ГЛАВА 6, в которой мы знакомимся с Косаревым поближе

В такую холодную погоду было глупо надевать платье, пусть и вязанное, и поверх него лёгкое пальто, — это Лина поняла уже через пять минут, оказавшись на улице, но возвращаться домой и переодеваться она не стала. Ей хотелось быть сегодня неотразимо красивой, чтобы некоторые личности локти кусали, поняв от чего отказались.

В здание университета она вошла подобно величественной королеве, награждая всех вокруг приветливыми взглядами и полуулыбками. Но того, для кого был весь этот спектакль, Лина так и не увидела, поэтому в аудиторию она входила уже не в таком приподнятом настроении.

Косарев уже сидел на своём привычном месте и что-то писал в тетрадке. Он даже не взглянул на неё и Лина ещё больше разозлилась. Но подавлять свою гордость и подходить к нему, она не собиралась. Не дождётся! И без него она не пропадёт.

Сев на своё место, Лина приготовилась к лекции, игнорируя недоумённые взоры подруги.

— Лин, ты чего? — всё же не выдержала Карина. — Не поздоровалась, а теперь вообще делаешь вид, что меня здесь нет.

— Извини, — натянуто улыбнувшись ей, промолвила Хмелёва. — Что-то голова болит, вот и раздражительная я.

Карина кивнула, принимая её пояснение, но явно не поверила в него. И стоило Лине вновь опустить свой взгляд на тетрадку, как Карина обернулась, чтобы посмотреть на Косарева. Тот беззаботно общался с одногруппниками, лучезарно улыбаясь и совсем не смотря в их с Линой сторону.

«Неужели поссорились?», — промелькнула мысль у Карины. Но сейчас она не решилась задавать подруге вопросы, отложив их на более подходящее время и место.

Однако выдержки её хватило ровно до конца пар. Стоило им только пойти в библиотеку (Карине нужно было сдать книгу), как она тут же не сдержалась от терзающего её вопроса:

— Вы что, поссорились?

— Кто и с кем? — не сразу поняла её Хмелёва.

— Ты с Косаревым! — нетерпеливо пояснила Карина.

— С чего ты взяла? — нахмурилась ещё больше Лина. Хоть она весь день и старалась казаться беззаботной и довольной жизнью, но её поникший взгляд не мог обмануть подругу.

— С того, что вы даже не смотрите друг на друга! А ведь в субботу так самозабвенно целовались на парковке, что мне аж завидно стало!

— Было бы чему завидовать, м буркнула себе под нос Лина. — Не ссорились мы. А поцелуй в субботу просто был нелепым недоразумением.

— Да ладно! — изумлённо воскликнула Карина. — Ты хочешь из меня дурочку сделать или эту ересь пытаешь внушить самой себе? Линка, я же уже давно заметила ваши переглядывания с Косаревым. Да между вами такие искры летали тогда на аэродроме, что только слепой не заметил бы! Да и на следующее утро тоже!

— Ничего между нами нет, Карин, — опустив глаза вниз, тихо произнесла Лина.

В её памяти всплыли воспоминания того вечера и в груди так больно защемило от них, что стало трудно дышать. Ведь действительно тогда всё так волшебно было. Все те их объятия, взгляды, улыбки… Вот если бы можно было повернуть время вспять и опять пережить тот вечер, те эмоции…

— Жаль, — протянула Шведова. — Очень жаль, — тут же эхом повторила она, оглядывая цепким взглядом территорию перед зданием университета.

Книгу она уже отдала и теперь они с Линой вышли на улицу, чтобы распрощаться до следующего дня. Но, если честно, ей не хотелось оставлять сейчас Лину одну. Может, подруге и не нужна была компания, но Карина хотела морально поддержать её. Вот только не знала как.

Хмелёва же в это время махнула на прощанье ей рукой и поспешила сбежать от неё, не желая и дальше мусолить эту тему. Довольно разговоров о Косареве. Он был всего лишь сиюминутным увлечением, не более. Ничего, пройдёт ещё несколько дней, и она окончательно избавится от своей симпатии к нему. А потом, потом она сможет смело идти дальше по жизни. Флиртовать и встречаться с другими парнями…

На следующий день, который выдался не таким холодным и унылым, как предыдущий, Лину ждало небольшое потрясение: Стас Баландин сам пригласил её на свидание! Лина без раздумий согласилась. Клин клином вышибают, как говорится. Вот она и решила вновь воспользоваться этой пословицей.

