Глава 20

Стикс не появился ни к ужину, ни утром. Айна почти не спала в эту ночь, чутко ловя каждый шорох. Но, к ее тайному сожалению, элохим не пришел.

Неужели трусливо сбежал после того, что случилось? Или его отсутствие связано с приказом центрального мозга?

Как бы там ни было, Айна убеждала себя, что ей все равно, но где-то в глубине души волновалась за Стикса. Тревожилась за него – и душила в себе эту тревогу, раз за разом напоминая, что он враг человечества. Ее личный враг.

Ну а то, что между ними случилось…

Так не по-настоящему же! Можно просто представить, что это был сон. Эротический.

Хмурая и невыспавшаяся, она добрела до раздатчика пищи, подождала, пока из его глубин выплывет поднос с обязательной порцией овсянки и творожным пончиком, и села за стол. В раздатчике заклокотало, и вслед за подносом появился высокий стакан с белой вспененной жидкостью – молочный коктейль.

Здесь, как и на Земле, Стикс Хассель предпочитал питаться натуральными продуктами. Сначала Айну это удивляло: откуда на станции свежие овощи и другие скоропортящиеся продукты? Кто их поставляет? Как?

Линк пояснил: между Землей и станцией каждый день курсируют фотонные челноки.

– Интересно, а в Конфронте об этом знают? – пробормотала она тогда, не рассчитывая на ответ.

Но ответ все же последовал, и он поверг Айну в замешательство:

– Разумеется. Ваши соплеменники не раз пробирались на космодромы и подрывали готовые к старту челноки. Префекту пришлось ввести превентивные меры.

– И смертную казнь на месте, – скривилась девушка.

– Как показал алгоритм человеческого поведения, страх мгновенного наказания – это единственное, что может повлиять на ваши поступки.

Сейчас, размазывая кашу по тарелке, она вдруг вспомнила тот разговор. Тогда у них с Линком разгорелся жаркий спор, в котором Айна с наивным вдохновением защищала права человечества, а искусственный интеллект заставил ее замолчать всего одной фразой:

– Эрна Девьяри, что из сказанного вами принадлежит именно вам?

– В смысле? – растерялась она.

– Вы слово в слово повторяете доктрину Конфронта. И это похвально, что вы такая прилежная ученица. Но есть ли у вас собственное мнение по этому поводу? Оглянитесь вокруг. Что изменилось с приходом новой власти? На Земле больше нет войн, болезней, голода. Все, кто работает официально, имеет комфортное жилье, бесплатный проезд в общественном транспорте и медицинскую страховку, а их дети получают бесплатное образование. Но ведь так было не всегда. Неужели человеческая память такая короткая, что новое поколение забыло об этом?

– Нет, – сказала Айна, подумав, – мы в школе учили про войны и про голод. Но ведь эти учебники вышли уже под редакцией элохимов, так что как я могу верить в то, что написанное там – это правда?

– А вы не верьте написанному. Верьте своим глазам.

– Я им и верю! – вспылила девушка. – Я собственными глазами видела трупы родных! И знаю, что в их смерти виноват элохим! Может, не твой хозяин, может, его вообще уже нет на Земле. Но люди его видели! Видели, как он вошел в наш дом и как вышел! Что ты на это скажешь?!

Боль заставила Айну очнуться. Она моргнула, выплывая из воспоминаний, и уставилась на руку. Пончик был раздавлен в лепешку. Она так крепко сжала кулак, что ногти вонзились в ладонь.

А потом раздался странный звук. Тихий, шкрябающий. Он шел со стороны двери – той самой, через порог которой Айна еще ни разу не переступила. Той самой, которую Стикс заблокировал и сказал, что Айна выйдет отсюда, когда он убедится, что она может за себя постоять.

И сейчас за этой дверью кто-то стоял и зачем-то царапал металлическое полотно.

Девушка насторожилась.

– Линк? – позвала негромко. – Это Стикс?

К ее удивлению, интеллектуальный ассистент не ответил.

– Линк, ты слышишь меня?

И снова это царапанье. Словно металлом ведут по металлу.

