волки издавна промышляли работорговлей, особый упор делая на одаренных.

Ошейник подчинения, ментальная обработка, и плененные маги пусть и теряли девять десятых своей природной силы, но становились послушными марионетками. Которые веками служили роду Степных волков.

Собственно на этом поприще Степные волки и смогли укрепить свои позиции, и даже посматривали в сторону Ковена— с их силами, соседи вполне могли попытаться скинуть власть шаманов.

Вот только легат Ахранис был не новичком в этих клановых интригах, и ответил на предложение Волков вежливым отказом.

Конечно, рабы с магическим даром пришлись бы сейчас весьма кстати, но на его стороне был Ковен, а мальчишка Гортан сумел убедить старого хрыча Зарыша присоединиться к рейду.

Ахранис потерял интерес к удаляющемуся каравану зазнавшихся Степных волков и перевел взгляд на погасший портал.

Пусть сопляк Гортан думает, что дергает всех за ниточки, но он лишь пешка в его, Ахраниса, руках.

А если он все-таки сможет захватить на Пороге плацдарм, что ж… Ахранису найдется чем его вознаградить.

«Я лично предложу ему место в своей свите, — из сумрака теней показалась закутанная в рулоны воздушной ткани фигура. — Но мне нравится ход твоих мыслей, старший легат Ахранис!»

«Повелитель! — воин склонился в поклоне. — Я выполнил вашу волю в точности. Пригласил в набег несколько малых родов, и сейчас на Пороге находятся почти полтора легиона!»

Песьеголовым, чтобы вести беседу, не было нужды говорить. Что верховный шаман Ахрокрас, что старший легат Ахранис — оба владели мыслеречью.

«Этого должно хватить, — довольно кивнул шаман. — То, что изначально планировалось как отвлечение внимания гладкокожих, может обернуться успехом».

«Это так, — подтвердил старший легат, подпустим в свои мысли немного восхищения гениальным планом верховного шамана. — И я рад, что именно моему клану выпала честь нанести первый удар!»

«Если у Гортана всё получится, — шаман зловеще оскалился, — то мы продадим право на вторжение всем старшим кланам, а сами тем временем сосредоточимся на основном плане. Ведь одно дело захватить клочок земли на севере столицы, другое — ударить в самое сердце врага!»

«Ваш план бесподобен, повелитель! — воин повторно поклонился. — Я вас не подведу!»

«Не подведете, старший легат Ахранис, — согласился шаман, — так как знаете, какая участь постигла вашего предшественника. Парад планет близок, и поверьте, этим шансом нагрянуть на Порог воспользуются все соседние миры!»

«Но мы будем первыми», — хищно улыбнулся старший легат.

«Именно так, — подтвердил шаман. — Наши шпионы подготовили Маяк и сейчас усиленно работают над уничтожением армии Цитадели. А наши дипломаты уже заключили договоренности с ксурами, темными друидами, магами Темного легиона и прочими… союзниками».

«Мы вымотаем врага чужими руками, а сами пробьем путь прямо к Маяку!» — старший легат аж зарычал от предвкушения открывающихся перспектив.

«И если все пройдет удачно, — верховный шаман строго посмотрел на своего союзника. — Ковен станет править Порогом, я Ковеном, а вы, мой друг, получите должность диктатора!»

«Я уже начал подготовку, повелитель! — Ахранис справился с волнением и в очередной раз поклонился шаману. — И в отличие от этого сброда, собранного со всех легионов, — воин кивнул на белоснежную плиту портала, — мои легионеры пройдут сквозь врагов, как нож сквозь масло!»

«Да будет так, будущий диктатор Ахранис, — одобрительно оскалился шаман Ахрокрас. — Да будет так!»

* * *

Интерлюдия. Лагерь первой волны песьеголовыхъ Старший мистик Гортан

Все, чего хотелось Гортану — это напиться.