Правда, когда принимала приглашение Баландина, она не заметила самого главного свидетеля этой сцены. А он, свидетель этот, лишь кривовато усмехнулся и разочарованно покачал головой. Как-то он даже не был удивлён, что именно так теперь будут развиваться события. Его лучший друг, который стоял рядом с ним, переводил ошарашенный взгляд с него на Лину и обратно. А когда они вышли на улицу, Лев всё же не смог сдержать язык за зубами и выпалил:

— И как это понимать?

— Что именно? — беспечным тоном уточнил Косарев.

— Линкино свидание с Баландиным! — эмоционально пояснил Лев.

Сергей бросил на друга равнодушный взгляд и пожал плечами.

— Ангелина свободная девушка и может ходить на свидания с кем захочет.

Самохвалов аж споткнулся от этих слов.

— То есть, между вами ничего нет? — решил всё же переспросить он.

— Нет, — твёрдо подтвердил Сергей.

— Идиоты, — проворчал себе под нос Лев, наградив друга разочарованным взором.

— Идиоты, — едва слышно эхом повторил Косарев, соглашаясь с другом. Но больше на эту тему разговаривать не захотел.

На душе у него было муторно. Но показывать своих истинных чувств Сергей не любил, оставаясь для окружающих весёлым и лёгким на подъём человеком. В принципе, он таким всегда и был. Всегда старался решать свои проблемы сам, при этом улыбаясь этим проблемам лучезарной улыбкой. Прийти на помощь? Поддержать в трудную минуту? Одолжить денег в займы, когда у самого ни копейки в кошельке не останется? Запросто! Всем всегда он готов был прийти помощь. Вот и Лине тогда уступил. Да и как можно было не уступить, когда красивая девушка сама предлагает себя? Никак. Хотя, нет. Отказать он мог легко, всё же всю жизнь сам себе повторял, что нашёл себя не на помойке, чтобы ввязываться в сомнительные или однодневные связи. Но вот с Хмелёвой он захотел связаться. Хотя на тот момент и думал, что та их встреча будет разовой. И он не пожалел. Ни на секунду не пожалел. Даже сейчас о том поступке не жалел и обо всех последующих их встречах он тоже не жалел. Воспоминания о них как-то грели его душу, вызывали тёплую улыбку на лице. Правда, при этом и грусть посещала его…

Приехав домой, Сергей тихо вошёл в квартиру и, сбросив кроссовки у порога, положил свой рюкзак на тумбочку. В коридоре витал цветочный аромат, а ещё вкусно пахло едой. Сергей улыбнулся, поняв, кто нагрянул к нему в гости. И, быстро помыв руки в ванной, поспешил в кухню. Там, у плиты, стояла миниатюрная женщина, одетая в элегантное платье, поверх которого красовался фартук.

— Мама, — окликнул он ей.

Его родительница медленно обернулась к нему и обласкала любящей улыбкой.

— Здравствуй, сынок, — промолвила она ласково, полностью поворачиваясь к нему лицом и расставляя свои руки в приглашающем жесте.

Сергей немедля подошёл и, наклонившись к ней, крепко обнял, вдыхая любимый и родной аромат матери.

— Привет, — на выдохе прошептал он, на миг прикрывая глаза.

Мать его рано родила. Ей тогда было всего девятнадцать лет. Совсем молоденькая, ветреная, влюбчивая. Отец Сергея не был у неё первым мужчиной, но был первым мужем. Правда, прожили вместе они совсем недолго. Отец — Александр Григорьевич Косарев был большим любителем выпивки. Из-за этой привычки его всё время выгоняли с работ. И в конечном итоге его молодой супруге надоело это, и она ушла. Хотя Тамара Николаевна, мама Сергея, и сама была любительницей смочить горло водкой, но всё же благополучие семьи для неё было на первом месте. Александр спокойно отнёсся к разводу, можно сказать, безразлично. И ушёл он не только из жизни бывшей супруги, но и своего сына. Ушёл на долгие пятнадцать лет, напрочь позабыв о нём, и вспомнил, когда уже сам стал ненужным Сергею…

Долго Тамара не была одна. Уже через полгода она сошлась с другим мужчиной, которого звали Геннадий. В этой своей новой влюблённости Тамара растворилась. Она действительно всем сердцем полюбила Геннадия, и он отвечал ей полнейшей взаимностью. Но к Сергею он относился довольно прохладно. Может, просто не знал, как подступить к мальчику, а может и по другой причине.

