— Илоэ афеду до Экхафиа, — прочитала я, закрыв глаза.

Слезы показались непроизвольно.

— Торговец может быть прав… я могу быть одной из них…

— Отец, — Эл крепко держал мою руку, — нужна помощь! и если ты хочешь, чтобы мы переехали. Обещай оградить Иолу от новой и старой родни, которые могут желать ей зла.

— Но… — запротестовала я непонятно против чего, — торговец мне казался дружелюбным. Почему он может желать мне зла?

— Мограйские острова — место работорговли. Туда заманивают людей и продают на континент, — слова Элиаса бередили старую рану, — он мог знать тебя на самом деле, но это не исключает того факта, что у него мог быть и злой умысел. Вдруг он лишь увидел в тебе лёгкую добычу?

— Наши рыцари туда ни ногой, — лорд Фробби согласно кивнул. — Но она сказала Экхафиа? Я видел эту фамилию на одном из торговых соглашений… Неужели она из купеческой семьи?

— Ты что-то об этом слышал? — Эл теперь уже снова посмотрел на отца, а я села на стул рядом и не выпускала руки мужа. Так вот откуда тревога? Эл хотел меня уберечь от очередной ошибки?

— Что ж, я разузнаю, взамен, позволь мне немного эгоизма. Надо держать лицо перед рыцарями, поэтому я бы попросил тебя сейчас же собрать свои пожитки и вернуться обратно со мной. Зная тебя и твою тягу к самостоятельности, могу предположить, что иначе ты можешь, наоборот, сняться с якоря и убраться подальше, куда-нибудь к лорду Барне, к своему старому другу и наставнику.

— Вот ещё, — проворчал Элиас. — Но я не могу принять единоличное решение. Иоланда тоже имеет право выбирать.

— Я не против… но как же Ситэлия?

После рассказа Элиаса о работорговцах и купеческой семье мне вдруг стало немного страшно оставаться в этом доме. Ведь совсем рядом рынок, то место, где я уже дважды встретила плохих людей.

— Ситэлия вместе с матерью живёт теперь в дальней башне и им обеим запрещено появляться в главном донжоне, — заверил лорд Фробби с усмешкой. — И как я раньше не додумался до подобного?

Мне осталось лишь подивиться скоропалительностью принятого решения. Неужели, если мы ему не угодим, то и с нами поступят так же? Лорд скор на расправу?

— Не боись, я не так страшен, как обо мне говорят, — отец Элиаса будто мысли мои прочёл.

— Иола?

— Хорошо.

Пожала плечами и отчётливо поняла, что приняла вынужденное решение. Лорд Первого Огня вновь улыбнулся и наконец отхлебнул ромашковый чай.

— Да, мёда бы не помешало, — он потянулся к стеклянной баночке, стоящей в центре стола. Я поднялась и продала ему ложку. Эл встал со стула и вышел с кухни, напутствуя:

— Попроси троих ребят зайти, надо будет помочь, вытащить тележку из сарая.

— Неужели у тебя столько тряпья и вещей?

— Мне самому нести все мои доспехи? Плащи, оружие?

Лорд усмехнулся. А я немного растерялась, не понимая, что нужно взять мне. Ведь у меня не так много вещей, которые нужно будет нести.

— Иоле нужно пошить новые платья.

— О, тряпья в замке предостаточно, как и рулонов ткани. Я в своё время купил для твоей матери целую телегу у одного купца, но… эти ткани нам так не пригодились.

Грусть поселилась в его взгляде, а лицо омрачилось.

— Ири и Фири?

— Они будут жить с нами, — Эл кивнул, когда вернулся на кухню. Он почему-то держал в руках ошейники. — Идём, помогу тебе собраться.

Мне осталось лишь послушно проследовать за супругом и стараться ничему не удивляться. Надеюсь только, мы не поспешили с решением покинуть этот дом. Ведь я уже успела к нему столь сильно привязаться. Да и Рильза мне очень помогала, надо бы её отблагодарить. Иначе даже не знаю, когда в следующий раз свидимся.