Тупые легионеры, тупые деканы, тупые центурионы! Сейчас, после вчерашнего провала, Гортан всерьез задумался о том, что старший легат его подставил.

Слишком уж разболтанными были легионеры. Слишком сильно хромала дисциплина. А офицерский состав и вовсе своевольничал. Взять только вчерашний штурм!

Ну кто мог подумать, что старик Зарыш настолько разозлится после стычки с протеже Денебери, что сумеет подбить треть центурионов и одного трибуна на атаку города?! И это в то время, пока остальные ставили лагерь!

Правда, у Зарыша почти получилось, и Гортан до сих пор ежился, вспоминая появившегося у стен Лютиков Пожирателя.

Но эти ксуровы гладкокожие снова сумели вывернуться, а Зарыш наконец-то поверил ему, что без Денебери здесь не обошлось.

Некромант даже воспользовался своей Сферой, чтобы насытить портал и потребовать с Аханиса выслать подмогу.

Качество прибывших легионеров оставляло желать лучшего, но Зарыш решил сам вести их в бой.

Как он сказал — хотят они этого или нет.

Гортан отлично понимал, что старый некромант не зря опустошил свою Сферу, и что ему намного удобней будет командовать армией мертвых.

А для этого с таким трудом скомплектованный легион должен умереть.

И пусть это будет победой для Зарыша, который не только восполнит силой свою Сферу, но и встанет во главе армии немертвых, но для Гортана это будет окончательное поражение.

Старший легат не простит ему потерю легиона.

Старший мистик зарычал в подушку и с трудом подавил в себе желание напиться самым крепким пойлом.

Вместо этого он вынул ритуальный кинжал и с остервенением принялся вспарывать подушку.

Успокоился Гортан только тогда, когда руку свело от напряжения, а его шатер наполнился ксуровыми перьями.

— Должен быть выход, — прошептал старший мистик, бездумно глядя на то, что осталось от подушки. — Должен… Вот если бы Зарыш…

Замерев от осенившей его мысли, мистик вскочил на ноги и тут же замер.

— Зарыш… Сфера… Ну конечно же!

Гортан усмехнулся себе под нос и впервые за долгое время улыбнулся.

Всё, что ему нужно — свалить всю ответственность на выжившего из ума некроманта.

— Пусть этот старый хрыч захватывает город, — зловеще прошептал старший мистик. — Пусть поднимает армию немертвых… Пусть убивает этого мальчишку! Я же сделаю так, что мне будет с чем вернуться к Ковену…

Гортан вложил ритуальный кинжал в свои скромные ножны и отряхнулся от облепивших его перьев.

— Думаю, старший легат Ахранис не откажется от Сферы Смерти…

* * *

Интерлюдия. Академия Самди Тэнебре Седьмой

В особняке, принадлежавшем Темному факультету было привычно безлюдно.

Темные искусства и так не пользовались особой популярностью, а ничтожный процент ордерных темной искрой таланта еще сильнее увеличивал шансы потерять многовековые знания.

Причем Самди, будучи практически единственным Темным магом Цитадели, прекрасно понимал, что это не случайность, а чей-то злой умысел.

И тот факт, что Совет не пустил его в Лютики косвенно подтверждал догадки мага.

— Твари, — задумчиво протянул мрачного вида мужчина с абсолютно лысой головой.

Одна только Сеть знает, чего ему стоило на несколько часов вырваться в Лютики, чтобы собственноручно присмотреться к первому за последние тридцать лет мультику!

Форточник действительно оказался непрост, и Самди не пожалел времени и сил, чтобы установить парочку полезных закладок.

Пацана было, конечно, жаль, но выбирая между ним и Сиамом, Самди не колеблясь выбрал Сиама.

Да и потом, если псы всё же смогут прорвать заставу, Самди получит шанс оказаться в Лютиках без всякой портальной сети. А то, что будет потом его мало волнует.