Тамара с Геннадием прожила душа в душу три года, но, увы, и он оказался любителем горячительных напитков. И в один совсем не прекрасный момент просто «сгорел» от водки. Тамара с Сергеем вновь остались одни. И в этот раз Тамара не спешила заводить новые отношения — скорбела по умершему мужу. Вот только сама пить не перестала. С уверенностью можно сказать, что она наоборот ещё чаще стала «принимать на грудь». А потом, спустя два года в их жизни появился Александр Обезьянов. Как-то быстро и незаметно Тамара сошлась с новым любовником, который в последующем стал её мужем. Обезьянов не разрешил Сергею называть его отцом. И тогда маленький Сергей подумал: «Нет, так нет, настаивать не буду».

Мама Сергея и с третьим мужем продолжала искать счастье на дне стакана. Но, несмотря на её пристрастие к спиртному, у них в доме всегда было чисто, тепло и уютно. В холодильнике всегда была готовая еда. И Сергей был опрятно одет. Саму Тамару тоже трудно было назвать пьяницей: ухоженная, элегантная и красивая. Она одевалась только в стильные вещи, пусть они и были куплены в Секонд-хенде. Из дома она не выходила без макияжа и причёски. В общем, мужчины постоянно оборачивались ей вслед. И Тамаре это нравилось. В такие моменты её осанка становилась ещё идеальней, а улыбка ещё обворожительней.

В самом начале их супружеской жизни Тамара родила девочку. Маленькую и улыбчивую Иришку. Сергей насмотреться на неё не мог. Он готов был с сестрёнкой сидеть и днём и ночь. Нянчится, холить и лелеять. Но… Иришка не дожила до своего первого дня рождения. Врачи сказали, что так бывает — Синдром внезапной детской смерти. Горю в их семье не было предела. Взрослые с этого момента стали ещё больше пьянствовать (хотя, казалось бы, куда ещё больше?), но из-за постигшей их семьи беды расходиться не спешили. Так и прожили ещё несколько лет, пока Александр не замёрз пьяный в сугробе. Тамара вновь овдовела. Сергей лишился хоть какой-то мужской опоры в семье.

Но такое обстоятельство дел было не долгим. Тамара встретила свою очередную любовь и согласилась на предложение нового супруга переехать в другой город. Сергея оставили на попечения бабушки. С этого момента, фактически, можно сказать, Сергей остался один. Лишь соседи по лестничной площадке относились к нему как к родному. Романа Акимова он вообще считал чуть ли не старшим братом, а Пелагею Ивановну любил как свою кровную бабушку. И они отвечали ему взаимностью. Да и лучшие друзья Лев Самохвалов и Павел Сверчков были теми, кто не отвернулись от него. Не предали их дружбу…

Когда Сергей остался совсем один, именно семья Акимовых взяла его под свою опеку, окружив заботой и поддержкой, ведь практически сразу после похорон бабушки, мать Сергея уехала к себе домой. Кто-то мог бы упрекнуть её за такой поступок и отношение к сыну, но не Сергей. Он продолжал так же сильно любить родительницу, как и прежде. Просто она такая, какая есть. Главное, что она есть и она его мама.

Тамара иногда приезжала проведывать сына. И в такие моменты она баловала его разными вкусностями собственного приготовления. Сергей с детства больше всего любил домашнюю лапшу. Вот и в этот приезд она решила побаловать сына этим блюдом.

— Как твои дела, родной? — целуя его в обе щеки и с любовью разглядывая его лицо, поинтересовалась она.

— Хорошо, — улыбаясь ей в ответ широченной улыбкой, ответил Сергей. И только после этого нехотя отпустил мать из своих объятий.

— Замечательно! Садись, я сейчас накрою на стол и будем обедать, — распорядилась Тамара, поворачиваясь к плите, на которой томилось на маленьком огне её фирменное блюдо. — Девушкой обзавёлся? Когда мне внуков подаришь? Я же не молодею. Вдруг, случится так, что вообще не смогу приезжать к тебе?

— Не обзавёлся, м всё с той же улыбкой на лице, отозвался Сергей, хотя мысленно и вспомнил при этом Хмелёву. Но быстро отогнал эти мысли прочь. — И не наговаривай на себя! Ты у меня молодая и красивая!

