Эл отставил пустую тарелку на тумбу и взял меня за руку. Погладил успокоения ради. Он был рядом и готов защищать меня любой ценой. Я чувствовала это отчётливо, что и придавало жизненных сил бороться за наше счастье.

— Рильза сказала, что у тебя скоро будет внук, — Элиас перехватил инициативу в разговоре. — Иола ещё слаба, я бы попросил вас её не беспокоить, чтобы не навредить.

— Роузмид никому не навредит, — возразил мужчина в плаще. — Теперь мы будем молиться за здравие не только Иоланды, но и за вашего ребёнка.

Я признательно кивнула, не в силах и слово молвить.

— Клятва, — строго напомнил лорд. — Мне нужна клятва верности, сын. После всего, что здесь произошло, я не позволю злу гнездиться в моём замке!

— О чём ты только думал, когда селил здесь этих двоих?

— Явно не о том, о чём следовало, — ответил лорд со вздохом. Усталость и невысказанное горе отразились на его лице. — Я был околдован и не понимал этого. Однако последнее время ведьма утратила надо мной контроль и я смог время от времени приходить в сознание. Признаю, я сам виноват в произошедшем. Но я горевал, я горевал об утрате любимой и мне требовалось утешение. Когда же я свернул не туда?..

Увы, исповедь отца перед сыном эффекта не возымела и Эл ничуть не смягчился, поэтому поспешила прекратить назревающий конфликт и для начала протянула руку служителю в плаще.

— Кля… нусь, — я проглотила болезненный ком в горле, — в вер… но…

— Иола, — прервал меня муж. — Не мучай себя. Ты должна выздороветь…

Я помотала головой. Кашлянула и уже более уверенно произнесла:

— … в вер… ности роду ун Саль… фий.

Сжала пальцы супруга.

Лорд улыбнулся одними глазами. Наши взгляды встретились, когда я посмотрела в его сторону.

— Что ж, не будем вам мешать.

Но служитель не согласился, приговаривая:

— Согласно обряду, она должна поцеловать книгу.

Очередной кивок с моей стороны и мужчина с седой бородой в плаще подошёл к кровати и протянул потрёпанную книгу со сточенными временем округлыми уголками. Я закрыла глаза и воздала благодарность Роузмиду, брату Аффедии, из истории божественного пантеона. Теперь-то я вспомнила всё, или почти всё. Ему молились о здравии и благополучии. А у Аффедии вымаливали хорошую погоду на море и благословение в путь-дорогу.

Как и положено, я приложилась губами к молитвеннику, не отпуская руки супруга. Учащённый пульс Эла чуялся отчётливо. Открыла глаза и улыбнулась всей-всей процессии.

Странно ли, но боль в горле отступила, и я наконец смогла сказать без запинки:

— Я не таю в себе зла. И люблю своего мужа всем сердцем.

Служитель Роузмида принял мои слова как должное и сделал шаг назад.

— Что ж, — лорд снова стал вести в разговоре, — на этом я настаиваю закрыть вопрос. А комнату надо бы очистить. Поэтому…

— Позже, — попросил Элиас. — Мы переедем в другую спальню позже, через несколько дней.

Лорд Фробби ничего не сказав, вышел из комнаты, его свита замыкала. Оставалось лишь дождаться, когда последний из толпы рыцарей закроет за собой дверь, бряцая латной бронёй.

— Всё хорошо? – спросил меня муж.

Не тратя слова понапрасну, я подалась вперёд и прямо упала в объятья любимого, стиснула его, что было сил, и наконец выдохнула от облегчения. Запоздалый страх быстро настиг и так же стремительно схлынул, всё уже позади. Всё уже хорошо.

Одна лишь гадкая мысль пронеслась в голове — о брачном договоре — поспешила прогнать её подальше, чтобы не бередить душу новыми тревогами.

Вместо ответа угукнула и с удовольствием насладилась крепкими тёплыми объятьями мужа.

— Поспишь сегодня рядышком?

Эл поцеловал меня вначале в лоб, а после и обе щеки.

— Я не оставлял тебя все три недели, если не считать небольшую вылазку в старый дом и прочие отлучки на кухню и по делам. Почему ты думаешь, я оставлю тебя теперь, когда ты наконец очнулась после болезни?

— Не знаю, вдруг ты хочешь, — горло моё пересохло и я кашлянула, — выспаться?

— Молчи и не напрягайся. Я буду рядом. Обещаю.

Всё. О большем и мечтать не посмела. Зарылась лицом в вороте его рубашки и с удовольствием вдохнула мускусный аромат его тела. Да уж, в этот раз промолчала о желании помыться, иначе, чую, привяжут меня к кровати толстыми канатами.

Позже. Чуть позже я обязательно вернусь к этому вопросу, а пока буду радоваться каждому мгновению, проведённому вместе.