Медленно поднявшись, Айна огляделась в поисках альтернативного оружия. Ее взгляд упал на дверь в каюту Стикса. Может, там найдется что-нибудь?

Она тут же одернула себя: его каюта всегда закрыта. Она уже пыталась войти, но сканер ДНК невозможно обмануть.

Скрежет усилился. Было в нем что-то угрожающее, пробирающее до костей.

Неужели это то, о чем предупреждал Стикс? То, к чему он ее готовил?

Но где же он сам? И почему Линк молчит?!

Или это снова проверка?

Не зная, что думать, Айна схватила первое, что попалось под руку – мраморную подставку с прикрепленным матовым шаром. Он начинал светиться, когда наступала условная ночь и каюта погружалась в темноту. Стикс как-то сказал, что шар сделан из особого минерала с какой-то планеты. Но главное, он тяжелый.

Держа ночник, Айна приблизилась к двери. Прижала палец к переговорному устройству на стене, как учил Стикс.

– Кто там? – хрипло спросила.

В ответ раздалось шипение и помехи. Затем громкий треск. И вдруг все затихло, оборвавшись так внезапно, что Айна по инерции еще несколько раз нажала на сенсорную панель.

Но динамик молчал.

А потом погас свет. В мгновение ока каюту окутала кромешная тьма.

Отпрянув от двери, Айна застыла. Мало того, что погасли панели дневного света под потолком, вместе с ними перестали светиться и панели всех устройств! Кто-то полностью обесточил каюту.

И посреди этой тьмы вдруг появилось слабое свечение – ожил ночник. А за спиной что-то щелкнуло.

Айна почувствовала легкий сквозняк.

Сердце девушки глухо забилось. Сжимая ночник в потной ладони, она обернулась.

Дверь каюты была приоткрыта. Она немного отъехала в сторону, и Айна ясно видела щель, в которую с легкостью могла бы просунуть ладонь.

Почти не дыша, девушка приблизила к щели свой единственный источник света.

С той стороны тоже было темно, но там что-то происходило. Слышался топот и хриплые лающие голоса, приглушенные расстоянием. А потом в дверь что-то глухо ударило и поехало вниз. Полотно покачнулось, входя в стену еще на несколько сантиметров. Айна увидела окровавленные пальцы, цепляющиеся за порог.

Знакомые пальцы.

Ее сердце пропустило удар.

Фил? Нет, это не может быть он…

Как? Откуда?

Айна застыла, не веря своим глазам.

На той руке, что цеплялась за порог, сквозь кровавые разводы просматривалась знакомая татуировка. Фил сделал ее по глупости, еще до того, как попал в Конфронт.

Где-то недалеко прозвучал незнакомый лающий голос, явно отдающий команды. Айна узнала язык – тахаэр, хоть и не поняла ни слова. Зато до нее дошло: элохимы совсем близко, и они наверняка ищут сбежавшего Фила.

Это заставило очнуться и действовать.

Айна навалилась на двери. Под ее весом тяжелое полотно наполовину въехало в стену. Теперь проем был достаточным, чтобы девушка увидела друга, лежащего на полу.

Она быстро огляделась. Пространство вне каюты наполняла кромешная тьма. Ночник был слишком слабым, чтобы осветить больше, чем пару метров, но и этого оказалось достаточно. Похоже, дверь из каюты вела в коридор с круглым сечением и странными гофрированными стенами, переходившими в такой же потолок.

И где-то там, в этом коридоре, тенганарцы искали Фила.

Отставив светильник, Айна склонилась над парнем. Краем глаза отметила, что кто-то сбрил ему все волосы на голове. Из-за этого лицо изменилось, стало более жестким, хищным. И вообще, он похудел.

Она подхватила его под мышки и попыталась втащить через порог.

Фил застонал, не открывая глаз. На нем была роба из серой термоткани, на ногах – матерчатая обувь, напоминавшая одноразовые больничные тапки. Спереди на робе виднелись бурые пятна, похожие на кровь. Нижняя часть лица тоже была запачкана кровью. Свежая струйка текла из носа.

– Тише, – прошептала Айна, таща его внутрь. – Все хорошо!