Слишком уж хорошо он помнил, как ровно тридцать лет назад они с Людвигом отбивались от легионов песьеголовых!

И ладно бы дело было только в псах, их за противников Самди не считал. Но вот запашок Скверны, исходящий от того, кто им командовал, он ощущал до сих пор.

Порогу не привыкать к Вторжениям, и Самди был более, чем уверен, что и в этот раз они сумеют отбиться, если бы не одно «но».

Если в дело вступит Скверна, то этому миру не выстоять.

И единственное, что может помочь — это Ваджра, или «Убийца богов».

И он, Самди Тэнебере Седьмой, сделает всё, чтобы найти этот артефакт. Даже если придется выпотрошить этого мультика.

Потому что… Порог важнее…

* * *

Интерлюдия. Городок Лютики. Ставка Ков’Альдо

— Есть какие-то новости?

— Никак нет, господин Лар’Тарго.

— Как только прибудет парламентер, немедленно сообщить!

— Будет исполнено, Господин Лар’Тарго!

— Ах да, — аристократ поправил свой шикарный камзол. — Что насчет Багура? Его уже нашли?

— Мы отправили на поиски предателя три отряда стражи! — стражник уже устал отвечать на одни и те же вопросы, но, зная крутой нрав начальства, и не думал показывать вид. — Как только наши доблестные воины приведут его, я лично вам сообщу!

— И смотрите мне тут! — Шизор погрозил воину пальцем и вернулся в роскошный особняк, возведенный на окраине Лютиков полгода назад.

Убедившись, что стража бдит, Шизор вальяжно прошел в гостиную и уселся в свое кресло.

— Что, Шизор? — усмехнулся его кузен и по совместительству мэр города Лютиков, Дармидус Лар’Тарго. — Не спешат Аш с Асиром ползти к нам на колени?

— Вообще-то Асир уже сдох, — аристократ потянулся за гроздью винограда, но в последний момент передумал и подхватил со стола бокал с вином. — Что до Аша, он упёртый как сотня баранов.

— Корзин не справился, — Дармидус с укоризной покачал головой.

— Не справился, кузен, — подтвердил Шизор. — Мои люди докладывают, что там не обошлось без участия Германа.

— Германа? — удивился Дармидус. — Он же с нашей руки кормился!

— Видимо не только с нашей, — невесело усмехнулся Шизор. — Ну да плевать. У Аша все равно нет другого пути, как приползти к нам за помощью!

— Приползет, — заверил его кузен. — Погранцы и резервисты не смогут удержать песьеголовых, но и не отступят. А значит рано или поздно, они упрутся в наши заслоны.

— И там-то мы возьмем свое, — с предвкушением улыбнулся Шизор. — И даже предатель Дикса и тупица фон КОрос не помогут Ашу и его людям!

— Мы сожжем их всех, — поддержал кузена Дармидус. — А потом и песьеголовых! И вся слава, все награды и что самое главное титул графа фон Лютика достанется нам!

— Да будет так! — Шизор поднял бокал, думая про себя: «Вот только не нам, дорогой кузен, а мне».

— Да будет так! — торжественно подтвердил Дармидус, с точностью до слова дублируя мысль главы стражи.

* * *

Интерлюдия. Представительство Налоговой службы. Герасим

Герасим долгое время наблюдал за интригами, плетущимися в Лютиках.

Он был свидетелем того, как Лар’Тарго осваивают выделяемые из Цитадели бюджеты на укрепление пограничного региона и превращают форт в комфортабельный городок.

Наблюдал за тем, как отлаженная система рушится под напором эффективных управленцев Лар’Тарго.

Фиксировал все попытки, успешные и не очень, переманивания резервистов в ряды стражи, которая давным-давно превратилась в личную гвардию Лар’Тарго.

От взгляда Герасима не могли скрыться ни стукачи, работающие на тех, кто больше платит, ни наемники Города и Крепости, вынюхивающие секреты лютиков, ни даже агенты песьеголовых.