Тамара действительно не выглядела на свои годы. Ей можно было дать лет тридцать пять, не больше. Она была всё такой же худенькой, маленькой и с безупречной внешностью. Просто удивительно, что со своим пристрастием к спиртному, она смогла сохранить такие внешние данные. Хотя, в последние пять лет она мало выпивала. Только по праздникам и только один бокал красного вина. Её последний муж строго следил, чтобы его любимая жена не вернулась к своей пагубной привычке. Да Тамару и не тянуло на алкоголь. Наверное, и вправду нужен рядом правильный человек, чтобы избавиться от алкоголизма…

— Спасибо, конечно, за комплимент, но не стоит забывать о моём возрасте и здоровье, — добродушным тоном заметила Тамара, ставя перед сыном тарелку с домашней лапшой и подливкой. Потом она точно такую же порцию поставила и себе, и в довершении их маленького пира достала из холодильника пиалу с салатом «Оливье». — Володя передаёт тебе «привет» и приглашение в гости к нам на зимние каникулы. Приедешь?

— Нет, мам. Ты же знаешь, что мы не очень ладим с ним. Но передавай ему от меня ответный «привет» и благодарность за приглашение. Я лучше с Акимовыми встречу Новый год. Так всем спокойнее будет. Ну, или в компании с Лёвкой и Пашкой.

— Уж лучше бы в компании своей девушки, — понуро проворчала Тамара.

Сергей на её заявление лишь задорно рассмеялся:

— Современным девушкам неинтересные простые рабочие парни. Им подавай олигархов.

— Не стоит обобщать! Я не верю, что на такого красавца как ты, не вешаются девушки!

Сергей неопределённо пожал плечами, лукаво улыбаясь, но говорить ничего не стал. Вместо этого он с энтузиазмом принялся за еду.

Тамара поджала губы, но больше с расспросами на эту тему лезть к сыну не решилась. Всё же прав у неё не так-то много, чтобы требовать от своего ребёнка честных ответов.

Вторая половина дня прошла в тихой и домашней обстановке. Мать и сын провели это время за разговорами, приятными воспоминаниями и просто в молчании, наслаждаясь обществом друг друга.

А поздним вечером, когда Тамара уже заснула, Сергей тихонечко подошёл к её кровати и опустился на колени, смотря на безмятежно спящей родительницей. Грустная улыбка поселилась на его лице, и он не стал её прятать. Ласково погладив мать по голове, он какое-то время просто любовался чертами её лица. Потом он невесомо поцеловал её в лоб и тихо удалился к себе, чтобы уже на следующее утро проснуться вновь одиноким: мать ранним утром, как всегда, уедет обратно к своему мужу…

Перед сном Сергею опять вспомнился сегодняшний эпизод с Линой. Она так легко согласилась на предложение Баландина. Значит, ей действительно не нужны были серьёзные отношения с ним, Сергеем. Он просто использованный материал для неё. Не более.

Утром он проснулся действительно одиноким: матери и след простыл в его квартире. Сергей грустно улыбнулся этому факту и потопал в кухню. Там, на столе, стояла тарелка с румяными оладьями, увы, уже холодными, но от этого не менее вкусными. Сергей знал, что в холодильнике он обязательно найдёт пакет молока. И так оно и было. Сытно позавтракав, хотя обычно он предпочитал с утра только кофе, Косарев собрался и вышел из дома.

В стены родного университета он входил уже с обаятельной улыбкой на устах. Его грусть от отъезда матери прошла быстро и бесследно: зачем грустить о том, что было неизбежно?

По пути в нужную аудиторию, он здоровался со своими многочисленными знакомыми, но ни с кем не остановился поболтать, решив, что лучше он повторит материал по нелюбимому предмету, чем потратит это время на пустую болтовню.

В аудитории он занял своё привычное место и достал толстую тетрадь. Его одногруппники смеялись и что-то бурно обсуждали, но Сергей смог легко отгородиться от шума и сосредоточится над конспектами. Однако в какой-то момент, словно неведомая сила заставила его оторвать взгляд от исписанных корявым почерком страниц и посмотреть в сторону входа. В этот момент в помещение вошла сияющая Хмелёва под руку с Баландиным. Красивой парой они получились. Эффектной. Идеальной.

Сергей улыбнулся без тени злорадства и, кивнув им в знак приветствия, вновь вернул всё своё внимание конспекту.