Она дернула со всей силы, и вместе они ввалились в каюту: Айна упала на спину, Фил – на нее. Девушка застыла, прислушиваясь. Хорошо, что покрытие на полу упругое и поглощает звуки.

Она выкарабкалась из-под стонущего парня и навалилась на двери, ведя их в обратную сторону. Отпустила, только когда услышала, как щелкнул язычок замка. И облегченно вздохнула: замок сработал автоматически, значит, не все потеряно. По крайней мере, они пока в безопасности.

– Что же с тобой сделали? – пробормотала, разглядывая друга.

Взяла со стола салфетку и, светя себе ночником, обтерла его лицо.

– Пить, – прохрипел Фил, едва разлепляя губы.

– Все обесточено. Я не могу набрать воды.

Его ресницы затрепетали. С видимым трудом он приподнял веки и уставился на Айну мутным взглядом. Через минуту взгляд прояснился, в нем появилось узнавание, и губы парня растянулись в улыбку:

– Ты! Я знал, что найду тебя здесь.

Он протянул руку, пытаясь коснуться ее лица, но Айна перехватила ее.

– Здесь – это где, Фил? Что происходит? Мне сказали, что ты арестован, но согласился участвовать в каком-то эксперименте.

– Так и было. Эксперимент.

Шмыгнув носом, Фил растер под ним кровавую полосу.

– У тебя кровь идет! – всполошилась девушка.

Она рывком через голову сняла пижамную кофту и осталась в одном эластичном топе, заменявшем бюстгальтер. Приложила кофту к носу парня.

У того, глядя на ее формы, заблестели глаза:

– Ты красивая.

– Нашел время для комплиментов! Лучше скажи, что нам делать. Тебя же ищут!

Он поморщился, будто припоминая что-то неприятное.

– Скоро включат аварийную систему питания. Я постарался, чтобы им пришлось повозиться, пока я не доберусь до тебя.

– Так это ты обесточил станцию?

– А, так ты знаешь? – хмыкнул Фил.

– Знаю о чем?

– Что мы на космической станции.

– Ну конечно! Мне Стикс сразу сказал, чтобы я не вздумала сбежать.

– Стикс, значит… – парень скривился. – Ты его уже по имени называешь…

– Фил, объясни, что происходит. Откуда ты знал, что я тоже здесь?

– Твой дружок сообщил.

– Стикс? – Айна в недоумении уставилась на него. – А ему-то зачем?

– Сказал, что ты не пострадаешь, если я приму их условия и соглашусь предоставить себя в качестве подопытной свинки.

– Вот гад! – прошипела девушка, сжимая кулаки.

– Еще какой. Все это время я был заперт на медицинском уровне, там у них целая лаборатория по изучению мозга. Знаешь, над чем они работают? Пытаются найти способ управлять памятью без урона для личности, но пока у них плохо выходит.

– Тебе стирали память?

– Что-то стирали, что-то внедряли. Осторожно, чтобы не повредить сознание. Только знаешь, что-то пошло не так.

– Что? О чем ты? Тебе навредили?

Фил ухмыльнулся. Ухмылка выглядела жутко из-за кровавых разводов.

– Они навредили себе.

Отпрянув, девушка посмотрела на друга.

Он изменился. Очень сильно. Нет, внешне это был все тот же Фил – бабник и зубоскал, но что-то в его глазах, в мимике, в тоне голоса – пугало до дрожи. Словно внутри Фила сидел кто-то чужой – незнакомый и очень опасный.

– Что ты хочешь этим сказать? – прошептала она.

Ее вопрос перебил странный звук. По полу и стенам прошлась легкая вибрация, и панели на потолке вспыхнули желтым аварийным светом. Замигали огоньки на панелях приборов. Загудела дверь, активируя сенсорные замки. Под потолком зашипели скрытые динамики.

Фил закрыл глаза.

– Быстрее! – вскрикнула Айна, вскакивая на ноги. – Вставай! Я спрячу тебя в спальный кокон.

– Не надо, – процедил парень, медленно поднимаясь.

– Что? Как «не надо»?

– Я пришел не для того, чтобы прятаться.

– А для чего?

– Скоро узнаешь!