Все события Герасим фиксировал и ежемесячно отправлял в головное управление Налоговой службы, но неизменно получал один и тот же ответ: «Еще рано».

И он ждал, игнорируя все попытки его подкупить и втереться в друзья. Ждал, с горечью наблюдая, как на его глазах рушится оборонительный рубеж столицы. Ждал сигнала.

Но сигнала все не было.

Не было его тогда, когда Лютики из укреплённого форта превратились в то, чем они стали.

Не было его и тогда, когда Лар’Тарго подкупили менталиста и начали по своему усмотрению править память резервистам.

Не было его и тогда, когда псы штурмовали стену города.

Герасим ежедневно хотел плюнуть на свой долг, взять в руки меч и пойти вершить справедливость, но он ежедневно сдерживал себя и ждал указаний из Цитадели.

Налоговик вздохнул и бросил взгляд в окно, из которого открывался отличный вид на площадь, где отдыхали перед утренней схваткой выжившие на заставе погранцы и резервисты Лютиков.

Герасим бы многое отдал, чтобы сейчас присоединиться к ним, но долг был превыше всего.

Он будет дежурить даже если псы захватят город. Для этого есть сеть подземных тоннелей и специальные чердаки, оборудованные почти в каждом доме.

И он будет ждать столько, сколько нужно.

Герасим со вздохом посмотрел на лежащий на столе амулет и отвел было взгляд, как в следующий миг артефакт засиял ярко-желтым светом.

Впервые за долгое время на неподвижном лице Герасима прорезалась кривая улыбка.

Он всё же дождался.

И это значит одно — настала пора действовать.

* * *

Интерлюдия. Подземный мир. Ануб

В темном зале было не протолкнуться от цепей.

Они тянулись со стен, с потолка, обвивали покосившиеся колонны и змеились по потрескавшемуся полу.

А в центре зала находился стальной кокон, состоящий из этих самых цепей.

И если присмотреться, то можно было увидеть мускулистые руки, в которые впивались цепи, сложенные за спиной крылья, и острые рога пробивающиеся сквозь бесконечные цепи.

Кто-то очень хорошо постарался, чтобы сначала надежно зафиксировать находящееся в зале существо, а потом и опутать его тройным слоем зачарованных цепей.

От фигуры шла такая аура злобы и ненависти, что я впервые за пятое видение почувствовал себя обычным человеком и вообще понял, кто я и где нахожусь.

И только успел порадоваться, что эта сущность так хорошо замурована, как на периферии сознания раздался далекий вопль: «Ануб, прими эту жертву в обмен на силу!».

А дальше произошло то, от чего я, имей в тот момент физическое тело, непременно бы поседел.

Одна из цепей с глухим звяканьем упала на пол, и существо повело могучими плечами.

И именно в тот момент я осознал, что больше половины цепей, находящихся в этом зале, уже не сдерживает эту сущность, а просто-напросто лежит на полу!

А затем я увидел его глаза.

Не помог даже двойной слой цепей, которым была обмотана голова Ануба.

Никакой Пожиратель и рядом не стоял с Анубом. От его взгляда меня мгновенно проморозило, а аура, казалось, покрылась могильным инеем.

Его глаза требовательно тянули меня в центр зала и я, сам не отдавая себе отчета, сделал шаг вперёд. Ещё один. И ещё.

Но когда до опутанной цепями фигуры оставался всего один шаг, передо мной появилась спасительная надпись:

Внимание! Время истекло. Хотите продлить использование Глаза Смерти?

— К черту, — я с трудом вытолкнул из себя непослушные слова и с облегчением заметил, как в следующий миг проваливаюсь в темноту.

Сверху донёсся полный разочарования вопль, а я, не удержавшись, показал неприличный жест.

Аккурат перед тем, как провалиться в спасительное небытие.